Фонарщик свою работу любил. Помогать делать мир хоть чуточку светлее — это ли не счастье? Высокая лестница, по которой он поднимался к стеклянным навершиям уличных светильников, позволяла ещё и заглядывать в окна домов. Фонарщик знал, что это неприлично, но за некоторыми людьми и даже целыми семьями присматривать приходилось по службе. Ведь если у кого-то в сердцах поселялась беда, или всё в душах затягивало глухим безразличием, то и фонари у таких домов горели тускло, едва-едва, с трудом разгоняя мрак.
Приходилось не только чистить их от городской пыли, но еще и подкармливать живших в них светляков-дракончиков теплом своей души, собственной любовью. Вот только в последние пару сотен лет, после того как навсегда погас фонарь у одного очень важного для фонарщика дома, сильных и красивых чувств в сердце почти не осталось...