Подборка книг по тегу: "ребенок"

❄️💕РОМАН ЗАВЕРШЕН❄️💕МИН.ЦЕНА СЕГОДНЯ❄️💕
— Вера, сдай его в интернат, — говорит муж в ярости. — Я не хочу, чтобы он меня отцом называл. Не чувствую своим, понимаешь?
После этих слов я уже ничего не слышу. Только тишину.
Я ушла, не дав шанса “передумать”, устроилась в строительную компанию.
Мой начальник — Илья Демидов, жесткий, точный, без эмоций.
Но всё меняется, когда в офис забегает мой сын и обнимает меня за ноги — и из-под футболки виднеется родимое пятно: маленький ключик на руке.
Точно такое же у Демидова. У его отца. У деда. “Ключ от рода”.
— У вас ребенок… по ЭКО? — спрашивает он слишком прямо.
— Это не ваше дело.
— Станет моим, если клиника перепутала материал…
А спустя полгода ещё и муж решил, что хочет нас вернуть.

❄️🎄РОМАН ЗАВЕРШЕН❄️🎄МИН.ЦЕНА СЕГОДНЯ❄️🎄
Гул зала, лица коллег, привычные улыбки — всё это было фоном. Настоящее случилось в тот момент, когда двери распахнулись, и в помещение вошёл он.
Дамир Русланович Зураев.
Он шёл спокойно, уверенно, будто этот офис всегда принадлежал ему. Будто и я — тоже. И самое страшное было не это. Самое страшное — что тело вспомнило раньше головы: как пахнет власть, как звучит его тишина, как умеет давить одно его присутствие.
Я подняла взгляд — и поймала его глаза.
Секунда.
Этой секунды хватило, чтобы прошлое встало, между нами, стеной. Чтобы воздух стал плотным, как вода. Чтобы сердце ударило слишком громко и не от страха.
Я четыре года училась жить заново: без брака, без боли, без мужчины, который однажды предал — и ушёл из её жизни так же резко, как ворвался. Я выстроила карьеру и научилась не смотреть назад.
Но прошлое возвращается без стука.

— Я от тебя ухожу, Марина. Я устал.
Шесть коротких слов, а внутри всё рухнуло. Не обвалилось медленно, не просело — рухнуло в одно мгновение, погребая под обломками всё, что я считала своей жизнью.
Я перевела взгляд на Свету.
Она улыбалась. Широко, торжествующе. Видимо она долго ждала этого момента.
— Я хочу ребёнка, Марина. Которого ты не можешь мне дать, — он говорил ровно, буднично. — И хочу женщину в постели. Настоящую. А не сношаться по расписанию твоих овуляций. Да… и я уже год со Светой.
— Нет-нет-нет. Скажите, что это шутка. Пожалуйста. Очень глупая, очень жестокая шутка.
— Господи, какая шутка, Марин? — Света закатила глаза с наигранной усталостью. — Хватит уже этого цирка. Он от тебя уходит ко мне. Всё. Финита. Смирись уже.
— Почему?
Я проигнорировала Свету. Смотрела только на него…

— Ты... изменяешь мне? С кем?
Муж усмехается.
— Какая разница, с кем? Главное — с той, кто следит за собой. С той, от кого не разит кислым молоком и кто не ноет про колики.
— Я подам на развод! — кричу я, глотая слезы. — Видеть тебя не хочу!
Алексей делает шаг ко мне, загоняя в угол.
— Какой еще развод? Кому ты нужна, безработная, с двумя орущими спиногрызами на руках?
— Я справлюсь...
— Ты сдохнешь с голоду через неделю, — перебивает он. — Ты никуда не денешься, Настя. Ты будешь сидеть здесь, стирать мои носки, готовить жрать и молчать в тряпочку. Выбора у тебя нет.
Я сползаю по стене, раздавленная, когда раздается требовательный звонок в дверь.
На пороге стоит незнакомец. Властный. Опасный.
— Вы кто? — шепчу я.
Он переступает порог, отодвигая меня в сторону:
— Настоящий отец твоей двойни.

— Ничего не значит? — я рассмеялась, — У тебя там ребенок, Егор. Девятилетняя дочь. Ты жил там. Твои рубашки там стирают.
— Я не жил! — он почти выкрикнул это, и эхо заметалось по лестничной клетке. — Я ездил к ней! Только к девочке! Маш, поверь мне, пожалуйста. Это случилось один раз! Десять лет назад! На открытии первого филиала. Я выпил… эйфория, успех… Она сама подошла, начала вешаться… Ну, я мужик, Маш, бес попутал. Одна ночь! Я про нее забыл на следующий же день! Вычеркнул!
А потом его любовница, или правильнее — вторая жена, сидела на моей кухне и просила отпустить Егора.
— Меня он любит, — усмехнулась она. — А вас терпел. Посмотрите правде в глаза. Ваш брак умер много лет назад. Вы держитесь за привычку, за штамп, за квартиру. А я держусь за любовь. Отпустите его.
Но не это окончательно выбило меня из колеи, не ее слова, а нечто другое, гораздо более весомое.

— Дед Молоз, слочно найди мне папу!
Тон крохи не допускает возражений. Это приказ.
— Что? — глупо переспрашиваю я.
— Па-пу! — растягивает она. — Тётя Ника говорит, в Новый год Дед Молоз всё может.
Она суёт мне детский рисунок: три фигурки держатся за руки, корявая подпись «ПАПА».
— Это твоя мама? — показываю на фигуру с жёлтыми волосами.
— Нет. Это тётя Ника. Моя мама на небе. А к нам приходила злая тётя. Говорила, если папа не найдётся, меня заберут в детдом.

Инвесторы поставили условие: у меня должна быть семья. Прошлый век? Возможно. Но мне будто сама судьба идёт навстречу. Маленькая девочка врезается в меня и требует найти ей папу. Кажется, я нашёл вариант решения своей проблемы, стоит предложить решить вопрос с опекой. Только тётя девчушки оказывается сестрой моей бывшей, с которой пять лет назад я весьма некрасиво расстался. Согласится ли Ника на моё предложение? И почему мне кажется, что сестра бывшей что-то недоговаривает?

- Я был бы благодарен, если бы вы с дочкой съехали из моей квартиры.
- А сюда ты позовёшь Анжелику и её сына?
- Им жить негде.
- А нам куда деваться?
- Поживите пока у твоей мамы. Потом я что-нибудь для вас найду.
***
Пять лет мы жили в гражданском браке, у нас родилась дочь, и я искренне верила, что штамп в паспорте ничего не значит. Я ведь уже и так жена. Наивная! Мужчина, которого я считала мужем, встретил свою школьную любовь и попросил нас с дочкой освободить его жилплощадь. Оказывается, всё это время я была вовсе не женой, а удобным вариантом.

- Да, у меня есть дочь. Проваливай отсюда! – рычит на меня как тигрица, так и хочется достать кнут и приструнить.
- Мама, кто этот дядя? – кроха выглядывает из-за длинных маминых ног, с любопытством поднимая взгляд.
- Дверью ошибся, иди солнышко.
- А я как раз к тебе, малышка, - игнорируя Сашу, я присаживаюсь на корточки.
Маленькая девчушка с яркими каштановыми, с рыжим оттенком, волосами смотрит на меня широко распахнутыми карими глазами. Маленький носик морщится, а губы плотно сжаты. В руках она зажимает мягкую игрушку.
- Ты похожа на бельчонка.
- Она похожа на меня, - встревоженная Саша делает шаг в сторону, загораживая ребенка.
Медленно выдыхаю и поднимаюсь. Эта женщина вздымает во мне огненную бурю инстинктов собственника и защитника, как и тогда…
- Ты ведь знаешь, что рано или поздно я войду в эту халупу.
Саша не промах – быстро воспользовалась ситуацией и закрыла дверь. Как же меня прет от нее! Словно спичку в сухую траву бросили. И малая… похожа на меня.

— Или ты сейчас зайдешь в дом вместе со мной, или… — угрожающе тянет муж.
— Или что, Дамир?
— Или я пойду на крайние меры! Я могу, ты это знаешь! Будешь жалеть, что не послушалась! Я разведусь с тобой! Разведусь, а дочь заберу себе, как это у нас принято!
Тридцать первого декабря я застала мужа с его секретаршей — они голыми выбежали из бани, у коттеджа, в который она сама меня пригласила, сказав, что муж готовит сюрприз.
Утро нового года я встретила в аэропорту, а первый день — в горном шале у угрюмого кавказца, который был совсем нам не рад.
— Ваша мать может остаться, а вы уезжайте. Я не переношу маленьких детей.
Но снежная буря не дала нам уехать.
Мы заперты в доме с этим суровым горцем, который не готов к общению и говорит, что ненавидит малышей, вот только постепенно я понимаю, что всё совсем не так.
— Иди сюда, маленькая, ну что ты ревешь? Мамочка скоро придет…

🔥ЭКСКЛЮЗИВНО🔥
- А-а-а, - слышится хриплый женский голос. - Чо так грубо!
- Потерпишь! И не ори! Соседи услышат! - рычит муж.
Замираю, придерживая живот. Дочь сегодня пинается особо активно. Вот тебе и вернулась пораньше.
Две недели на сохранении, муж ждет меня только в понедельник.
Это что за девка в моем доме? Нехорошая догадка ледяной удавкой стягивает горло.
- А ты чего такой голодный-то? - слышится хриплый женский смех.
- Так у Таньки же угроза всю беременность.
- Чо она такая хилая? Даже выносить нормально не может.
- Да черт ее знает. Хватит болтать, - хрипит муж.
На негнущихся ногах иду на голоса, толкаю дверь в спальню.
Мой муж, который с утра писал мне: «Доброе утро, котенок» сейчас очень увлечен моей подругой.
В груди печет и давит, так словно, меня сунули под пресс или переехали катком. Больно. Внутри меня поднимается лютая ненависть и гнев.
Вслепую нащупываю за дверью биту.
- Ну, здравствуй, любимый!