Ещё один литературный флешмоб!
В последнее время в сети много разных литературных флэшмобов. В этот раз меня тэгнула Айли. Ну и, собственно, почему бы и нет?)
Открыватель флешмоба — Лейла Холден.
Всё просто. Суть флэшмоба — немного рассказать о себе и своём творчестве, ответив на пять вопросов (: Идеальный вариант для тех, у кого от жары плавятся мозги и не получается писать проды.
1. Какой из твоих персонажей больше всего похож на тебя?
В разные периоды жизни ведущий персонаж менялся. Сейчас, пожалуй, самым похожим могу назвать Рейн из Легенд Рейлана. Пока она есть только в рамках фрпг, но, надеюсь, мы с Аланом вскоре это исправим)
Рейн для меня особенный персонаж. Она играет масками, прячется за образом балагура-бастарда, которого никто не воспринимает всерьёз. Она пытается любую неудачу подать через шутку, чёрный юмор — наше всё. Белая ворона среди своих, которая банально не верит в собственные силы, но убеждена, что всё ломает своими руками. Отчасти это так. Слишком много внутренних конфликтов, которые мешают принять себя, как есть, и отбросить всё, что мешает. В первую очередь, — вечные попытки доказать миру, что она ещё хуже, чем о ней думают. И конфликты с родителями. Куда же без этого (: За несколько лет Рейн начала развитие в сторону лучшей версии себя и, надеюсь, в конечном пути она всё же обретёт то, чего достойна.
Из персонажей уже написанных и опубликованных работ:
Дейн из «Мой кровный Принц» — она была моим отражением подросткового «я». Я отдала ей большую часть своих личных вкусов, черт (включая внешние), мировоззрения, трудностей с социальной адаптацией. По аналогии с ней её продолжением стал Мичел из «Потерянного Рождества». Оба упрямо пытаются доказать миру, что им он не нужен, но на самом деле самые они — большие лжецы. Они пытаются найти своё место, свою компанию, и постепенно избавляются от флёра «волка-одиночки».
И если отойти от привычной манеры трактовать исключительно женских персонажей (Мичел, прости), то во многом своё отражение я заложила в Визэра из «Тотем» и в Раяна из «Fatality» — они взрослая версия меня в противовес девочкам-подросткам. Мужские персонажи даются мне намного проще и, что греха таить, мне больше нравится писать от их лица.
2. Какую работу было труднее всего писать?
Я покривлю душой, если назову какую-то одну работу, потому что бывают периоды, когда не идёт какая-то конкретная сцена или какая-то конкретная работа, потому что «душа не лежит» и хочется чего-то или весёлого, или эмоционального, или гримдарка, а он там не к месту и не по плану, и тогда начинается ступор.
Например, сейчас мне тяжело идёт «Потерянное Рождество». Я давно не писала янг-эдалт, и, как оказалось, мне сложно с наскока вернуться из гримдарка в подростковое фэнтези, чтобы не превратить его в «Fatality» или «Эпоху перемен», где много жести и мало чего-то лёгкого и свойственного именно янг-эдату с перерывами на «отдых». Настолько тяжко, что я набрала кучу книг соответственного жанра и теперь страдаю))
Потому что недавно мне прилетел отзыв, что Мичел из «Потерянного Рождества» слишком взрослый для подростка. Это плохо…)
И, как ни странно, вторая такая работа — «Сказания крови». Я не читаю под них никакую специальную литературу, но это был долгий путь длиной в 14 лет. Из лёгкого приключенческого фэнтези с дружбой и любовью он превратился во что-то тёмное с крайне редкими просветами, и именно эти просветы давались мне тяжелее всего, даже с учётом того, что они перекочевали в конечный вариант книги из первоначального, а весь дарк и безнадёгу я накручивала уже по ходу.
На его фоне «Солнце полуночи» даже в черновиках кажется мне не таким тёмным из безнадёжным, несмотря на то, что в них больше баталий и эпика, чем в первой части, но, кто знает, может, я в последнее редактирование тоже перепишу 90%
3. А легче всего?
Это прозвучит странно, но легче всего мне далась «Эпоха перемен». Военная антиутопия. Она писалась… чисто по фану, потому что в тот период времени мне хотел написать что-то чисто для себя, чтобы отвлекаться и не думать о фидбеке. Роман тяжёлый сам по себе, несмотря на все шуточки на грани, которых там хватает, но, чисто на мой взгляд, читается он легче, чем «Сказания крови».
4. Есть ли у тебя авторская вселенная? Что в ней особенного?
Моя авторская вселенная — это Рейлан. Авторский мир, в котором развиваются события Сказаний крови, а по совместительству это текстовая ролевая игра, где ребята с форума пишут свои сюжетки в рамках мира и развивают своих авторских персонажей. Пожалуй, именно эта часть самая особенная из всех, что может быть в авторском мире, а всё остальное, так или иначе, использовалось задолго до нас)
5. Последний написанный отрывок.
Браэнн не думала, что её первый настоящий бой будет таким. Она сама напросилась, и, получив такую возможность показать себя, злилась на Шина, считая, что он намеренно засунул её на задние ряды — отсиживаться и ждать, когда всё кончится и большие ребята сделают всю грязную работу. Задвинул её сторожить покои Дрим вместе с другими стражниками. Чтобы добраться сюда, воинам Виан придётся прорвать две магические защиты на воротах, перебить большую часть боевых магов и воинов-защитников, которые встретят их в холле замка.
Покои Дрим охранялись слишком тщательно, чтобы ей что-то угрожало. Так Браэнн казалось.
Казалось до момента, пока между ней и воином Виан из преград остались только тела пятерых мечников и двух боевых магов, которые не смогли его убить или ранить достаточно серьёзно, чтобы задержать. Браэнн осталась последней выжившей и, что резало больнее всего, — не из-за таланта лучницы или мечницы, а потому что её с самого начала считали пустым местом. Ребёнком, который возомнил себя достаточно взрослым, чтобы сражаться. Ребёнком, которому до дрожи в коленях страшно. Ребёнком, который впился пальцами в лук и не может ни выстрелить, ни перестать смотреть на ядовитую ухмылку на лице вампира.
Её убийца смотрел на неё с весельем и не торопился убивать. Он хотел позабавиться. Конечная цель и так, считай, уже в его руках, так зачем отказывать себе в удовольствии?
«Я не доставлю ему такого удовольствия».
«Солнце полуночи», фрагмент из 3-й главы.
