Мой любимый неформат
Здравствуйте, дорогие мои!
Так уж вышло, что осень для меня - самое поэтическое время. Особенно октябрь...
А поделиться с кем?
Только с вами!
ОКТЯБРЬ
Шуршит ковёр из жёлтых листьев,
И небо плачется дождём,
Неяркой акварельной кистью
Расписан мир октябрьским днём…
Простых вещей цена смешная:
Вкус яблок, запахи грибов,
И крики птиц, что улетая,
Спешат на юг до холодов…
Корзинка полная брусники
Изводит видом на слюну,
Лучей застенчивые блики
Дождя ломают пелену…
Прогретый дом зовёт к обеду,
В печи румянится пирог.
Тепло, неспешные беседы,
И кот не хочет за порог,
Мурлыча громко и уютно…
Вот чай вскипел, пирог готов…
А жизнь течёт ежеминутно,
Спокойным тиканьем часов…
Привычной сменой дня и ночи,
Сезонов сменой, сменой лет.
И осень вроде как, не очень,
И ждёшь всё зим, а лучше лет…
Октябрь, однако, входит в силу,
Уверен ход его шагов…
А дождик капает уныло,
Скорей бы наступил Покров…
***
Вот, как-то так. А ещё зову вас в лето! Туда, где шумит тёплое море и светит жёлтое солнце! Туда, где рождается настоящая любовь!
Подслушаем вместе с Индри:
В один из дней Санди слишком долго задержался на озере. Пошёл за водой, а самого нет и нет. Подбросив веток в костёр, решаю сходить за ним. Прихватываю тару, чего с пустыми руками возвращаться.
Ещё не подойдя, за последней преградой зарослей, слышу, разговаривает. Интересно, с кем у нас можно вести беседы, если не со мной? Тихонько выглядываю из укрытия: с Трепачелло. Тот чинно прохаживается туда-сюда возле братца, крылья за спину заложил, и внимательно слушает, кося бусиной глаза. Попугай, вообще, стал его адъютантом, куда Санди, туда и он,
- Ты пойми, Терпач, я ж люблю её! – увещевает неразумную птаху, а у меня сердце стоп! Он кого-то любит, а мучается здесь со мной! Так больно, так обидно, пожалуй, вернусь обратно к пещере…
Ещё чуть-чуть послушаю и вернусь.
- Знаешь, каково это? Любить до потемнения в глазах, до потери дыхания, до полного самоотвержения отдавать всего себя? Это божественно, Трепачелло! Это сладко и больно одновременно! Каждое утро я просыпаюсь с благодарностью богу, за то, что он наказал меня именно так! И каждый день с неизъяснимым восторгом несу эту кару, а каждую ночь засыпаю с немой молитвой продлить мою сладкую пытку, как можно дольше! Иначе, за удовлетворением собственных потребностей, не узнать бы мне никогда истинной глубины чувства, на какое оказался способен! – застываю столбом! Выходит, воздержание Санди – не просто его желание, или наоборот, нежелание?
Он, всё-таки, тоже меня любит! Но что-то там у него не совсем ясно с наказанием каким-то! Он ещё кого-то обидел? Истинную причину его появления здесь я ведь знаю лишь с его слов. Надо до конца дослушать,
- Если бы ты знал, попугай, до чего мила мне эта женщина, насколько желанна. Так желанна, что судорогой сводит всё тело от невозможности получить своего. Но мои желания под замком. А ведь, Индри уже спрашивала, почему мы не идём до конца. Наивная, несведущая моя нимфа! Да ты же сама повесила замок на все мои возможности! – когда это я запирала его возможности, что-то не помню? – ты когда-нибудь видел пояс верности на мужчине, Трепачелло? Ну, да, откуда тебе видеть такую штуку? – смеётся, - а я видел. Бррр – клетка для мужского достоинства, запертого до того, как жене, или иной хозяйке ключа, не вздумается её отпереть. Так вот, на мне этот пояс надет постоянно, - он с ума сошёл что ли? Нет на нём никакой клетки, я же всё вижу и чувствую!..
Вот такие у нас там проблемы!
Засим прощаюсь!
Желаю счастливых выходных, хорошего настроения и отличного чтения!
Ваша Э.Г.
