Подборка книг по тегу: "умная героиня"
— ХОЗЯЙКА! ПЕРЕВОРАЧИВАЙ СТОЛ! КРИЧИ НА НИХ!
— Всё нормально, — говорю я. — Кровное родство — лишь статистическая вероятность.
Жених бросает мне чек, чтобы откупиться.
Система в голове орёт, захлёбывается, требует драмы.
А я поднимаю деньги, кладу в карман и мысленно считаю проценты.
Потому что если жизнь вручает тебе пять миллионов за разрыв помолвки, глупо устраивать истерику.
Гораздо выгоднее — инвестировать.
Это роман о девушке, которая:
— не рыдает, когда её «находят» спустя 18 лет;
— не дерётся с фальшивой сестрой;
— не умоляет о любви;
— а превращает чужую мелодраму в бизнес‑кейс.
Интернет, ноутбук, холодная логика и ни одной истерики.
Если вы тоже предпочитаете дивиденды драме — вам сюда.
— Всё нормально, — говорю я. — Кровное родство — лишь статистическая вероятность.
Жених бросает мне чек, чтобы откупиться.
Система в голове орёт, захлёбывается, требует драмы.
А я поднимаю деньги, кладу в карман и мысленно считаю проценты.
Потому что если жизнь вручает тебе пять миллионов за разрыв помолвки, глупо устраивать истерику.
Гораздо выгоднее — инвестировать.
Это роман о девушке, которая:
— не рыдает, когда её «находят» спустя 18 лет;
— не дерётся с фальшивой сестрой;
— не умоляет о любви;
— а превращает чужую мелодраму в бизнес‑кейс.
Интернет, ноутбук, холодная логика и ни одной истерики.
Если вы тоже предпочитаете дивиденды драме — вам сюда.
Еще вчера я управляла чужими домами. Сегодня меня зовут Эсса Ренн, у меня есть старый дом на пятнадцать комнат и семь дней до его сноса.
Проблема не в протекающей крыше и почти пустом кошельке. Проблема в том, что моего дома официально не существует. У него нет адреса, его нет на городской карте, а между соседними зданиями нет даже места, где он стоит.
Уйти проще всего. Только я слишком долго приводила в порядок чужую недвижимость, чтобы отказаться от первой, которая стала моей. Значит, будут жильцы, мастерские, доход и нормальное хозяйство.
Но старые планы показывают невозможное: с карты исчез не только мой адрес. А Кайр Тевен, городской мерщик, присланный подписать снос, первым замечает то же самое.
Чем точнее становятся наши измерения, тем опаснее один простой вопрос:
кто и зачем решил, что целый кусок города может перестать существовать?
Проблема не в протекающей крыше и почти пустом кошельке. Проблема в том, что моего дома официально не существует. У него нет адреса, его нет на городской карте, а между соседними зданиями нет даже места, где он стоит.
Уйти проще всего. Только я слишком долго приводила в порядок чужую недвижимость, чтобы отказаться от первой, которая стала моей. Значит, будут жильцы, мастерские, доход и нормальное хозяйство.
Но старые планы показывают невозможное: с карты исчез не только мой адрес. А Кайр Тевен, городской мерщик, присланный подписать снос, первым замечает то же самое.
Чем точнее становятся наши измерения, тем опаснее один простой вопрос:
кто и зачем решил, что целый кусок города может перестать существовать?
В день, когда я должна была получить долю в компании, которую девять лет строила вместе с мужем, Илья положил передо мной совсем другой договор.
Я должна уйти.
Из компании. Из проекта. Из его жизни.
А потом я узнаю, что мое место рядом с ним уже заняла другая.
Я ухожу без доли, без работы и подаю на развод. Но через неделю мне звонит Герман Ладин — владелец гостиничной группы и крупнейший клиент моего бывшего мужа.
Он предлагает мне возглавить проект со стороны заказчика.
Теперь Илья должен выполнять мои решения.
Только очень скоро работа перестает быть единственной причиной, по которой Герман смотрит на меня слишком внимательно.
Бывший уверен, что новый босс просто использует меня. Коллеги шепчутся, что должность я получила совсем не за профессиональные заслуги. А сам Герман устанавливает правило: пока я подчиняюсь ему напрямую, между нами ничего не будет.
Но однажды проект закончится.
Мой развод тоже.
И тогда мне придется решить, чего я действительно
Я должна уйти.
Из компании. Из проекта. Из его жизни.
А потом я узнаю, что мое место рядом с ним уже заняла другая.
Я ухожу без доли, без работы и подаю на развод. Но через неделю мне звонит Герман Ладин — владелец гостиничной группы и крупнейший клиент моего бывшего мужа.
Он предлагает мне возглавить проект со стороны заказчика.
Теперь Илья должен выполнять мои решения.
Только очень скоро работа перестает быть единственной причиной, по которой Герман смотрит на меня слишком внимательно.
Бывший уверен, что новый босс просто использует меня. Коллеги шепчутся, что должность я получила совсем не за профессиональные заслуги. А сам Герман устанавливает правило: пока я подчиняюсь ему напрямую, между нами ничего не будет.
Но однажды проект закончится.
Мой развод тоже.
И тогда мне придется решить, чего я действительно
Я очнулась в чужом теле в день, когда должна была подписать развод с мужем-драконом.
Через несколько часов в нашем доме находят мертвого королевского проверяющего. Памятный Дом — магическая система, показаниям которой верят даже суды, — утверждает: последней рядом с погибшим была я.
Есть только одна проблема. Я никогда его не видела.
И вторая: мой муж Ренар Тальв — старший дознаватель. Он обязан расследовать убийство, в котором главная подозреваемая — его собственная жена. А еще он слишком хорошо знал прежнюю Ивару и почти сразу понимает: женщина перед ним изменилась куда сильнее, чем может объяснить потеря памяти.
Моя единственная защита — восемьдесят четыре сантиметра пространства, которых нет на официальном плане дома.
За стеной находится проход, которого Памятный Дом не видит.
А вскоре выясняется: это убийство далеко не первое.
Теперь мне придется раскрывать преступления вместе с мужчиной, который должен меня арестовать, и доказать невозможное.
Через несколько часов в нашем доме находят мертвого королевского проверяющего. Памятный Дом — магическая система, показаниям которой верят даже суды, — утверждает: последней рядом с погибшим была я.
Есть только одна проблема. Я никогда его не видела.
И вторая: мой муж Ренар Тальв — старший дознаватель. Он обязан расследовать убийство, в котором главная подозреваемая — его собственная жена. А еще он слишком хорошо знал прежнюю Ивару и почти сразу понимает: женщина перед ним изменилась куда сильнее, чем может объяснить потеря памяти.
Моя единственная защита — восемьдесят четыре сантиметра пространства, которых нет на официальном плане дома.
За стеной находится проход, которого Памятный Дом не видит.
А вскоре выясняется: это убийство далеко не первое.
Теперь мне придется раскрывать преступления вместе с мужчиной, который должен меня арестовать, и доказать невозможное.
Муж кладет на стол лист с печатью, и я даже не сразу понимаю, что это.
— Свидетельство о расторжении брака, — поясняет он коротко. –
Мы развелись, это факт – просто прими его!
У меня внутри все сжимается.
— У тебя есть другая? — спрашиваю я тихо, почти без голоса.
Но он прекрасно слышит.
— Да, – на этот раз муж улыбается, уверенно, как человек, который получил желаемое. — Ее зовут Агата, и мы скоро поженимся.
– Почему? – вырывается у меня. Странный вопрос, конечно, но у Германа на него есть ответ:
— Ты бы иногда хоть смотрела на себя в зеркало, — вдруг говорит он. — Хотя бы иногда.
Я опускаю голову и смотрю на бумагу в руках: три года моей жизни сведены к одной строчке в реестре и тому факту, что я… некрасивая.
— Свидетельство о расторжении брака, — поясняет он коротко. –
Мы развелись, это факт – просто прими его!
У меня внутри все сжимается.
— У тебя есть другая? — спрашиваю я тихо, почти без голоса.
Но он прекрасно слышит.
— Да, – на этот раз муж улыбается, уверенно, как человек, который получил желаемое. — Ее зовут Агата, и мы скоро поженимся.
– Почему? – вырывается у меня. Странный вопрос, конечно, но у Германа на него есть ответ:
— Ты бы иногда хоть смотрела на себя в зеркало, — вдруг говорит он. — Хотя бы иногда.
Я опускаю голову и смотрю на бумагу в руках: три года моей жизни сведены к одной строчке в реестре и тому факту, что я… некрасивая.
Он командовал армией и готовился к свадьбе, но потерял все. Теперь он — добровольный отшельник в родительском доме. Она создает боевых големов и из года в год доказывает себе и миру, что способна на большее, но ее идеи оказались слишком смелыми и новаторскими для консервативного общества.
Теперь она — та, кто может вернуть эльфийскому генералу его жизнь. Осталось пробить ту стену недоверия и отчаяния, которые он успел возвести, и убедить его, что перед ним не романтичная фантазерка, а серьезный профессионал!
И она сделает это! С гаечным ключом, чертежами и не всегда цензурными шутками.
Теперь она — та, кто может вернуть эльфийскому генералу его жизнь. Осталось пробить ту стену недоверия и отчаяния, которые он успел возвести, и убедить его, что перед ним не романтичная фантазерка, а серьезный профессионал!
И она сделает это! С гаечным ключом, чертежами и не всегда цензурными шутками.
В день развода муж предложил мне двадцать тысяч золотых, лишь бы я отказалась от старого Купального двора.
Сам он называл его бесполезной развалиной.
Вот только если развалина никому не нужна, зачем так дорого платить за мой отказ?
Я выбрала купальни. Вместе с долгами, аварийными помещениями, пустой кассой и городским советом, который уже готовился выставить мое имущество на продажу. Мне казалось, самое трудное — снова открыть двери, вернуть посетителей и доказать, что брошенная жена дракона способна сама распоряжаться своей жизнью.
Я ошибалась.
За стенами Купального двора скрывались старые проходы и переговорные трубы. В архиве нашелся забытый императорский устав, по которому хозяйка Двора имеет право отказать даже самому влиятельному дракону. А кто-то очень не хочет, чтобы я узнала, зачем в закрытых купальнях годами проводили тайные встречи.
Сам он называл его бесполезной развалиной.
Вот только если развалина никому не нужна, зачем так дорого платить за мой отказ?
Я выбрала купальни. Вместе с долгами, аварийными помещениями, пустой кассой и городским советом, который уже готовился выставить мое имущество на продажу. Мне казалось, самое трудное — снова открыть двери, вернуть посетителей и доказать, что брошенная жена дракона способна сама распоряжаться своей жизнью.
Я ошибалась.
За стенами Купального двора скрывались старые проходы и переговорные трубы. В архиве нашелся забытый императорский устав, по которому хозяйка Двора имеет право отказать даже самому влиятельному дракону. А кто-то очень не хочет, чтобы я узнала, зачем в закрытых купальнях годами проводили тайные встречи.
Мне сорок пять, и я слишком хорошо знаю главное правило долгов: если кто-то готов заплатить за бесполезную бумагу целое состояние, значит, бесполезна она только для тебя.
В новом мире мне достались чужое имя, почти разоренное долговое бюро и один весьма сомнительный актив.
Долг Каэрта Ровена.
Опального дракона, которого три года назад обвинили в краже королевских денег и лишили почти всего.
Я собиралась просто разобраться с его счетами.
Но в первый же день неизвестный предлагает за долг сумму в двадцать раз больше его покупной цены.
Каэрт уверен, что за его падением стоит человек, которого никто не сумел вывести на чистую воду.
Я уверена только в одном: никто не платит такие деньги без причины.
А затем появляются шесть бесполезных земельных участков, мертвый владелец действующей компании, старые королевские счета и документы, которых не должно существовать.
Теперь кто-то очень хочет, чтобы я продала долг.
Плохо он меня знает.
Каэрт привык искать преступ
В новом мире мне достались чужое имя, почти разоренное долговое бюро и один весьма сомнительный актив.
Долг Каэрта Ровена.
Опального дракона, которого три года назад обвинили в краже королевских денег и лишили почти всего.
Я собиралась просто разобраться с его счетами.
Но в первый же день неизвестный предлагает за долг сумму в двадцать раз больше его покупной цены.
Каэрт уверен, что за его падением стоит человек, которого никто не сумел вывести на чистую воду.
Я уверена только в одном: никто не платит такие деньги без причины.
А затем появляются шесть бесполезных земельных участков, мертвый владелец действующей компании, старые королевские счета и документы, которых не должно существовать.
Теперь кто-то очень хочет, чтобы я продала долг.
Плохо он меня знает.
Каэрт привык искать преступ
Телефон мужа тихо вибрирует.
Я даже не беру его в руки — просто бросаю взгляд на экран, чтобы понять, срочно ли это. Не испортит ли это сообщение наш первый за долгое время совместный ужин.
Но сообщение выбивает почву у меня из-под ног.
«Еще раз извини, что все накрылось. Завтра наверстаем! Готовься, котик, я тебя съем! Целую, скучаю.»
Каждое проклятое слово этого сообщения причиняет мне боль. Как будто в груди снова и снова проворачивают острый кинжал.
Но я перечитываю снова и снова. Заставляю себя.
Смотри, смотри, смотри! Это твой муж, Ира. Смотри и запоминай.
Чтобы не позволить ему найти объяснения. Не позволить себе простить и вернуться в комфортный мир, в котором жила до этой минуты.
Я даже не беру его в руки — просто бросаю взгляд на экран, чтобы понять, срочно ли это. Не испортит ли это сообщение наш первый за долгое время совместный ужин.
Но сообщение выбивает почву у меня из-под ног.
«Еще раз извини, что все накрылось. Завтра наверстаем! Готовься, котик, я тебя съем! Целую, скучаю.»
Каждое проклятое слово этого сообщения причиняет мне боль. Как будто в груди снова и снова проворачивают острый кинжал.
Но я перечитываю снова и снова. Заставляю себя.
Смотри, смотри, смотри! Это твой муж, Ира. Смотри и запоминай.
Чтобы не позволить ему найти объяснения. Не позволить себе простить и вернуться в комфортный мир, в котором жила до этой минуты.
Когда Софи находит у стен монастыря умирающую девушку, ее жизнь меняется навсегда. Перед смертью незнакомка успевает открыть страшную правду: они сестры, их родителей убили, а ее саму превратили в пешку в чужой игре.
Теперь у бывшей воровки всего одна цель – не выдать себя и заставить виновных заплатить. Но для этого ей придется зубами держаться за место в Королевской Военно-Магической Академии.
Вот только играть чужую роль все труднее. Муж жаждет вернуть «собственность», враги не прощают ошибок, а куратор ее курса, холодный детектив-инспектор, слишком умен, чтобы не заметить, что с этой леди что-то не так.
Он ищет правду, она – убийц, и оба рискуют сгореть в огне, который разгорается между ними.
Теперь у бывшей воровки всего одна цель – не выдать себя и заставить виновных заплатить. Но для этого ей придется зубами держаться за место в Королевской Военно-Магической Академии.
Вот только играть чужую роль все труднее. Муж жаждет вернуть «собственность», враги не прощают ошибок, а куратор ее курса, холодный детектив-инспектор, слишком умен, чтобы не заметить, что с этой леди что-то не так.
Он ищет правду, она – убийц, и оба рискуют сгореть в огне, который разгорается между ними.
Выберите полку для книги