Книги в жанре «Космическая фантастика» по тегу «kosmicheskaya-fantastika-skachat»
Чтобы спасти Ванкувер и другие планеты Содружества независимых Миров от разразившейся там эпидемии, профессор Усольцев разработал эффективную вакцину. Однако модификация препарата, произведенная на фабриках корпорации «Панна Моти» («Зеленый жемчуг»), дала неожиданный эффект. Разрушая человеческий организм, она превращала его в совершенный энергоноситель с невиданным потенциалом. Началась безжалостная охота на людей, а карантинные зоны сделались настоящими фабриками смерти.
Дети любят играть… Но логика, применяемая ими в игре, сильно отличается от логики взрослых. Дети не просчитывают варианты, они действуют интуитивно. А что, если ребенок обладает могуществом космического масштаба? С играми такого «ребенка» и столкнулся Орден Аарн. Играми предельно жестокими. У дварх-адмирала Дарли Фарлизи непростая задача: понять логику того, кто направил боевой флот в пространство Ордена, прежде, чем полыхнет новая галактическая война…
В книге рассказывается о космонавтах случайно отправившихся по маршруту Земля - Марс. Им повезло, они смогли вернуться.
Очень не скоро, в очень далеком космосе, проснулся наш современник. Открыл глаза, и быстро убедился, что мир кардинально изменился. И окончательно сошел с ума.
Мир Содружества, нейросети, крейсера и работорговля. Где-то на задворках Человеческой Ойкумены...
Мир Содружества, нейросети, крейсера и работорговля. Где-то на задворках Человеческой Ойкумены...
Он думал, будто мир будущего безумен. Он считал, что "прекрасное далеко" его предало, отбросило в сторону, как ненужную вещь. Он ошибался. Он нужен миру грядущего, куда невольно попал. Кто-то же должен быть мясом на чужих войнах!
Главный герой обладает способностью проникать в сознание людей и пришельцев и оттуда в их параллельные миры. Он проникает в мир, где ему нужно доказать, что он - это он.
Продолжение истории Ольги и Фидуса Криптмана младшего.
Вархаммер, злодейские происки, ужасающие тайны, инквизиторы и один попаданец, который предпочел бы никуда не попадать, особенно в темный мир безысходного будущего.
И как обычно - всегда рад донатам и прочему воспомоществованию, поскольку творчество идет сугубо в свободные промежутки между отчаянной борьбой за существование.
Вархаммер, злодейские происки, ужасающие тайны, инквизиторы и один попаданец, который предпочел бы никуда не попадать, особенно в темный мир безысходного будущего.
И как обычно - всегда рад донатам и прочему воспомоществованию, поскольку творчество идет сугубо в свободные промежутки между отчаянной борьбой за существование.
Капитаны не сдаются:
Чего только не сделаешь, что бы порадовать любимую дочурку! Тревенион даже решается пересечь половину галактики, что бы всего лишь отпраздновать с дочкой почти забытый праздник - Новый Год...
Кошачьи крылья:
У него осталось единственное средство спасти разваливающийся брак – обратиться к магии. Но последствия оказываются непредсказуемы.
Чего только не сделаешь, что бы порадовать любимую дочурку! Тревенион даже решается пересечь половину галактики, что бы всего лишь отпраздновать с дочкой почти забытый праздник - Новый Год...
Кошачьи крылья:
У него осталось единственное средство спасти разваливающийся брак – обратиться к магии. Но последствия оказываются непредсказуемы.
Книга написана о планете Фаетон, прототипе планеты Фаэтон. Достигшей высоко развитой цивилизации, которой стали доступны невиданные достижения техники. Но вскрылись причины приведшие к гибели планеты. Ученные некогда переселившие с далекой системы жителей на Фаетон, просчитали заранее гибель Фаетона изыскали новую планету в Солнечной системе и ведут работы по новому переселению. Им помогают герои книги...
"...На левом рукаве бронескафандра на расстоянии 40 мм ниже шва располагался шеврон – голова волка и цифра 5. На левом, потому что только этот, единственный шеврон, который отряд «Космиче-ские волки» признавал. Когда-то отрядов было пять, остался только один – пятый. Если посмотреть на оголенное левое плечо, то именно на том месте, где располагается шеврон на скафандре, можно уви-деть татуировку – точную копию шеврона. Казалось бы, ничего примечательного, есть татуировки и покрасивее, но это не совсем обычная татуировка. Во-первых, её невозможно было свести, даже если срезать кожу, и пересадить новую, через время, голова волка и цифра 5 выступали на новой коже. Во-вторых, подделать татуировку было невозможно..."
"...Это было очень странная девчушка. Какая-то тощая вся, тщедушная. Чёрные, взъерошенные волосы на голове – не длинные. Но всё-таки мальчуковой её причёску тоже назвать было нельзя. Просто не длинные, чёрные и взъерошенные волосы. А сама-то? Глаза большие – испуганные, тонкие губы нервно дрожат, лицо перепачкано, а одежда вся изодрана в лохмотья. Сидит на краю каменного склона – на холодном ветру – как-то нелепо ёжась, и хлюпает носом.
Зато на левом плече темнеет пятно определённых очертаний, знакомых до боли и вызывающих – скорее безумную ярость и ненависть, нежели жалость. Хотя для Герби, бредущего вдоль того же ветреного склона, чувство жалости вряд ли было знакомо. И даже если замечал он когда-либо за собой столь неуместные проявления душевной слабости, тут же незамедлительно торопился утопить подобные бредовые мысли в крови – конечно же, не своей. И тогда всё возвращалось на круги своя – плоть страдала, а зло торжествовало. А что ещё нужно пирату со стажем, как не подтверждение собственной жестокости.
Пират подошёл вплотную к девчонке и цепко ухватил её за левую руку. Замухрышка захныкала:
- Дяденька, не убивайте, я тут не причём..."
"...Это было очень странная девчушка. Какая-то тощая вся, тщедушная. Чёрные, взъерошенные волосы на голове – не длинные. Но всё-таки мальчуковой её причёску тоже назвать было нельзя. Просто не длинные, чёрные и взъерошенные волосы. А сама-то? Глаза большие – испуганные, тонкие губы нервно дрожат, лицо перепачкано, а одежда вся изодрана в лохмотья. Сидит на краю каменного склона – на холодном ветру – как-то нелепо ёжась, и хлюпает носом.
Зато на левом плече темнеет пятно определённых очертаний, знакомых до боли и вызывающих – скорее безумную ярость и ненависть, нежели жалость. Хотя для Герби, бредущего вдоль того же ветреного склона, чувство жалости вряд ли было знакомо. И даже если замечал он когда-либо за собой столь неуместные проявления душевной слабости, тут же незамедлительно торопился утопить подобные бредовые мысли в крови – конечно же, не своей. И тогда всё возвращалось на круги своя – плоть страдала, а зло торжествовало. А что ещё нужно пирату со стажем, как не подтверждение собственной жестокости.
Пират подошёл вплотную к девчонке и цепко ухватил её за левую руку. Замухрышка захныкала:
- Дяденька, не убивайте, я тут не причём..."
Выберите полку для книги