Проклятая речка

Деревня Омутище стоит в низине под Питером, между двух холмов, поросших ельником. Двадцать шесть домов. Четыре с светом. Остальные — тёмные, как закрытые глаза.

Река Омут не течёт. Она стоит. Вода в ней чёрная, как дёготь, и не отражает свет. Фары уходят в неё — и пропадают. По ночам с реки доносится голос. Женский. Ласковый. Он зовёт по имени. Каждый слышит своё.

Кто идёт на зов — не возвращается.

Утром его находят. На дне. Стоит прямо, как столб. Глаза открыты. Улыбается.

Собаки воют с двух до четырёх ночи. В четыре замолкают разом — и потом сидят, глядя мимо хозяев, в сторону реки. Не едят. Не пьют. Просто смотрят.

Олег Корнеев приехал в Омутище, потому что тётка позвала. Он не знал, что его прабабка была ведьмой. Не знал, что проклятие лежит на их роде. Не знал, что река — это дверь. И что дверь нужно держать закрытой.