Книги по тегу «любовница»: ""

В день нашей годовщины муж попросил меня улыбаться.

А потом привёл в наш дом молодую женщину и объявил при гостях, что собирается строить с ней новую жизнь.

Двадцать три года брака он назвал формальностью. Мой дом — своим. Мою любовь — удобной привычкой. А мне предложил подписать бумаги и уйти красиво.

Только Марат забыл: я слишком долго молчала не потому, что была слабой. Я просто верила ему больше, чем себе.

Теперь всё изменилось.

Я не буду устраивать истерик. Не стану просить его вернуться. Не позволю его новой женщине выбрасывать мои фотографии и занимать моё место в доме, который строился не только его руками.

Он думал, что в сорок пять я испугаюсь остаться одна.

Но именно в сорок пять я впервые поняла: потерять мужа не страшно. Страшно потерять себя.

И если мой бывший решил забрать у меня прошлое, дом и имя — ему придётся узнать, какой бывает женщина, которую слишком долго не замечали.

Я никогда не считала себя коварной разлучницей. Я просто полюбила. Андрей казался мне тем самым сильным мужчиной, ради которого стоило рискнуть всем. Он обещал, что уйдёт от жены, и сдержал слово — пришёл ко мне с чемоданами. Я выиграла эту войну у законной супруги. Но почему тогда в нашем доме вместо счастья поселилось леденящее отчуждение? И что произойдёт, когда наш выстраданный семейный пазл в один миг рассыплется от случайной встречи в парке? Это история о том, какую цену приходится платить за чужого мужа. Взгляд с другой стороны.

— Мам, а почему Полина называет папу папой?
Один детский вопрос — и девятнадцать лет моего брака перестают быть правдой.
Полина — дочь моей лучшей подруги. Девочка, которую Борис тайно растил девять лет, пока дома играл заботливого мужа и отца. Он успел познакомить с ней нашу старшую дочь, забрать деньги, отложенные на её учёбу, и заранее решить, в какой квартире я буду жить после его ухода.
Только муж не учёл одного: теперь отвечать буду я.

— Разводимся? Ты уже всё решила?
— Ты решил полгода назад, когда наставил мне рога. Мне сообщить забыл.
В день нашей годовщины я узнаю, что Женя уже полгода спит с другой. Он водит любовницу в наш Дворец культуры, отдаёт ей костюмы из моей мастерской и забирает деньги, которые мы откладывали на новую кухню.
А когда всё вскрывается, муж пытается свалить вину на меня.
Мне тридцать девять, я ношу пятьдесят четвёртый размер и слишком долго жила так, как было удобно Жене. Теперь мне придётся сохранить работу, отстоять квартиру, вернуть деньги и объяснить дочери, почему отец выбрал любовницу.
Женя уверен, что без него я никуда не денусь.
Похоже, за восемнадцать лет он так и не узнал собственную жену.

БЕСПЛАТНО
— Да. Я стану отцом.
Он сказал это спокойно, как будто сообщил о новой машине или покупке оборудования в клинику.
— В пятьдесят? — у меня даже голос не сразу появился.
— Это просто ребёнок. Это ничего не меняет. Ты же взрослая женщина, Аврора. Пойми правильно.
Ничего не меняет?
Четырнадцать недель беременности у его двадцатишестилетней ординаторши. Квартира, снятая на наши деньги. Будущее, которое он уже успел спланировать — и для неё, и для себя. А меня он оставил «разумной», «понимающей», удобной женой, которая не должна устраивать сцен.
Двадцать восемь лет брака. Общая клиника. Взрослая дочь, у которой скоро свадьба. И муж, который решил стать папой в пятьдесят — но не со мной.
Он уверен, что я никуда не денусь. Что мне поздно начинать заново. Что я проглочу, переживу, останусь.
Он ошибся только в одном: я больше не собираюсь быть удобной.
И если он захотел новую жизнь — ему придётся заплатить за старую.

– Не воюй со мной, Диана. Сама понимаешь, силы не равны. Я фигура, хозяин города, а ты кто? Домохозяйка, дама в вечном декрете, – усмехается. – Делай, как я сказал и будет в твоей жизни всё тихо и спокойно, как ты любишь.
– Я была в том самом вечном декрете, потому что ты настаивал на этом, требуя родить тебе сына, – делаю акцент на слове «ты».
– Вот и оставайся для окружения доброй клушей. Они помнят тебя именно такой: тихой и покладистой женой, повсюду следующей за своим мужем. Ты же не хочешь, чтобы все двери этого города были для тебя закрыты?
Молчу, потому что понимаю: на данный момент Андрей прав. Он сильнее меня во всех смыслах этого слова.
Но мне придётся рискнуть и пойти против его воли. Ведь принять условия, которые диктует он мне сейчас, не смогу.

«Даниил Сергеевич, ваш сын родился. Завтра нужно приехать и оформить документы.»
Сначала я даже не поняла смысл слов. Сын? У моего мужа?
Я смотрела на сообщение и ждала, что сейчас скажут, что это глупая шутка. Ошибка. Чужая история.
Но правда была безжалостной. Мой муж давно жил другой жизнью. У него есть другая женщина. И уже появился ребёнок. А мне он всё это время смотрел в глаза и врал.
Но они ещё не знают главного. Очень скоро у этой истории появится ещё один ребёнок.
И тогда я решу, кто на самом деле лишний...

— Она подпишет?
— Подпишет. Куда денется.
— А если упрется?
— Не упрется. Прогоним бумаги через банк, выведем машины на новую фирму, и после развода Вера останется гола как сокол.
— Жестоко…
— Зато удобно. Мне нужна другая жизнь. С другой женщиной. И с ребенком.
Так я узнала, что у моего мужа давно не только любовница, но и запасная семья, дом за городом и план, по которому после двадцати одного года брака я должна остаться без мужа, без бизнеса и без копейки. Он был уверен, что я, как всегда, все стерплю, подпишу нужные бумаги и тихо отойду в сторону. Ошибся. Очень сильно ошибся.
Он хотел сделать голой меня. А останется без всего сам. Потому что я заберу у предателя все, что он так старательно прятал за моей спиной.

Я двадцать лет принимала чужих детей своими руками. Слышала первый крик, останавливала кровь, вытаскивала женщин оттуда, где уже никто не обещал счастливого финала.
А потом мой муж решил, что моё место в родзале можно подарить другой.
Молодой, красивой, удобной. Той, которая улыбается ему в коридорах и носит под сердцем его ребёнка.
— Ты же не надеешься у меня принимать роды, Нина? — спросила она при всех. — Кирилл сказал, тебе нельзя доверять.
Они хотели унизить, раздавить, забрать у меня кабинет, имя, отделение и право быть врачом.
Только забыли одну вещь: я слишком хорошо знаю, где у людей слабые места.
И скальпель мне для этого не понадобится.

– Какой корпоратив, Надя? Ты в своем уме? И в чем ты туда пойдешь? – недоумевает Стас. – Можно, конечно, одолжить у кого-то чехол на танк, но… – хихикает он, поправляя бабочку.

– Ну да, он бы подошел.

 Мне ничего не остается, как проглотить обиду и промолчать, что я знаю о Камилле – его белокурой, длинноногой любовнице…
Я воспитываю нашу двухлетнюю дочь, экономя на всем, а муж возит по курортам Камиллу и одаривает ее бриллиантами, слепо веря, что я никуда не денусь. 
Сейчас я промолчу, милый… Пока ты мотаешься по командировкам, я верну себя… Стройную фигуру, уверенность, право голоса, в конце концов…
Вернусь, чтобы уничтожить твой мир…