Подборка книг по тегу: "кавказская история любви"

— Ваш биоматериал использовали по ошибке, — сообщает директор клиники. — Беременность наступила. Родились трое мальчиков.
Пять лет у меня были сыновья, о которых я ничего не знал.
— Где они?
— По последним данным, семья находится в государстве, где начались боевые действия. Госпожа Соколова преподавала в полевой школе при гуманитарной миссии.
— Где именно?
— Это закрытая информация… — пытается вмешаться юрист.
— Я спрашиваю. Где. Именно!
Анастасия называет город. Пограничный район из утренних закрытых сводок. Дороги перекрыты, аэродром поврежден, объявлена эвакуация.
Я достаю телефон и набираю начальника штаба.
— Поднимай борт, — говорю, когда он отвечает. — Через сорок минут буду на аэродроме.
Директор вскакивает.
— Куда вы собрались?
Я убираю фотографию во внутренний карман кителя.
— Я лечу за своими детьми.

— Но мне даже не сказали, где искать могилу! Сказали, что это их дело, их традиции. Я семь лет хожу на могилу чужого мальчика, чтобы помянуть нашего.
— Оля, ты о чём? — спрашивает Амир. Мой муж, который уже восемь лет как считается пропавшим без вести.
— О Гаспаре. Нашем сыне... он умер в реанимации семь лет назад.
Я чувствую, как холодеют руки.
— Оль, но Гаспар жив... Он живёт в моей семье. Они сказали, что ты принесла им ребёнка, потому что не справилась. Бросила его.
Восемь лет я считала Амира погибшим. Семь лет оплакивала одного из наших близнецов и одна растила второго.
А потом пропавший без вести муж возвращается.
И выясняется невозможное.
Два брата-близнеца живут в одном городе и даже не знают друг о друге.
Кто-то восемь лет назад разделил наших мальчиков.
Теперь нам придётся снова стать родителями вместе. И разобраться, что делать с любовью, которая пережила все невзгоды.

— Ты чей? Ходить можешь? — Смогу! Просто не сейчас. И маме не говорите, я сам отработаю. Машину вашу каждый день мыть буду!
— Фамилия твоя как?
— Алиев, — вот это совпадение. Однофамильцы.
— А зовут?
— Данияр Арсенович.
Я замираю.
Та же фамилия. Моё имя в отчестве. И тёмноглазый мальчишка, который только что на инвалидной коляске влетел прямиком в мою машину.
Совпадение?
Я тоже так думаю. Пока не захожу в его палату и не вижу женщину, которую семь лет назад отпустил после окончания нашего фиктивного брака.
Семь лет назад нам нужен был брак всего на один год: мне — ради наследства, ей — ради денег. Мы заранее договорились о разводе, никаких чувств и никаких детей.
Мы нарушили оба правила.
Она уверена, что я всегда хотел свободы. Я был уверен, что именно она только и ждала окончания нашего договора.
Похоже, семь лет назад мы оба совершили одну и ту же ошибку — решили всё друг за друга, так и не задав главного вопроса.
Но на этот раз я отпускать её не собираюсь.

— Ты моя жена, Ася. Но твое место рядом с моими родителями.

— А ее?

— Ее место рядом со мной.

Семь лет я прислуживала его семье, терпела упреки за бесплодие и ждала, когда Багир заберет меня в Москву. А приехав без предупреждения, узнала: у мужа давно другая жизнь. В ней он смеется, любит и засыпает рядом с Олесей. А законная жена нужна лишь затем, чтобы ухаживать за его родителями.

Об этом знали все. Даже свекры, называвшие меня дочерью.

Багир уверен, что я поплачу и вернусь. Он еще не знает, что я беременна. И что ради своего ребенка впервые в жизни перестану быть послушной.

Но почему, когда нелюбимая жена уходит, Керимов вдруг решает, что никому ее не отдаст?

- Выйдешь за Ибрагима. Он вдовец, у него пять детей, так что не забалуешь. А нам гора с плеч, - говорит моя тетка.
В ее доме я живу с семи лет в качестве бесправной приживалки, делая всю работу по дому. Теперь меня сбагривают как кухарку и няньку в дом старика.
Но внезапно возвращается моя мама, которую я не видела 11 лет.
Она спасает меня от брака... только для того, чтобы отдать за долги жестокому и опасному кавказцу.

Она — бунтарка с Кавказа, готовая сжечь мосты, лишь бы не выйти за ненавистного жениха.
Он — человек, у которого все под контролем. Было… пока она не сбежала из дома и не ворвалась к нему.
Ее побег. Его дом. Разъяренные родственники с кинжалами у двери.
Чтобы спасти ее от позора, а себя — от верной смерти, Адам вынужден жениться на Мадине. Всего на год — такова их сделка.
Но он не учел, что под маской наивной девочки скрывается женщина с огнем внутри. И что вынужденная близость разожжет не только ненависть, но и неконтролируемую страсть.
Теперь его главная проблема — не как от нее избавиться, а как заставить себя не влюбиться.

— Отпустите! Меня ждет жених! — кричу я, в панике глядя на мужчину передо мной.
Его руки на моей талии сжимаются, превращаясь в стальной капкан.
— Твоя свадьба отменяется, Айла, — отзывается Имран, обжигая меня темным, тяжелым взглядом.
— Мой отец… он убьет вас!
— Твой отец променял тебя за долги. А я — украл. И теперь ты принадлежишь мне.

Имран Багиров.
Жестокий. Опасный. Властный.
Он похитил меня прямо из-под носа у семьи. Теперь я его трофей. Он говорит, что спас меня, но его взгляд пугает меня больше, чем брак с ненавистным стариком. Что ему нужно от бесправной невесты с уродливыми шрамами? И как мне спасти свое сердце, если рядом с Имраном Багировым оно начинает биться чаще?

Я сбегаю со сцены, на ходу одёргивая короткий медицинский халатик, когда меня останавливает незнакомый мужчина.
— Моему другу нужна сиделка. Все предыдущие сбежали.
— Кто вообще ищет сиделку в ночном клубе?
Он усмехается.
— Моему другу не нужна обычная сиделка. Ему нужен человек, который сможет его встряхнуть.
Я уже хочу отказаться, но он называет сумму.
Триста пятьдесят тысяч в месяц.
За такие деньги я смогу оплатить мамино лечение.
Похоже, ради них я готова рискнуть.

— У нас женщины так не ходят, Белоснежка, — ледяной голос горца обжигает сильнее полуденного солнца.
— А у нас в Сибири девять месяцев зима, — парирую ему в ответ. — Я заслужила солнце и имею право носить хоть шорты, хоть… ничего!

Я прилетела на Кавказ после предательства, надеясь отогреться и подлечить раны. Но нарвалась на Шамиля — нелюдимого горца с темным прошлым и свирепым орлом на плече.
Он решил сбить с меня спесь: украл средь бела дня и увёз в неприступную каменную башню над пропастью.
Только сибирский характер так просто не сломить. Наше противостояние быстро превратилось в запретную, сносящую крышу страсть...