Подборка книг по тегу: "богатый парень простая девушка"
— Что ты там советовала? Кулачком поработать? Покажи как правильно, уверен, ты в этом спец, — усмехается он, медленно приближаясь.
— Отвали, Баринов, — шиплю я, пытаясь скрыть дрожь в голосе. — Ты первый начал!
В глазах какая-то практически животная ненависть, к которой вдруг примешивается что-то другое, тёмное и опасное. Баринов резко дергает меня за ворот блузки, пуговки с громким стуком рассыпаются по полу, а у парня внезапно темнеют глаза…
— Твою мать, — рычит он и, перехватив мне руки за спиной, вгрызается в губы с такой силой, что я теряю возможность дышать…
— Отвали, Баринов, — шиплю я, пытаясь скрыть дрожь в голосе. — Ты первый начал!
В глазах какая-то практически животная ненависть, к которой вдруг примешивается что-то другое, тёмное и опасное. Баринов резко дергает меня за ворот блузки, пуговки с громким стуком рассыпаются по полу, а у парня внезапно темнеют глаза…
— Твою мать, — рычит он и, перехватив мне руки за спиной, вгрызается в губы с такой силой, что я теряю возможность дышать…
- Ваш рыжий кот у нас в заложниках, дядя бандит!
Какого ху...тора тут происходит?
На пороге моего загородного домика стоят две близняшки и угрожают мне, смотрящему за посёлком!
- Мы вернём вам кота, если на коленях извинитесь перед нашей мамой за то, что довели её до слёз!
Я просто в ах... каком удивлении с этих бандиток в колготках!
Не помню, чтобы чью-то маму доводил до слёз.
Но за Барсика любые колготы порву!
- Кто ваша мама, - спрашиваю в ярости, - идём, сейчас устрою ей разбор полётов!
Вот только я никак не ожидал, что вместо кота мне придётся спасать разведёнку, которую бывший муж с любовницей пытается выкинуть из дома вместе с детьми... стопэ, какого хумуса этот бывший муж пытается похитить ещё и моего кота???
Какого ху...тора тут происходит?
На пороге моего загородного домика стоят две близняшки и угрожают мне, смотрящему за посёлком!
- Мы вернём вам кота, если на коленях извинитесь перед нашей мамой за то, что довели её до слёз!
Я просто в ах... каком удивлении с этих бандиток в колготках!
Не помню, чтобы чью-то маму доводил до слёз.
Но за Барсика любые колготы порву!
- Кто ваша мама, - спрашиваю в ярости, - идём, сейчас устрою ей разбор полётов!
Вот только я никак не ожидал, что вместо кота мне придётся спасать разведёнку, которую бывший муж с любовницей пытается выкинуть из дома вместе с детьми... стопэ, какого хумуса этот бывший муж пытается похитить ещё и моего кота???
Я захлопываю рот в ужасе от того, что только что ему наговорила.
Стас тяжело дышит, в глазах клубится бешенство.
– Сеанс психоанализа закончен, – рычит он таким голосом, что становится страшно. – А теперь проверим, так ли ты хорошо бегаешь, как хамишь.
Повторять дважды ему не приходится. Тело само срывается с места с такой скоростью, будто от этого реально зависит моя жизнь.
Сильные руки ловят меня издевательски быстро. Цепляются за блузку, рассеивая пуговицы по полу.
Стас рывком разворачивает меня лицом к себе, хватает за бедра, и грубо усаживает на стол.
Ярость в его взгляде опаляет мне щёки из-под хищно нахмуренных бровей. А потом соскальзывает вниз, к порванной блузке.
И ярость тут же смешивается с чем-то ещё более страшным.
– Твою мать, – шипит он сквозь зубы и впивается в мой рот, тараном вклиниваясь между коленями.
Стас тяжело дышит, в глазах клубится бешенство.
– Сеанс психоанализа закончен, – рычит он таким голосом, что становится страшно. – А теперь проверим, так ли ты хорошо бегаешь, как хамишь.
Повторять дважды ему не приходится. Тело само срывается с места с такой скоростью, будто от этого реально зависит моя жизнь.
Сильные руки ловят меня издевательски быстро. Цепляются за блузку, рассеивая пуговицы по полу.
Стас рывком разворачивает меня лицом к себе, хватает за бедра, и грубо усаживает на стол.
Ярость в его взгляде опаляет мне щёки из-под хищно нахмуренных бровей. А потом соскальзывает вниз, к порванной блузке.
И ярость тут же смешивается с чем-то ещё более страшным.
– Твою мать, – шипит он сквозь зубы и впивается в мой рот, тараном вклиниваясь между коленями.
– Слушай, кисуня, – Муромцев говорит тихо, почти интимно, но в тоне звучит металл. – Я устал, у меня был адский день. Я знаю, как ваш бизнес работает. Сколько тебе накинуть сверху, чтобы мы пропустили эту часть с «я не такая»?
Пазл окончательно складывается. Этот мажор принял меня за эскортницу… и судя по всему, возражения не принимаются…
Паника накрывает меня ледяной волной.
– В-вы не поняли! – мой голос дрожит, срываясь на писк. – Я массажистка! У меня сертификаты есть!
– А резинки у тебя есть? А то у меня только одна пачка на три штуки, – в его глазах вспыхивают ртутные блики.
– Я-я лучше пойду, а вы перезакажете, хорошо? – я стряхиваю его руку, отползая по стене к выходу.
Муромцев ухмыляется ещё шире. Упирается ладонями в стену по обе стороны от моей головы, создавая живую клетку из мышц и наглости.
– Никто никуда не уйдет, пока я не получу то, на что настроился. Тебе ясно?
Пазл окончательно складывается. Этот мажор принял меня за эскортницу… и судя по всему, возражения не принимаются…
Паника накрывает меня ледяной волной.
– В-вы не поняли! – мой голос дрожит, срываясь на писк. – Я массажистка! У меня сертификаты есть!
– А резинки у тебя есть? А то у меня только одна пачка на три штуки, – в его глазах вспыхивают ртутные блики.
– Я-я лучше пойду, а вы перезакажете, хорошо? – я стряхиваю его руку, отползая по стене к выходу.
Муромцев ухмыляется ещё шире. Упирается ладонями в стену по обе стороны от моей головы, создавая живую клетку из мышц и наглости.
– Никто никуда не уйдет, пока я не получу то, на что настроился. Тебе ясно?
Смотрит на меня снизу вверх. Недоумение сменяется узнаванием. Взгляд светло-голубых, почти прозрачных глаз становится прохладнее. Чуть поджимает губы, но не отворачивается. Может, ждёт от меня реакции, это ведь я привлёк её внимание. Но я молчу, как контуженный, залипнув на её лице: светлая кожа, россыпь едва заметных веснушек... В первую нашу встречу я запомнил её другой. Сейчас же медленно осознаю, насколько она красивая. Нежная, хрупкая и холодная. И правда, Льдинка.
— Преследуешь меня? — выдаю первое, что приходит в голову.
— Зачем мне это?
В её голосе всё та же прохлада — ни капли интереса или флирта. Я к такому не привык. Любая девчонка, до которой я снисхожу, по щелчку пальцев готова выпрыгнуть из трусов.
Льдинке же всё равно.
Это бесит. Это же цепляет.
— Преследуешь меня? — выдаю первое, что приходит в голову.
— Зачем мне это?
В её голосе всё та же прохлада — ни капли интереса или флирта. Я к такому не привык. Любая девчонка, до которой я снисхожу, по щелчку пальцев готова выпрыгнуть из трусов.
Льдинке же всё равно.
Это бесит. Это же цепляет.
– Сегодня всё заканчивается, – произносит он ровным, деловым голосом без прежней влюблённой восторженности.
– Что… что заканчивается?– переспрашиваю заикаясь.
– Роман, Арина. Наш прекрасный, волшебный короткий роман… – Он встаёт, совершенно голый, и идёт к стулу, на котором аккуратно сложена его одежда. – Все романы когда-нибудь заканчиваются, – продолжает он.– Наш – сегодня.
Мозг отказывается обрабатывать его слова. Он шутит? Это странная, неуместная шутка!..
– Ты… что ты говоришь? – собственный голос кажется тонким, как стекло. – Сегодня мы идём в ЗАГС. Ты сам… предложил. Вчера.
Он застёгивает ремень, щелчок пряжки звучит оглушительно громко.
– Вчера был прекрасный вечер. И ты была прекрасна. Игра стоила свеч. Но сегодня утром у меня самолёт в Москву. Дела не ждут! – Он надевает рубашку, не глядя на меня. – Спасибо за доставленное удовольствие. Было очень… трогательно.
❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ
– Что… что заканчивается?– переспрашиваю заикаясь.
– Роман, Арина. Наш прекрасный, волшебный короткий роман… – Он встаёт, совершенно голый, и идёт к стулу, на котором аккуратно сложена его одежда. – Все романы когда-нибудь заканчиваются, – продолжает он.– Наш – сегодня.
Мозг отказывается обрабатывать его слова. Он шутит? Это странная, неуместная шутка!..
– Ты… что ты говоришь? – собственный голос кажется тонким, как стекло. – Сегодня мы идём в ЗАГС. Ты сам… предложил. Вчера.
Он застёгивает ремень, щелчок пряжки звучит оглушительно громко.
– Вчера был прекрасный вечер. И ты была прекрасна. Игра стоила свеч. Но сегодня утром у меня самолёт в Москву. Дела не ждут! – Он надевает рубашку, не глядя на меня. – Спасибо за доставленное удовольствие. Было очень… трогательно.
❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ
САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА СЕГОДНЯ!!!
Тогда, в восемнадцать лет я знать не знала, что такое карма. И уж тем более, что можно стать её орудием.
Тогда, в восемнадцать я думала, что это навсегда. Моя первая любовь, мой первый мужчина, страстный, романтичный… гнилой предатель, трус и маменькин мажор.
Моя жизнь перевернулась, когда его богатая мамуля назвали меня глупой, наивной деревенской девчонкой, шавкой безродной, которая не подходит их сыну. Их сына ждала учеба в Лондоне, место в семейном бизнесе и внушительное наследство, а мне… мне оставалось только подтереть сопли и работать локтями, вырывая себе место под солнцем.
Чтобы однажды, через много лет, увидеть его снова.
У него жена и двое детей. Жена, наверное, подходящая, из «породистых».
Казалось бы, после стольких лет «простить и отпустить», но нет. Он заплатит за всё.
Тем более, он меня не забыл.
Тогда, в восемнадцать лет я знать не знала, что такое карма. И уж тем более, что можно стать её орудием.
Тогда, в восемнадцать я думала, что это навсегда. Моя первая любовь, мой первый мужчина, страстный, романтичный… гнилой предатель, трус и маменькин мажор.
Моя жизнь перевернулась, когда его богатая мамуля назвали меня глупой, наивной деревенской девчонкой, шавкой безродной, которая не подходит их сыну. Их сына ждала учеба в Лондоне, место в семейном бизнесе и внушительное наследство, а мне… мне оставалось только подтереть сопли и работать локтями, вырывая себе место под солнцем.
Чтобы однажды, через много лет, увидеть его снова.
У него жена и двое детей. Жена, наверное, подходящая, из «породистых».
Казалось бы, после стольких лет «простить и отпустить», но нет. Он заплатит за всё.
Тем более, он меня не забыл.
– Это кто у нас такой пугливый? – мой голос звучит вкрадчиво, ядовито-сладко. – А ведь только что дерзила так красиво. Я прям в тебя поверил...
– Не подходи ко мне, – выдыхает Лидина, и вот оно. Первая нотка страха в ее голосе. Наконец-то.
Я подхожу вплотную, ставлю руку на стену рядом с ее головой, полностью отрезая любой путь к отступлению. Нависаю над ней, вынуждая задрать голову, чтобы смотреть мне в глаза.
– Ну что? – выдыхаю я ей прямо в лицо, чувствуя какой-то сладкий фруктовый запах от рыжеватых гладких волос. – Добегалась?
Молчит, только ее грудь тяжело вздымается под тонким свитером. Та самая, на которую я залип минуту назад.
Но она все еще смотрит на меня. Прям сверлит. С ненавистью, с вызовом.
И это просто дико, бешено заводит.
– Не подходи ко мне, – выдыхает Лидина, и вот оно. Первая нотка страха в ее голосе. Наконец-то.
Я подхожу вплотную, ставлю руку на стену рядом с ее головой, полностью отрезая любой путь к отступлению. Нависаю над ней, вынуждая задрать голову, чтобы смотреть мне в глаза.
– Ну что? – выдыхаю я ей прямо в лицо, чувствуя какой-то сладкий фруктовый запах от рыжеватых гладких волос. – Добегалась?
Молчит, только ее грудь тяжело вздымается под тонким свитером. Та самая, на которую я залип минуту назад.
Но она все еще смотрит на меня. Прям сверлит. С ненавистью, с вызовом.
И это просто дико, бешено заводит.
— Испугалась? — внезапно хрипло спрашиваю, шагнув к ней.
— Тебя? Пф! — храбрится Арина, но отступает
Я делаю ещё шаг. Теперь она прижата к кухонному острову, глядит на меня испуганно и настороженно, будто съесть её могу. Моя рука скользит по её шее. Снова ловит маленький подбородок, как вчера днём, но в этот раз она не дерётся, не лупит по ней с праведным гневом.
- Что не бежишь, мышка?..
Её губы дрожат прямо у меня перед глазами, как мишень на прицеле. И в висках оглушающим пульсом бьётся только одна мысль: никто их до меня не целовал…
Я должен узнать её вкус. Должен забрать эту чистоту, завладеть ей целиком: телом, мыслями, душой. Должен быть первым...
— Тебя? Пф! — храбрится Арина, но отступает
Я делаю ещё шаг. Теперь она прижата к кухонному острову, глядит на меня испуганно и настороженно, будто съесть её могу. Моя рука скользит по её шее. Снова ловит маленький подбородок, как вчера днём, но в этот раз она не дерётся, не лупит по ней с праведным гневом.
- Что не бежишь, мышка?..
Её губы дрожат прямо у меня перед глазами, как мишень на прицеле. И в висках оглушающим пульсом бьётся только одна мысль: никто их до меня не целовал…
Я должен узнать её вкус. Должен забрать эту чистоту, завладеть ей целиком: телом, мыслями, душой. Должен быть первым...
Я всегда бегу. От дождя, от общения, от внимания. Для одногруппников я тихоня, которую никто не замечает. Но однажды я врезалась в дверь машины человека, похожа на босса мафии. «Нашли место для парковки», — возмутилась я и сбежала от греха подальше. Я думала, мы больше не увидимся. Ошиблась. Он оказался старшим братом мажора, в которого влюблена моя подруга, и хозяином роскошного особняка, куда меня затащили на вечернику… И теперь этот мужчина, от страха перед которым у меня трясутся поджилки, смотрит на меня так, будто я самая интересная загадка в его мире. Кажется, его способ «разгадать» меня мне не понравится…
Выберите полку для книги
Подборка книг по тегу: богатый парень простая девушка