Книги в жанре «Мистика» по тегу «khorror»

Ангелине двадцать пять, она ждет второго ребенка и по всем законам жизни должна думать о детской, приданом и распределении времени между детьми. Но все её мысли — о Садах. О пыльных улицах, скрипучих калитках и доме, где полгода назад умерла её бабушка.
Вернувшись, она понимает: дом не пустует. За забором стоят те, кто ждал её приезда. Сначала — молчаливые подростки. Потом — женщины в цветастых халатах, ступающие в такт её сердцу. А затем и нечто, способное выбить дверь, треснуть перила и поднять со дна двора всю воду.
Реальность трещит по швам. Бабушка снова печёт блины на старой кухне. Муж не видит преследователей. А Ангелина всё чаще задаётся вопросом: она действительно уехала? Или всё ещё стоит за тяжёлой железной дверью, в ледяной воде, слушая знакомый голос, зовущий её к столу?
Атмосферный психологический триллер с элементами бытового и фольклорного хоррора о памяти, утрате и том, что иногда продолжает ждать нас там, где мы выросли.

Москва. В дорогих отелях и закрытых апартаментах находят людей, умерших после ночей, о которых никто не должен был знать. После смерти они выглядят моложе, на простынях остаётся золотисто-ржавый след, а в крови обнаруживают вещество, которого нет в базах.

Ольга Сомова - один из лучших репродуктологов Москвы. Она привыкла читать чужие тела по анализам, протоколам и сбоям. Своё тело она давно считала усталым, зрелым и безопасным. Но улики всё ближе подходят к ней.

Константин Власов, бывший полковник убойного отдела и мужчина из её прошлого, возвращается слишком вовремя. Он знает о Медной Жиле больше, чем говорит. А Орден тёплой крови уже готовит Ольгу к ритуалу, где желание становится оружием, тело - уликой, а молодость - чужой добычей.

Ольга Сомова уже знает: Медная Жила не началась с неё. Орден тёплой крови не создал эту силу - он присвоил древний телесный механизм и превратил род, согласие, отказ и страх старения в управляемую систему.

После падения городского протокола Орден запускает запасной ход. Московские клиники и роддома становятся частью новой сети, где наследование можно отследить, купить и передать дальше. Ника входит в силу Второй крови. Константин расплачивается за то, что выжил и стал проводником. А Ольге приходится искать исток линии Сомовых, пока чужие руки снова пытаются подписать женское тело как собственность.

Чтобы остановить Орден, ей нужно понять главное: тёплая кровь может спасать. Но в руках тех, кто боится старости, она становится товаром.

Первая Жила больше не прячется за Орденом. Старые протоколы разрушены, кровь вышла из закрытых домов, клиник и лабораторий, но самый древний закон всё ещё жив: любое тело можно назвать сосудом, если достаточно долго учить его молчать.

Ольга Сомова, Ника, Константин и Ласточка доходят до последнего уровня Медной Жилы - туда, где желание, родовая память, власть и отказ срастаются в один страшный механизм. Первая Жила ищет новое тело, и теперь спасение нельзя купить очередной жертвой.

Финал трилогии ведёт туда, где Ольге придётся сломать не Орден, а сам закон, который веками говорил за чужую кровь.

Антон и Иранеса намерены отомстить Антихристу, который полтора года назад безжалостно убил дорогих им людей. Но как найти и одолеть столь сильную сущность?

Антон - мистик по наследству. Он ищет древние христианские реликвии в надежде на их скрытую силу. Иранеса - крутая, но безумная рокерша. Её методы гораздо жёстче. Она уверена, что уничтожит Антихриста, взрастив в себе Бесовскую силу.

Однако не стоит забывать, сила - это далеко не всегда мощный удар. Героям ещё только предстоит ощутить на собственной шкуре какова цена возмездия, пройдя через девять кругов Ада.

Ну что, соскучились по моим праздничным рецептам? Декабрь - время, когда все вокруг сходят с ума от гирлянд, запаха мандаринов и... тотального, удушающего эгоизма.

Вы ведь тоже любите этот замечательный, «искренний» предпраздничный период? Особенно если ваш день рождения угораздил аккурат под Рождество. Наш сегодняшний «клиент» по имени Клайд терпел это ровно тридцать лет. Тридцать лет одной и той же лицемерной фразы: «Ой, ну это тебе сразу и на днюху, и на Рождество!». Год за годом — дешевые перчатки, дурацкие открытки со снеговиками, сэкономленные на его чувствах баксы и вечное: «Извини, мы сегодня ставим елку, не придем». Знакомо, правда? Общество буквально стерло его личный праздник, заставив петь чертовы колядки вместо задувания свечей на собственном торте.

Но у любого терпения есть свой… срок годности. И в этот юбилейный декабрь Клайд решил, что с него хватит экономии. Он приготовил для своей обожаемой семейки один большой, по-настоящему эксклюзивный подарок!

Медицина сухо описывает его диагнозы: множественная личность и сонный паралич. Удобные термины, чтобы скрыть жуткую правду. Разум Артура — удушливая коммуналка, где семь осколков одной души бьются за право дышать. Каждую ночь тело каменеет, а из мрака спальни появляется Человек в шляпе.

Но что, если наука лжет? Что, если этот паралич — единственный миг прозрения, а наше физическое тело — лишь тесная могила, в которой мы погребены заживо?

Андрей исчез, сделав всего один шаг за порог собственного дома. Через несколько недель его семья начала слышать стук из стен и голос, зовущий на помощь. Но то, что скрывалось внутри старого дома, оказалось куда страшнее исчезновения.

Добро пожаловать в Вихштейн — деревню, которой нет больше на картах. Когда-то здесь добывали сапфиры, пока шахта не загорелась, а половина поселка не ушла под землю вместе с жителями. Теперь это место оцеплено военными, вокруг — минное поле, и попасть сюда можно только по специальному разрешению.

Геммолог Эшли Вайт мечтала об этой экспедиции всю жизнь. Вместе с группой ученых она отправляется в Вихштейн, чтобы раскрыть тайну заброшенного месторождения. Но чем глубже они погружаются в историю деревни, тем яснее понимают: у всего есть цена.

На углу 15-й линии и Большого проспекта Васильевского острова тату-мастер Анатолий по прозвищу Толик открывает салон «Чистая кожа». Его ремесло - перекрывать старые татуировки, шрамы и имена так, будто их никогда не было. У двери салона на коленях стоит старая женщина, красит губы перед мёртвым телефоном и смотрит в чёрный экран как в зеркало. Толик проходит мимо.

Через неделю начинает стираться уже он сам. Сначала сбоит имя, потом память других людей, потом тело. Клиенты, кассирша из соседнего магазина, случайный моряк с расплывшейся татуировкой, женщина, пришедшая перекрыть чужое имя, - все становятся частью тихого городского ужаса, в котором стирание следа превращается в приговор.

«Чистая кожа» - мрачный петербургский рассказ о тщеславии, телесной памяти, социальном исчезновении и цене желания сделать прошлое чистым.