Подборка книг по тегу: "развод"
— Мариш, ты только не начинай! Внизу 180 гостей!
Муж говорит это в свадебном люксе нашего отеля. На кровати застёгивает босоножку беременная Кира — администраторша, которую я сама всему научила.
Я не устраиваю сцен... Просто довожу чужой банкет до последнего тоста, а затем кладу на стойку ключи от отеля, который 18 лет держался на моих плечах.
Дома Кира уже хозяйничает на моей кухне, в моём халате. А Паша смеётся мне в лицо:
— Ты без меня никто! Приползёшь обратно!
К утру он блокирует карту, а дочь опускает глаза: знала про Киру ещё весной.
У меня остаётся только заброшенный бабушкин пансионат: текущая крыша, сгоревший флигель, куча пожарных нарушений и месяц на открытие. А у ворот уже стоит подполковник Гордеев — мужчина, которого я не выбрала 18 лет назад. Приехал с проверкой по чьей-то очень своевременной жалобе.
Павел уверен, что я пропаду. Пусть ждёт...
Удобная «хозяюшка» больше не вернётся. Вернётся хозяйка — и заберёт своё! До последнего рубля!
Муж говорит это в свадебном люксе нашего отеля. На кровати застёгивает босоножку беременная Кира — администраторша, которую я сама всему научила.
Я не устраиваю сцен... Просто довожу чужой банкет до последнего тоста, а затем кладу на стойку ключи от отеля, который 18 лет держался на моих плечах.
Дома Кира уже хозяйничает на моей кухне, в моём халате. А Паша смеётся мне в лицо:
— Ты без меня никто! Приползёшь обратно!
К утру он блокирует карту, а дочь опускает глаза: знала про Киру ещё весной.
У меня остаётся только заброшенный бабушкин пансионат: текущая крыша, сгоревший флигель, куча пожарных нарушений и месяц на открытие. А у ворот уже стоит подполковник Гордеев — мужчина, которого я не выбрала 18 лет назад. Приехал с проверкой по чьей-то очень своевременной жалобе.
Павел уверен, что я пропаду. Пусть ждёт...
Удобная «хозяюшка» больше не вернётся. Вернётся хозяйка — и заберёт своё! До последнего рубля!
— Если ты в третий раз забеременела девочкой, рожать не будем, — равнодушно бросил муж.
А я хрипло рассмеялась.
— Конечно, ведь сына тебе родит любовница, — от злости горло сковало. — Ты ее обидел своим молчанием и она приехала ко мне, так сказать, поделиться своим "счастьем".
Муж вскинул брови. Но лицо оставалось каменным.
— Раз ты обо всем узнала и теперь так обстоят дела, — протянул он недовольно, бесясь что мне стало известно о его второй семье. — Тогда я разрешу тебе родить, так и быть.
— А мне твое разрешение нужно как пятая нога собаке, — улыбнулась я и выдернула из его рук бумаги. — Но задатки властного босса в тебе есть. Попрактикуйся на кошках, то есть на любовнице, приказы отдавать. Она же послушная, не то что я…
Да, я была неудобной, поэтому развод гремел на всю столицу. Каждую копейку потраченную на любовницу удвоила и забрала себе. И ещё и в фирму мужа запустила руки.
А я хрипло рассмеялась.
— Конечно, ведь сына тебе родит любовница, — от злости горло сковало. — Ты ее обидел своим молчанием и она приехала ко мне, так сказать, поделиться своим "счастьем".
Муж вскинул брови. Но лицо оставалось каменным.
— Раз ты обо всем узнала и теперь так обстоят дела, — протянул он недовольно, бесясь что мне стало известно о его второй семье. — Тогда я разрешу тебе родить, так и быть.
— А мне твое разрешение нужно как пятая нога собаке, — улыбнулась я и выдернула из его рук бумаги. — Но задатки властного босса в тебе есть. Попрактикуйся на кошках, то есть на любовнице, приказы отдавать. Она же послушная, не то что я…
Да, я была неудобной, поэтому развод гремел на всю столицу. Каждую копейку потраченную на любовницу удвоила и забрала себе. И ещё и в фирму мужа запустила руки.
❗️Завершенный роман. Низкая цена❗️
— Я с тобой развожусь. Собирай барахло. И вон из моего дома, — рявкает муж, швыряя на стол пачку бумаг.
— А как же двадцать лет брака? Я же твоя любимая булочка!.. — опускаю глаза и всхлипываю.
Пусть думает, что я испугалась.
— Посмотри на себя. Какая булочка? Ты — батон, — рычит Борис. — Я больше не хочу тебя. У меня другая. Молодая и красивая…
Роняю слезы. Пусть решит, что мне больно.
— А если я не подпишу документы? — хлюпаю носом.
Улыбка исчезает с лица мужа. Он бьет кулаком по столу и грязно ругается отборным матом.
— Тогда ты, корова, останешься ни с чем. Ещё и измену твою сфабрикую… Понятно? — брызгая слюной, орет муж.
Да, теперь понятно. Муж объявил мне войну. И это обидно. Но…
Я ещё не знаю, что очень скоро скажу ему: «Спасибо, милый, за измену!»
— Я с тобой развожусь. Собирай барахло. И вон из моего дома, — рявкает муж, швыряя на стол пачку бумаг.
— А как же двадцать лет брака? Я же твоя любимая булочка!.. — опускаю глаза и всхлипываю.
Пусть думает, что я испугалась.
— Посмотри на себя. Какая булочка? Ты — батон, — рычит Борис. — Я больше не хочу тебя. У меня другая. Молодая и красивая…
Роняю слезы. Пусть решит, что мне больно.
— А если я не подпишу документы? — хлюпаю носом.
Улыбка исчезает с лица мужа. Он бьет кулаком по столу и грязно ругается отборным матом.
— Тогда ты, корова, останешься ни с чем. Ещё и измену твою сфабрикую… Понятно? — брызгая слюной, орет муж.
Да, теперь понятно. Муж объявил мне войну. И это обидно. Но…
Я ещё не знаю, что очень скоро скажу ему: «Спасибо, милый, за измену!»
— Как это, передумал? — удивляется его брат. — Ты же хотел всем объявить, что станешь отцом.
Муж усмехается.
— Хотел. Но после госпитализации Лилькиной уже не уверен, что она дотянет. Возраст всё-таки.
Я зажимаю рот ладонью, чтоб не крикнуть.
— Ну ты даешь. Сам жену уговаривал на ребенка, сам до больницы довёл, а теперь в кусты?
Муж отвечает без грамма сомнения:
— Да знаешь, представил я, как покажу её мужикам завтра. У Дани жена молодая, беременная, глаза горят. У Тимохи тоже девчонка юркая, свежая. А у меня кто? Лиля.
У меня сжимает грудь, так, что вдохнуть больно.
Я только что вышла из больницы, а он обсуждает, как я буду смотреться рядом с молодыми жёнами других мужиков.
— А если родит? Не рано ли ты, брат, Лильку со счетов списываешь?
— А если и родит, то с младенцем она вообще не на мать будет похожа, а на бабушку. Тьфу! Позорище.
Он хочет красивую картинку?
Я ему устрою картинку. Такую, что он не забудет.
Муж усмехается.
— Хотел. Но после госпитализации Лилькиной уже не уверен, что она дотянет. Возраст всё-таки.
Я зажимаю рот ладонью, чтоб не крикнуть.
— Ну ты даешь. Сам жену уговаривал на ребенка, сам до больницы довёл, а теперь в кусты?
Муж отвечает без грамма сомнения:
— Да знаешь, представил я, как покажу её мужикам завтра. У Дани жена молодая, беременная, глаза горят. У Тимохи тоже девчонка юркая, свежая. А у меня кто? Лиля.
У меня сжимает грудь, так, что вдохнуть больно.
Я только что вышла из больницы, а он обсуждает, как я буду смотреться рядом с молодыми жёнами других мужиков.
— А если родит? Не рано ли ты, брат, Лильку со счетов списываешь?
— А если и родит, то с младенцем она вообще не на мать будет похожа, а на бабушку. Тьфу! Позорище.
Он хочет красивую картинку?
Я ему устрою картинку. Такую, что он не забудет.
Выберите полку для книги