Подборка книг по тегу: "интрига"
Я пришла в себя в чужом мире прямо посреди бракоразводных переговоров и за один день узнала две вещи: мое бюро почти разорено, а я сама уже шесть лет замужем. Есть только одна проблема — своего мужа Эрдана Нейра я никогда не видела.
Поиски быстро приводят к другим людям, которым в семейных записях тоже приписали несуществующих супругов. Кто-то годами переписывал чужие браки, имущество и права, а теперь пытается добраться до моего архива.
Расследование ведет Райвен Корд — старший арбитр, дракон и человек, который раздражает меня почти так же сильно, как умеет быть правым. Чтобы сохранить бюро и свободу, мне придется доказать, что мой брак никогда не существовал. И не подписать лишнего там, где ставки внезапно стали слишком личными.
Поиски быстро приводят к другим людям, которым в семейных записях тоже приписали несуществующих супругов. Кто-то годами переписывал чужие браки, имущество и права, а теперь пытается добраться до моего архива.
Расследование ведет Райвен Корд — старший арбитр, дракон и человек, который раздражает меня почти так же сильно, как умеет быть правым. Чтобы сохранить бюро и свободу, мне придется доказать, что мой брак никогда не существовал. И не подписать лишнего там, где ставки внезапно стали слишком личными.
— Ирка, быстро приезжай домой! — муж орет в трубку телефона, — Твой уродский кошак набросился на… Кожу порвал, кровь хлещет!
В груди у меня все замирает.
— Кошмар какой! Выезжаю! Кто пострадал?
— Девушка!
— Какая еще девушка у нас дома?
👉 Это Литсериал 👉
🔥борьба за собственное счастье
🔥отстоять себя и не сдаться
🔥врачи и их странные родственники
🔥самая милая дочурка
🔥муж объелся груш
🔥ХЭ тому, кто заслужил!
В груди у меня все замирает.
— Кошмар какой! Выезжаю! Кто пострадал?
— Девушка!
— Какая еще девушка у нас дома?
👉 Это Литсериал 👉
🔥борьба за собственное счастье
🔥отстоять себя и не сдаться
🔥врачи и их странные родственники
🔥самая милая дочурка
🔥муж объелся груш
🔥ХЭ тому, кто заслужил!
Будучи в нетрезвом состоянии после клуба, я совершила страшное преступление. Но мой парень, сын прокурора. Он отмазал меня. Теперь, Зверь с этим не согласен и будет мстить...
- Ползи ко мне, шавка! К ноге!
Приказал жестко Кирилл, испепеляя меня глазами и хлопая по ноге, как подзывают собак.
Он обращается ко мне грубо. Как будто я для него не человек вовсе. Так насекомое, букашка, которую можно прихлопнуть или наступить и расплющить подошвой ботинка.
- К ноге! Я сказал!
Он отчетливо повторяет свой унизительный приказ. Еще громче. Еще жестче. Так что у меня все волоски встают на дыбы.
- Пошел ты! Ублюдок!
Показываю ему средний палец. Да пропади оно все пропадом! Хуже уже быть не может. Я не буду выполнять команды этого долбанного психа с садистскими наклонностями. Пусть захлебнется своей желчью!
- Ползи ко мне, шавка! К ноге!
Приказал жестко Кирилл, испепеляя меня глазами и хлопая по ноге, как подзывают собак.
Он обращается ко мне грубо. Как будто я для него не человек вовсе. Так насекомое, букашка, которую можно прихлопнуть или наступить и расплющить подошвой ботинка.
- К ноге! Я сказал!
Он отчетливо повторяет свой унизительный приказ. Еще громче. Еще жестче. Так что у меня все волоски встают на дыбы.
- Пошел ты! Ублюдок!
Показываю ему средний палец. Да пропади оно все пропадом! Хуже уже быть не может. Я не буду выполнять команды этого долбанного психа с садистскими наклонностями. Пусть захлебнется своей желчью!
Мира поставила две цели: сбежать в столицу и вычеркнуть Яна из жизни. Подруги настояли на третьей — найти нормального мужчину. Желательно такого, который не доводит её до бешенства одним взглядом.
Всё шло идеально. Пока не объявился Ян.
Тот самый бывший, который знает, куда бить. Улыбается так, будто уже победил. Лезет в её жизнь без спроса и даже не думает соглашаться на роль прошлого.
Мира язвит, огрызается и приводит на свидания одного «нормального» мужчину за другим.
Ян изводит её, флиртует напропалую и безошибочно доводит до ревности.
Она хочет показать, что давно его забыла.
Он — что она всё ещё сходит по нему с ума.
И упрямцы сталкиваются вновь — с флиртом, ревностью и правилами, которые оба нарушают при первой возможности.
Ведь бывшими они быть не научились.
И, кажется, даже не собираются.
Всё шло идеально. Пока не объявился Ян.
Тот самый бывший, который знает, куда бить. Улыбается так, будто уже победил. Лезет в её жизнь без спроса и даже не думает соглашаться на роль прошлого.
Мира язвит, огрызается и приводит на свидания одного «нормального» мужчину за другим.
Ян изводит её, флиртует напропалую и безошибочно доводит до ревности.
Она хочет показать, что давно его забыла.
Он — что она всё ещё сходит по нему с ума.
И упрямцы сталкиваются вновь — с флиртом, ревностью и правилами, которые оба нарушают при первой возможности.
Ведь бывшими они быть не научились.
И, кажется, даже не собираются.
Хлопок двери заставляет меня обернуться. Егор стоит у холодильника и держит в руках банку с солеными огурцами.
— Что ты задумал? — ударяю по крану, перекрывая поток воды.
— Твоя сестра захотела ещё соленых огурцов, — невозмутимо отвечает он.
— Я не об этом, — резко поворачиваюсь и смотрю на бывшего, пытаясь понять, что он задумал.
— Что ты хочешь услышать? — приподнимает бровь.
— Зачем ты стал встречаться с моей сестрой?
— Когда люди нравятся друг другу, они обычно начинают встречаться.
— Я бы тебе поверила, если бы она не была полной копией меня.
— Не-ет, — скалится он. — Она не ты! Она полная противоположность тебе. Именно за это я её и полюбил! — Его слова звучат как плевок в лицо, как признание моей никчемности.
— Что ты задумал? — ударяю по крану, перекрывая поток воды.
— Твоя сестра захотела ещё соленых огурцов, — невозмутимо отвечает он.
— Я не об этом, — резко поворачиваюсь и смотрю на бывшего, пытаясь понять, что он задумал.
— Что ты хочешь услышать? — приподнимает бровь.
— Зачем ты стал встречаться с моей сестрой?
— Когда люди нравятся друг другу, они обычно начинают встречаться.
— Я бы тебе поверила, если бы она не была полной копией меня.
— Не-ет, — скалится он. — Она не ты! Она полная противоположность тебе. Именно за это я её и полюбил! — Его слова звучат как плевок в лицо, как признание моей никчемности.
Семь лет назад я вышла из их дома целой, свободной — и беременной. Я никому не сказала. Я сменила имя, построила агентство, вырастила дочь одна. У Миры серо-зелёные глаза, которые я узнала бы из тысячи. Глаза её отца. Одного из двух мужчин, которых я когда-то впустила в свою жизнь на девяносто дней. А потом у школы дочери появилась чужая машина. Над нашим садом завис дрон. И мой крёстный сделал один звонок и… Прошлое снова ворвалось в мою жизнь.
Адриан узнал её по единственной фотографии… Я думала, прошлое осталось в прошлом. Я ошибалась. Оно вернулось за моей дочерью — и привело за собой её отцов.
Адриан узнал её по единственной фотографии… Я думала, прошлое осталось в прошлом. Я ошибалась. Оно вернулось за моей дочерью — и привело за собой её отцов.
– Ты – моя мама, – девчушка касается моей руки бархатной ладошкой.
– Малыш, – присаживаюсь перед девочкой на корточки. – Я не твоя… – с трудом сглатываю тяжёлый ком, – мама.
Сердце рвётся в лохмотья, в голове туман.
– Где моя конфетка? – строгий, но насквозь пропитанный нежностью и любовью голос разносится по помещению.
Поднимаюсь, прижимаю к груди документы и отворачиваюсь.
Это он! Это точно он!
Руслан Селиванов. Моя первая и единственная любовь, мой первый и единственный мужчина. Отец моей погибшей дочери…
И папа этой чудесной девочки…
Он знал, что станет отцом, обещал вернуться и… исчез.
Оставил меня в одиночестве проживать горечь потери.
Я думала, разлюбил. И оказалась права. Возможно, он уже тогда знал, что не вернётся. Может быть, его ждала беременная жена.
И ребёнок… Дочка… Ровесница нашей погибшей малышки...
– Малыш, – присаживаюсь перед девочкой на корточки. – Я не твоя… – с трудом сглатываю тяжёлый ком, – мама.
Сердце рвётся в лохмотья, в голове туман.
– Где моя конфетка? – строгий, но насквозь пропитанный нежностью и любовью голос разносится по помещению.
Поднимаюсь, прижимаю к груди документы и отворачиваюсь.
Это он! Это точно он!
Руслан Селиванов. Моя первая и единственная любовь, мой первый и единственный мужчина. Отец моей погибшей дочери…
И папа этой чудесной девочки…
Он знал, что станет отцом, обещал вернуться и… исчез.
Оставил меня в одиночестве проживать горечь потери.
Я думала, разлюбил. И оказалась права. Возможно, он уже тогда знал, что не вернётся. Может быть, его ждала беременная жена.
И ребёнок… Дочка… Ровесница нашей погибшей малышки...
Есть у меня друг детства, гинекологом работает. Вот вечно он ноет и жалуется, что работа у него тяжёлая, а по мне — да каждый нормальный мужик о такой работе только мечтает!
— Это у меня целыми днями сплошные договора да поставщики, а у тебя перед глазами такая красота, а ты ещё ноешь! — подкалываю я его в ответ.
— Ага, все так говорят, а ты попробуй двадцать пациентов в день прими, посмотрю я на тебя!
— Ну я бы попробовал, — растягиваю я губы в довольной улыбке... — Сколько у тебя там в месяц выходит? Два косаря зелеными? Плачу тебе за день и по рукам!
***
— Да вы не стесняйтесь, проходите, раздевайтесь... За ширмой... — разглядываю я сквозь фальшивые очки очередную пациентку.
Нервная. Строгая. Натянутая, как струна.
Да что же с тобой не так, моя сладкая девочка? Чем же тебя жизнь так обидела...
— Это у меня целыми днями сплошные договора да поставщики, а у тебя перед глазами такая красота, а ты ещё ноешь! — подкалываю я его в ответ.
— Ага, все так говорят, а ты попробуй двадцать пациентов в день прими, посмотрю я на тебя!
— Ну я бы попробовал, — растягиваю я губы в довольной улыбке... — Сколько у тебя там в месяц выходит? Два косаря зелеными? Плачу тебе за день и по рукам!
***
— Да вы не стесняйтесь, проходите, раздевайтесь... За ширмой... — разглядываю я сквозь фальшивые очки очередную пациентку.
Нервная. Строгая. Натянутая, как струна.
Да что же с тобой не так, моя сладкая девочка? Чем же тебя жизнь так обидела...
Я увидела их вместе случайно за колонной, где в сумерках, отражающихся от панорамного окна, они целовались, будто были созданы друг для друга. Боль, острая, резкая пронзила сердце, а жёсткое осознание ударило по голове.
“Как она могла? Она ведь моя родная сестра!”
Человек, с которым мы в детстве рвали малину, катались на велосипеде и делили комнату. От этих воспоминаний сердце разрывалось на части. Ведь она знала о моих чувствах к нему. Сама советовала, чтобы я ни за что не признавалась первой. Но теперь мне было ясно: “почему”.
— Они… вместе? — сглотнула я, боясь услышать ответ.
Когда любишь - готова пойти на все, лишь бы человек был твоим. Когда любишь готова пожертвовать всем, только бы снова увидеть его улыбку.
Я заключила сделку со временем, отчаянно желая повернуть его вспять.
Тысячи часов, чтобы переписать прошлое, и одна цена, которую я не была готова заплатить.
“Как она могла? Она ведь моя родная сестра!”
Человек, с которым мы в детстве рвали малину, катались на велосипеде и делили комнату. От этих воспоминаний сердце разрывалось на части. Ведь она знала о моих чувствах к нему. Сама советовала, чтобы я ни за что не признавалась первой. Но теперь мне было ясно: “почему”.
— Они… вместе? — сглотнула я, боясь услышать ответ.
Когда любишь - готова пойти на все, лишь бы человек был твоим. Когда любишь готова пожертвовать всем, только бы снова увидеть его улыбку.
Я заключила сделку со временем, отчаянно желая повернуть его вспять.
Тысячи часов, чтобы переписать прошлое, и одна цена, которую я не была готова заплатить.
Я всего лишь хотела выйти из переговорной — а открыла дверь в магическую лавку, где нарушенные обещания превращаются в осколки.
Теперь лавка считает меня своим Хранителем, прежняя хозяйка бесследно исчезла, а через три недели за долги отберут всё имущество. И будто этого мало, командующий столичной стражей Рейнар Морвейн — дракон и возможный наследник престола — требует уничтожить клятву, которую я даже не понимаю.
Я отказываюсь.
И вскоре выясняется: кто-то научился переписывать чужие обещания.
Чтобы сохранить лавку и собственную свободу, мне придётся раскрыть тайну исчезнувшей Хранительницы, разобраться с королевскими интригами и выяснить, что важнее — магическая сила слова или право человека выбирать самому.
А ещё постараться не влюбиться в дракона, который только учится не отдавать мне приказы.
Теперь лавка считает меня своим Хранителем, прежняя хозяйка бесследно исчезла, а через три недели за долги отберут всё имущество. И будто этого мало, командующий столичной стражей Рейнар Морвейн — дракон и возможный наследник престола — требует уничтожить клятву, которую я даже не понимаю.
Я отказываюсь.
И вскоре выясняется: кто-то научился переписывать чужие обещания.
Чтобы сохранить лавку и собственную свободу, мне придётся раскрыть тайну исчезнувшей Хранительницы, разобраться с королевскими интригами и выяснить, что важнее — магическая сила слова или право человека выбирать самому.
А ещё постараться не влюбиться в дракона, который только учится не отдавать мне приказы.
Выберите полку для книги