Подборка книг по тегу: "любовница"
— Мам, я знала.
Я смотрю на дочь и не сразу понимаю смысл этих двух слов.
— Сколько?
— Пять месяцев.
В день нашей двадцатой годовщины муж сказал, что срочно едет на операцию.
А через несколько часов его сестра случайно прислала в семейный чат фотографию: мой муж стоит у роддома с новорождённым сыном на руках.
Рядом — его родители. Сестра. Цветы.
Они знали.
Даже моя дочь.
Они просто не знали одного: у меня тоже есть что отнять у моего мужа.
Я смотрю на дочь и не сразу понимаю смысл этих двух слов.
— Сколько?
— Пять месяцев.
В день нашей двадцатой годовщины муж сказал, что срочно едет на операцию.
А через несколько часов его сестра случайно прислала в семейный чат фотографию: мой муж стоит у роддома с новорождённым сыном на руках.
Рядом — его родители. Сестра. Цветы.
Они знали.
Даже моя дочь.
Они просто не знали одного: у меня тоже есть что отнять у моего мужа.
— Я же всегда возвращался к тебе. Что бы ни было.
— А я думала, ты просто приходил домой.
Я организую свадьбы. Моя работа — чтобы никто не видел, на чём держится праздник: ни кабелей под ногами, ни паники за кулисами, ни чужих тайн. Гости должны думать, что всё случилось само. Молчать и доводить дело до конца я умею лучше всего. Именно на это они оба и рассчитывали.
Торт на той свадьбе так никто и не разрезал. Когда уехал последний гость, началось то, чего не распишешь ни в одном тайминге.
Муж хочет вернуть «как было» и уверен, что для этого хватит правильных слов. Его любовница хочет, чтобы виноватой в этой истории оказалась я, и знает, как добиться этого, не сказав ни слова неправды. А человек, которого обманули вместе со мной, предлагает единственное, во что я ещё способна верить, — только факты. Никаких утешений и никаких «как вы».
Годами я расписывала по минутам чужое счастье. Свою жизнь мне впервые придётся прожить без сценария.
— А я думала, ты просто приходил домой.
Я организую свадьбы. Моя работа — чтобы никто не видел, на чём держится праздник: ни кабелей под ногами, ни паники за кулисами, ни чужих тайн. Гости должны думать, что всё случилось само. Молчать и доводить дело до конца я умею лучше всего. Именно на это они оба и рассчитывали.
Торт на той свадьбе так никто и не разрезал. Когда уехал последний гость, началось то, чего не распишешь ни в одном тайминге.
Муж хочет вернуть «как было» и уверен, что для этого хватит правильных слов. Его любовница хочет, чтобы виноватой в этой истории оказалась я, и знает, как добиться этого, не сказав ни слова неправды. А человек, которого обманули вместе со мной, предлагает единственное, во что я ещё способна верить, — только факты. Никаких утешений и никаких «как вы».
Годами я расписывала по минутам чужое счастье. Свою жизнь мне впервые придётся прожить без сценария.
— Инга, забери Всеволода. Он у меня.
— Регина?..
— Да. И прежде чем ты решишь, что я увела твоего мужа из мести, запомни: если бы я хотела тебе отомстить, ты бы узнала о нас семь лет назад.
Двадцать лет я считала Регину предательницей и вычеркнула её из своей жизни.
Теперь узнаю: семь лет она была любовницей моего мужа.
Но самое страшное оказалось не это.
Муж был причастен к нашей ссоре ещё тогда, когда мы с Региной были лучшими подругами.
И теперь он смотрит мне в глаза и говорит, что любит нас обеих.
— Регина?..
— Да. И прежде чем ты решишь, что я увела твоего мужа из мести, запомни: если бы я хотела тебе отомстить, ты бы узнала о нас семь лет назад.
Двадцать лет я считала Регину предательницей и вычеркнула её из своей жизни.
Теперь узнаю: семь лет она была любовницей моего мужа.
Но самое страшное оказалось не это.
Муж был причастен к нашей ссоре ещё тогда, когда мы с Региной были лучшими подругами.
И теперь он смотрит мне в глаза и говорит, что любит нас обеих.
— Ты с ней давно?
Муж смотрит на меня так, будто решает, сколько правды я выдержу.
— Одиннадцать лет.
— Одиннадцать?
— Инга, я никогда не собирался от тебя уходить.
Вот только по четвергам он всё это время возвращался не с совещаний.
И хуже измены оказалось другое: любовница появилась в его жизни задолго до меня.
А некоторые люди в нашей семье прекрасно знали, куда мой муж ездит каждый четверг.
Муж смотрит на меня так, будто решает, сколько правды я выдержу.
— Одиннадцать лет.
— Одиннадцать?
— Инга, я никогда не собирался от тебя уходить.
Вот только по четвергам он всё это время возвращался не с совещаний.
И хуже измены оказалось другое: любовница появилась в его жизни задолго до меня.
А некоторые люди в нашей семье прекрасно знали, куда мой муж ездит каждый четверг.
— Почему на её кольце дата нашей свадьбы?
Муж даже не сразу смотрит на меня.
— Лиля, это просто ошибка мастера.
Через несколько дней я узнаю, что ошибкой было совсем другое.
Женщина с моим кольцом давно находится рядом с моим мужем.
А новая коллекция его ювелирного дома создана по моим старым эскизам.
Только под ними стоит не моё имя.
Муж даже не сразу смотрит на меня.
— Лиля, это просто ошибка мастера.
Через несколько дней я узнаю, что ошибкой было совсем другое.
Женщина с моим кольцом давно находится рядом с моим мужем.
А новая коллекция его ювелирного дома создана по моим старым эскизам.
Только под ними стоит не моё имя.
После того как я узнала об измене мужа, я не подала на развод.
По крайней мере, не сразу.
Слишком многое связывало нас: дети, деньги, бизнес и годы общей жизни.
Поэтому я просто продолжила улыбаться и делать вид, что ничего не происходит.
Только никто не знал, что в моём телефоне уже появился список.
И напротив некоторых пунктов одна за другой начали появляться галочки.
Пьер всё ещё считал, что контролирует ситуацию.
Он даже не подозревал, чем для него закончится мой последний пункт.
По крайней мере, не сразу.
Слишком многое связывало нас: дети, деньги, бизнес и годы общей жизни.
Поэтому я просто продолжила улыбаться и делать вид, что ничего не происходит.
Только никто не знал, что в моём телефоне уже появился список.
И напротив некоторых пунктов одна за другой начали появляться галочки.
Пьер всё ещё считал, что контролирует ситуацию.
Он даже не подозревал, чем для него закончится мой последний пункт.
— Где мой муж? — шепчет женщина после аварии. — Антон Савин приехал?
Я стою у её койки и чувствую, как внутри всё переворачивается.
Потому что Антон Савин — мой муж.
А дальше становится хуже.
Оказывается, у него есть вторая семья. Сын. Дом. Своя жизнь.
И самое страшное — его мать, отец и сестра знали обо всём много лет.
Пока я накрывала им стол на семейные праздники, они уже жили в другой версии нашей семьи.
Только Антон ещё не понял одного.
Я не прощу такого предательства.
Я стою у её койки и чувствую, как внутри всё переворачивается.
Потому что Антон Савин — мой муж.
А дальше становится хуже.
Оказывается, у него есть вторая семья. Сын. Дом. Своя жизнь.
И самое страшное — его мать, отец и сестра знали обо всём много лет.
Пока я накрывала им стол на семейные праздники, они уже жили в другой версии нашей семьи.
Только Антон ещё не понял одного.
Я не прощу такого предательства.
— Пап, а если мама узнает раньше?
— Не узнает. После юбилея всё будет оформлено.
Я перечитываю сообщение мужа и не понимаю одного: что именно моя семья собирается оформить за моей спиной?
В закрытом чате есть муж, свекровь, его сестра, наши взрослые дети и незнакомая женщина.
Меня там нет.
Зато обсуждают именно меня.
А потом я узнаю, кто эта женщина.
И понимаю, что любовница мужа — далеко не самая страшная тайна в этом чате.
— Не узнает. После юбилея всё будет оформлено.
Я перечитываю сообщение мужа и не понимаю одного: что именно моя семья собирается оформить за моей спиной?
В закрытом чате есть муж, свекровь, его сестра, наши взрослые дети и незнакомая женщина.
Меня там нет.
Зато обсуждают именно меня.
А потом я узнаю, кто эта женщина.
И понимаю, что любовница мужа — далеко не самая страшная тайна в этом чате.
— Она тяжело больна, Сима. Неужели ты не можешь потерпеть и быть человечнее?
— Потерпеть что, Родион? То, что мой муж спит со своей пациенткой?
Он молчит.
А потом я узнаю главное.
Их роман начался раньше, чем у его любовницы нашли рак.
Получается, её болезнь нужна была моему мужу только для одного — чтобы я молчала и чувствовала себя последней тварью, если посмею возмутиться.
— Потерпеть что, Родион? То, что мой муж спит со своей пациенткой?
Он молчит.
А потом я узнаю главное.
Их роман начался раньше, чем у его любовницы нашли рак.
Получается, её болезнь нужна была моему мужу только для одного — чтобы я молчала и чувствовала себя последней тварью, если посмею возмутиться.
Наташа прожила с мужем двадцать три года. Она думала, что знает о нём всё.
Пока однажды, разбирая гардеробную перед химчисткой, не нашла в кармане его пиджака красные кружевные трусы. Не свой размер. Не свой фасон.
Она ничего не сказала. Положила обратно и стала смотреть.
Телефон, который он теперь всегда кладёт экраном вниз. Поздние возвращения. Длинный тёмный волос на подголовнике — на её месте, в его машине.
А потом в её цветочный магазин пришла молодая женщина с длинными тёмными волосами и сказала:
— Отдай мне его. Ты своё пожила.
И вечером, за ужином, муж — спокойно, с улыбкой — сказал:
— У меня были сотни женщин. И будут ещё. Просто забудь и иди смотри телевизор.
Нет, дорогой. Я не собираюсь это забывать.
Я собираюсь узнать. Всё. До конца. Даже если правда окажется хуже, чем измена. Даже если за чужими трусами и чужим волосом скрывается не другая женщина, а нечто такое, чего я не могу себе даже представить.
Пока однажды, разбирая гардеробную перед химчисткой, не нашла в кармане его пиджака красные кружевные трусы. Не свой размер. Не свой фасон.
Она ничего не сказала. Положила обратно и стала смотреть.
Телефон, который он теперь всегда кладёт экраном вниз. Поздние возвращения. Длинный тёмный волос на подголовнике — на её месте, в его машине.
А потом в её цветочный магазин пришла молодая женщина с длинными тёмными волосами и сказала:
— Отдай мне его. Ты своё пожила.
И вечером, за ужином, муж — спокойно, с улыбкой — сказал:
— У меня были сотни женщин. И будут ещё. Просто забудь и иди смотри телевизор.
Нет, дорогой. Я не собираюсь это забывать.
Я собираюсь узнать. Всё. До конца. Даже если правда окажется хуже, чем измена. Даже если за чужими трусами и чужим волосом скрывается не другая женщина, а нечто такое, чего я не могу себе даже представить.
Выберите полку для книги