Книги по тегу «ужасы»: ""

Братск, май 1999 года. Время коммерческих киосков, дворового стёба, кассетных магнитофонов и жестких уличных правил. Денис, Олег и Андрей — обычные пацаны, для которых самым страшным кошмаром до недавнего времени был местный хулиган Гончик.
Но всё меняется, когда в их жизни появляется зловещая изнанка реальности. Загадочный дед с седой косой, татуированные дубли в зазеркалье леденящий душу выбор, ставки в котором — жизни их близких. Пацаны получают пугающий дар: власть над временем и пространством. Вот только бесплатный сыр бывает лишь в мышеловке тёмного демона Консториана.
Час икс пробьет в полночь на вершине Пихтовой горы, где под ударами очищающих молний решится судьба города. Смогут ли они пойти наперекор древней воле и остаться людьми? И какую цену придется заплатить за чистые легкие и абсолютное бесстрашие?

Уцелевший после ядерной войны поселок из последних сил отбивался от бандитов-людоедов. Патроны заканчивались, консервы — тоже. Поэтому, когда в эфире прозвучали слухи о заброшенном военном складе, из поселка выдвинулся отряд разведчиков.

Отец, недавно потерявший семью, внезапно получает возможность ещё раз увидеть дочь.
Простая, классическая история, хорошо передающая дух будущей книги.
Этот рассказ её пролог.

Одно утро изменило всё. Слышащие люди по всему миру теряют рассудок и превращаются в безжалостных убийц, одержимых голосами, приказывающими уничтожать «неполноценных». Анна и её десятилетняя глухая дочь Ева выживают лишь благодаря тишине. Их путь через руины цивилизации полон ужаса, предательств и невозможных решений. Но настоящая угроза ждёт не на Земле — а далеко за её пределами.

Больной человек, серийный похититель, убийца, поддавшийся влиянию Синевы медленно растворяется в ней.
Река-Богиня для убийцы становится причиной и следствием его действий.

Обычный вечер, сигарета на скамейке у общаги — и вдруг фонари заливаются мертвенно-зелёным светом, звуки города исчезают, а дверь подъезда перестаёт открываться. Вместо привычного двора — искажённое пространство, где стены пульсируют, воздух становится плотным, а из темноты доносятся звуки, которых не должно быть. Что, если это не галлюцинация и не сон, а та самая обратная сторона реальности, которая всегда была рядом, — просто мы не умели её видеть?

Проводник-экстремал рассказывает группе туристов историю про обвал в шахте, случившийся много лет назад и ставший причиной её закрытия. По слухам, обвал был не случайным, но владельцы решили это скрыть. Однако, гибель шахтёра под завалом и халатность руководства стали известны общественности благодаря врачу, ранее засвидетельствовавшему смерть работника. Позже шахта закрылась в связи с несоответствием требованиям безопасности, но по слухам, у произошедших смертей были мистические причины. В дальнейшем повествование раскрывает читателю тайну произошедшего.

Некоторые объятия не заканчиваются даже со смертью.

«Неприкаянные» — новые истории о тех, кто не смог уйти, и о тех, кто их ждёт. Здесь нежность граничит с ужасом: мать, которая заслоняет ребёнка даже с того света, няня, вернувшаяся попрощаться, — и мертвецы, на шаги которых лучше не выглядывать в окно.

Откройте книгу. Они уже здесь. Некоторых вы будете бояться. Некоторых — полюбите всем сердцем.

Марьяна шла по улице, её шаги казались неестественно громкими в этой мёртвой тишине. Дома были теми же, но брёвна казались более тёмными, а окна — пустыми, как глазницы черепа.
— Света! — крикнула она. Её голос не отразился эхом. Он просто упал на землю и растаял.
Она подошла к дому, где в их мире жила старуха Агафья. Здесь, в зеркале, дверь была открыта. Марьяна заглянула внутрь. За столом сидела женщина, похожая на Агафью, но её лицо было гладким, без морщин. Она держала в руках ложку, и капля супа застыла в воздухе, не падая в тарелку. Женщина не моргала. Она просто смотрела в одну точку.
— Живая, но мёртвая, — раздался голос за спиной.
Марьяна резко обернулась, выхватывая нож. На пороге стоял молодой человек. Ему на вид было лет двадцать шесть. Высокий, с тёмными, слегка вьющимися волосами и глазами цвета грозового неба. На нём была грубая льняная рубаха, распахнута на груди, и тёмные штаны. Но самым странным было то, что от него веяло не холодом, как от всего этого места, а...