Книги в жанре «Альтернативная история» по тегу «zavershennye-knigi»
Первая часть трилогии "Легенды Великого Новгорода".
Альтернативная история Руси начала XIX века. Великий Новгород – единственный в мире город, принадлежащий исключительно волшебникам, которые поклоняются языческим богам, балансируя между заботой о процветании своей республики и противостоянием набирающей силы династии Годуновых, вот уже более двухсот лет правящей Русским царством. Главный герой – экстравагантный князь Александр Яснецов, который собирает экспедицию, состоящую из разношёрстных новгородских колдунов, в легендарный Китеж-град, ныне покоящийся под толщей воды на дне озера Светлояр. Сможет ли Александр вместе со своей женой Владиславой, лучшим другом – депрессивным Атеем Юмашевым, возможно будущим зятем Борькой Таманским, некромантом Егором Джунгаровым и сумасшедшей старой колдуньей Василисой Ивановной добраться до Китежа, преодолев опасности Тёмного леса и не попавшись на глаза своему давнему врагу – Твари из Твери?
Альтернативная история Руси начала XIX века. Великий Новгород – единственный в мире город, принадлежащий исключительно волшебникам, которые поклоняются языческим богам, балансируя между заботой о процветании своей республики и противостоянием набирающей силы династии Годуновых, вот уже более двухсот лет правящей Русским царством. Главный герой – экстравагантный князь Александр Яснецов, который собирает экспедицию, состоящую из разношёрстных новгородских колдунов, в легендарный Китеж-град, ныне покоящийся под толщей воды на дне озера Светлояр. Сможет ли Александр вместе со своей женой Владиславой, лучшим другом – депрессивным Атеем Юмашевым, возможно будущим зятем Борькой Таманским, некромантом Егором Джунгаровым и сумасшедшей старой колдуньей Василисой Ивановной добраться до Китежа, преодолев опасности Тёмного леса и не попавшись на глаза своему давнему врагу – Твари из Твери?
Для того, чтобы правильно определить суть Духовного наследия славян, иногда необходимо отвлекаться на чисто теоретические вопросы. Одним из таких вопросов является вопрос: а зачем вообще нужно формировать Мировоззрение? Существует человечество, и пусть существует. Есть «превосходные» капиталистические законы, по которым развивается нынешняя человеческая цивилизация. Зачем, как говорят многие «изобретать велосипед», ведь невидимая рука рынка всё и так расставит по своим местам.
Через три дня я нахожу шифр. Не сама. Анри приносит. Бледный. С трясущимися руками.
— Мадам. Шифр. Я нашёл. Это не испанский. Это наш. Французский. Старый. Из архивов кардинала. Тот, что использовали двадцать лет назад. И ключ...
Он кладёт на стол лист бумаги. Я смотрю. Читаю. И холодею.
Ключ — имя. Имя человека из свиты короля. Из самых близких. Из тех, кто сидит за его столом. Кто пьёт его вино. Кто улыбается ему в лицо.
Герцог де Шатийон. Двадцать девять лет. Друг детства короля. Капитан гвардии. Тот, кто стоит за правым плечом Людовика на каждом приёме.
— Ты уверен? — спрашиваю я. Голос ровный. Внутри — лёд.
— Да. Шифр совпадает. Почерк совпадает. Письмо из Марселя написано его рукой. Он передаёт информацию в Мадрид. Три года. С самого начала правления.
Я закрываю глаза. Три года. Три года предательства. Три года, пока Людовик доверял ему. Пока называл другом. Пока ставил рядом.
— Никому не говори, — говорю я. — Ни слова. Ни взгляда. Я сама доложу королю.
— Да, мадам.
Анр
— Мадам. Шифр. Я нашёл. Это не испанский. Это наш. Французский. Старый. Из архивов кардинала. Тот, что использовали двадцать лет назад. И ключ...
Он кладёт на стол лист бумаги. Я смотрю. Читаю. И холодею.
Ключ — имя. Имя человека из свиты короля. Из самых близких. Из тех, кто сидит за его столом. Кто пьёт его вино. Кто улыбается ему в лицо.
Герцог де Шатийон. Двадцать девять лет. Друг детства короля. Капитан гвардии. Тот, кто стоит за правым плечом Людовика на каждом приёме.
— Ты уверен? — спрашиваю я. Голос ровный. Внутри — лёд.
— Да. Шифр совпадает. Почерк совпадает. Письмо из Марселя написано его рукой. Он передаёт информацию в Мадрид. Три года. С самого начала правления.
Я закрываю глаза. Три года. Три года предательства. Три года, пока Людовик доверял ему. Пока называл другом. Пока ставил рядом.
— Никому не говори, — говорю я. — Ни слова. Ни взгляда. Я сама доложу королю.
— Да, мадам.
Анр
Дмитрий Ковалёв — 34-летний программист из XXI века. После авиакатастрофы он приходит в себя в июне 1979 года в теле двадцатидвухлетнего колхозника.
Никакого интернета, смартфона и привычных технологий. Зато у Дмитрия есть то, чего нет ни у кого вокруг, — знания будущего.
Получив доступ к советской ЭВМ, он решает применить опыт программиста для автоматизации колхоза. Но очень скоро понимает: создать программу проще, чем заставить работать советскую бюрократию.
Теперь ему предстоит изменить не только сельское хозяйство, но и сам ход истории.
Прошлое уже написано. Но у Дмитрия есть шанс переписать его.
Никакого интернета, смартфона и привычных технологий. Зато у Дмитрия есть то, чего нет ни у кого вокруг, — знания будущего.
Получив доступ к советской ЭВМ, он решает применить опыт программиста для автоматизации колхоза. Но очень скоро понимает: создать программу проще, чем заставить работать советскую бюрократию.
Теперь ему предстоит изменить не только сельское хозяйство, но и сам ход истории.
Прошлое уже написано. Но у Дмитрия есть шанс переписать его.
Пражское гетто, XVII век. Лейб — талантливый часовщик и математик, чей разум способен создавать механизмы, недоступные пониманию современников. Но в Европе его дар — лишь проклятие. Для христиан он — жид, для своих — опасный мечтатель, отвергающий традиции ради науки. Когда до него доходят слухи о русском царе-плотнике, который ценит умение выше крови, Лейб принимает решение, равносильное самоубийству: он стирает своё имя, хоронит веру отцов и становится Иоганном Вебером, немецким инженером на службе у Петра I.
Она не знала своего имени. Она знала только, что умрёт, если не научится читать.
1725 год. Зимний дворец. После смерти Петра I на престол восходит его вдова — Екатерина Алексеевна. Но внутри неё просыпается другая женщина — та, что помнит стеклянные небоскрёбы, цифры на экранах и слово «кризис». Она не умеет писать, её тело привыкло к вину, а Меншиков уже точит перо для указа о передаче власти.
Императрица неграмотна — это её главная слабость и единственный шанс. Пока враги думают, что она слаба, она учится читать по ночам, запоминает имена казнокрадов и строит союзы там, где никто не ждал.
Три месяца до подписания роковой «Грамоты». Три месяца, чтобы переписать историю — или умереть в забвении, как императрица-марионетка.
Но кто она на самом деле — пришелец из будущего или просто безумная правительница? И почему поручик Арсеньев, приставленный следить за ней, рискует жизнью, чтобы защитить её тайну?
1725 год. Зимний дворец. После смерти Петра I на престол восходит его вдова — Екатерина Алексеевна. Но внутри неё просыпается другая женщина — та, что помнит стеклянные небоскрёбы, цифры на экранах и слово «кризис». Она не умеет писать, её тело привыкло к вину, а Меншиков уже точит перо для указа о передаче власти.
Императрица неграмотна — это её главная слабость и единственный шанс. Пока враги думают, что она слаба, она учится читать по ночам, запоминает имена казнокрадов и строит союзы там, где никто не ждал.
Три месяца до подписания роковой «Грамоты». Три месяца, чтобы переписать историю — или умереть в забвении, как императрица-марионетка.
Но кто она на самом деле — пришелец из будущего или просто безумная правительница? И почему поручик Арсеньев, приставленный следить за ней, рискует жизнью, чтобы защитить её тайну?
Наша любимая Гласность так и не дошла до уровня правды, остановившись на уровне полуправды. А правда ужасающая: в мире нет ни одной демократической страны.
И это было бы терпимо, если бы к нам не приближались полчища человекоподобных роботов, которые отберут работу у всех живых работников, что приведёт к исчезновению человечества.
Только настоящая демократия (немыслимая без «сортиции») сможет дать нам еду при роботизме.
И это было бы терпимо, если бы к нам не приближались полчища человекоподобных роботов, которые отберут работу у всех живых работников, что приведёт к исчезновению человечества.
Только настоящая демократия (немыслимая без «сортиции») сможет дать нам еду при роботизме.
Для всех она — обычный подросток из приёмной семьи. Но за маской скрывается холодный расчётливый убийца, наделённый сверхъестественной силой. Её мир рушится, когда бдительный детектив, друг и напарник её нового отца, начинает подозревать неладное. Теперь ей предстоит сделать выбор: устранить угрозу или попытаться сохранить хрупкое подобие семьи, которое у неё есть. Смогут ли палач и служитель закона найти общий язык, или их противостояние закончится трагедией?
Полностью завершенные книги
Выберите полку для книги