Подборка книг по тегу: "измена и месть"

– Масик, ты точно бросишь свою курицу? Я вот тут шубку присмотрела… – щебечет любовница мужа.

– Все купим, звезда моя. Ты же у меня… 

– Огонь, да? Не то, что твоя мымра сморщенная. Когда уже мы будем вместе? 

– Скоро, скоро… Как ты правильно сказала… Она сухарь и есть… И я ничего, кроме жалости, к ней не испытываю. 

Я услышала разговор мужа с любовницей и решила…

Нет, не рвать на себе волосы и не страдать. 

Я лишу их всего, опустошу счета мужа и отправлюсь в путешествие… 

Но моим планам не суждено было сбыться – муж приготовил ответный удар, а мне пришлось искать того, кто поможет остаться на свободе…

— Ты правда думал, что изменять можешь только ты?

Пятнадцать лет брака рухнули в ту ночь, когда я услышала, как мой муж шепчет непристойности в комнате напротив. В комнате моей младшей сестры. Ей двадцать два. Ему сорок три — и свой возрастной кризис он решил пережить в ее постели. А я в сорок, оказывается, уже «не та».

Мама просит молчать. Сохранить семью. Не позориться разводом. Проглотить предательство.

Но я больше не удобная жена. И когда в моей жизни появляется Никита Павлов — главный конкурент мужа, — игра меняется.

Теперь больно будет уже не мне.

Открывшаяся картина намертво впечатывается в сетчатку.
Оксана сидит на корточках у кресла моего мужа. Светловолосая голова лежит у него на коленях. Голубые глаза глядят снизу вверх с обожанием. Максим гладит по волосам моей младшей сестры. На властном лице — нежность, гордость, собственничество.
По столу разбросаны глянцевые журналы с её фотографиями, постеры, визитки. Они строят будущее. Её или совместное? За моей спиной.
Оксана первая замечает меня. В её глазах мелькает — испуг? Стыд? Но длится это долю секунды. Она тут же берёт себя в руки, и на смену приходит наглая, вызывающая улыбка.
— Ой!.. — тонкий голосок режет воздух. — София. А мы тебя не ждали.
Максим медленно поворачивает голову. Его лицо не меняется вообще. Ни удивления, ни злости, ни смущения. Ноль. Будто я застала его за чтением отчёта, а не с моей сестрой.
— София, — кивает он. — Ты что здесь делаешь?

❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ!

— Кира, ты просто пожар! — тяжелый, сбитый от страсти голос моего мужа прорывается сквозь шум их общих усилий.
— Забыл уже, что такое настоящая страсть? — голос моей сестры сладкий и влажный.
Муж усмехается. Мерзко. Грязно. Будто кто-то чужой украл его голос.
— Ха! Мила и в молодости была как мешок с картошкой, а сейчас совсем как дряхлое полено. Жалкая она…
Заливистый, её торжествующий смех скользнул по перепонкам, как лезвие кинжала.
— Зато дура добренькая, — муж хрипло смеется. — Заботливая сестрица. И квартиру тебе дала, и деньги…
— …и мужа! — заканчивает за него Кира, и следом раздается влажный, чавкающий звук поцелуя, от которого у меня сводит желудок.
— Скоро уже ты с этой кобылой разведешься?
— Ох…! Да поскорей бы уже, — его голос срывается в привычное для меня раздражение, но теперь оно звучит как самое гнусное предательство. — Я женился не на той сестренке… Но мы это исправим!

В этот вечер муж как обычно вернулся с работы. Но пришёл он не один.
- У Алианы проблемы, - Давид кивком указывает на юную девушку, которая боязливо мнётся у него за спиной, - она пока что поживёт у нас.
Я окидываю взглядом незваную гостью.
Она очень хорошенькая, молоденькая и... Беременная.
Глубоко беременная.
- Ты бы мог посоветоваться, прежде чем приглашать в наш дом постороннего человека, - тяну в ответ, не скрывая недовольства.
Лицо мужа становится мрачным.
- В мой дом, - поправляет он ледяным голосом, - ты забыла, Света? Этот дом, как и всё в нём, принадлежит мне. И я могу приводить сюда, кого захочу.

Муж привёл домой беременную двадцатилетку. Сказал, что она - дочь его погибшего друга, которая попала в беду и которой нужна помощь. И я согласилась принять её, даже не подозревая, кто скрывается за маской невинной девушки с несчастной судьбой...

— Ты же понимаешь, что он всё равно ушёл бы? — сказала любовница мужа. — От таких, как ты, всегда уходят. Вы слишком… привычные.
Муж назвал это ошибкой.
Попросил развод.
Ушёл к ней уверенный, что ничего не потеряет.
— Давай без грязи, — сказал он. — Мы взрослые люди.
Я согласилась.
Подписала бумаги.
И перестала быть хорошей.
— Ты правда думаешь, что выиграла? — усмехнулась любовница.
— Я думаю, ты ещё не поняла, во что влезла, — ответила я.
После развода я больше никому ничего не должна.
Ни молчать.
Ни спасать.
Ни прикрывать.
Он потеряет деньги, имя и уверенность.
Она — статус и иллюзию победы.
А я просто выйду из их жизни.
И посмотрю, как они справятся без меня.

Когда Ева узнала об измене Павла, она решила ответить предателю тем же, и даже превзойти его.

Орудием мести против мужа-измещика стал самодовольный и наглый босс Карпов. Но план дал сбой: теперь он прижимает её к себе, сладостно шепча на ухо хриплым голосом: «Отныне ты принадлежишь только мне».

– Ну не знаю, – проговорила незнакомка. – Весь балкон заставила, как в оранжерее тут. Все же в магазине можно купить. А вся эта возня с землей… Только старухи таким занимаются.
Это про меня?
– А она и есть старуха! – звонко рассмеялся муж, и мои глаза округлились.
Это говорит человек, с которым мы прошли огонь и воду, которому я родила дочь. В любовь которого я верила и никогда не смела сомневаться.
– Не то что я, – капризно, почти по-детски протянул женский голос.
– Верно, любимая, не то что ты, – соблазнительно сказал Антон. – Молодая, красивая… Абрикос сочный. Иди сюда, я тебя попробую, а то у нас не так много времени, еще надо следы замести, чтобы жена ни о чем не догадалась.
После этих слов на глазах моментально проступили слезы.
Вот она истинная натура моего супруга. И как давно? Как давно я для него ничего не значу? И он отзывается так обо мне?
Я вытерла мокрые дорожки с пылающих щек.
– Да, брось ты ее. Только время зря теряешь, а то я другого найду.
– Я тебе найду...

Картина, которую я увидела, поразила. Витя стоял у окна с бокалом виски в руке, бледный как полотно. Маша сидела на диване в халате - видимо, только что встала. Отец стоял рядом со следователем, два оперативника расположились у двери.
Первым меня увидел Витя. Его глаза расширились, рот приоткрылся:
- Танечка... ты... жива? - Он побелел, бокал выпал из руки и разбился о пол, виски растеклось по паркету.
- А ты, Витя, очень удивлён? - Я вошла в гостиную, медленно снимая перчатки. - Маша уже при-меряет свадебное платье, готовясь стать женой богатого вдовца?!
Маша вскочила с дивана, на её лице отразилась, казалось, вся палитра чувств от неверия, к шоку, злость, ненависть и наконец, отчаяние:
- Ты бредишь! Мы тебя искали, мы плакали!
- Плакали? - Я достала из сумки толстую папку и бросила на журнальный столик. - Вот выписки банковских операций, ваша переписка за полгода, ваши оплаченные билеты на двоих в Турцию на сегодняшний вечер. Мы знали обо всех ваших планах, и мой отец подыграл