Подборка книг по тегу: "социальное неравенство"
— Притворись моим парнем…
Бестужев громко весело рассмеялся. Он подумал, что я шучу. Но я не шутила. Мне правда был жизненно необходим именно он.
— А ты смешная, — кинул он, расслабленно глядя на то, как я сгораю от смущения и напряжения. — И смелая.
— Так что? Ты сможешь?
— Дай-ка подумать… — он скользнул по мне тяжёлым тёмным взглядом и вернулся к глазам. — Я могу выкинуть тебя прямо сейчас из этого клуба. Могу превратить твою жизнь в ад. Что из этих двух вариантов ты выбираешь?
Я только месяц учусь в этом университете, но уже нажила врагов и попала под внимание местного тёмного принца.
Когда недруги переходят все границы, я решаюсь обратиться за помощью к чудовищу номер один здесь. Кажется, он единственный, кто может мне помочь. Став моим ненастоящим парнем.
КНИГА СОЗДАНА БЕЗ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ИСКУССТВЕННОГО ИНТЕЛЛЕКТА!
Бестужев громко весело рассмеялся. Он подумал, что я шучу. Но я не шутила. Мне правда был жизненно необходим именно он.
— А ты смешная, — кинул он, расслабленно глядя на то, как я сгораю от смущения и напряжения. — И смелая.
— Так что? Ты сможешь?
— Дай-ка подумать… — он скользнул по мне тяжёлым тёмным взглядом и вернулся к глазам. — Я могу выкинуть тебя прямо сейчас из этого клуба. Могу превратить твою жизнь в ад. Что из этих двух вариантов ты выбираешь?
Я только месяц учусь в этом университете, но уже нажила врагов и попала под внимание местного тёмного принца.
Когда недруги переходят все границы, я решаюсь обратиться за помощью к чудовищу номер один здесь. Кажется, он единственный, кто может мне помочь. Став моим ненастоящим парнем.
КНИГА СОЗДАНА БЕЗ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ИСКУССТВЕННОГО ИНТЕЛЛЕКТА!
Я сижу в номере отеля после той ночи, когда мы снова были вместе. Завернувшись в халат, смотрю в одну точку. Потом пальцы сами набирают в поиске его имя.
Я не смотрю его страницу. Я проваливаюсь в бездну, где его отмечают другие.
Первое же фото, сделанное на следующий день после нашей ночи, бьёт под дых.
София Миронова. Идеальная. Он стоит чуть сзади, его рука лежит у неё на талии. Взгляд направлен не в кадр, а на неё.
Подпись: «После вчерашних разговоров под луной — сегодняшний свет кажется ярче».
«Вчерашние разговоры под луной».
Значит, его первым шагом после меня… был разговор с ней. А я… я существую только здесь. В этой квартире. В отелях. В командировках.
Я — его личный интим-сервис по вызову.
Я не София — не возвышенная муза для светских хроник.
Я — приключение. Пикантное, грязное, одноразовое.
Я не смотрю его страницу. Я проваливаюсь в бездну, где его отмечают другие.
Первое же фото, сделанное на следующий день после нашей ночи, бьёт под дых.
София Миронова. Идеальная. Он стоит чуть сзади, его рука лежит у неё на талии. Взгляд направлен не в кадр, а на неё.
Подпись: «После вчерашних разговоров под луной — сегодняшний свет кажется ярче».
«Вчерашние разговоры под луной».
Значит, его первым шагом после меня… был разговор с ней. А я… я существую только здесь. В этой квартире. В отелях. В командировках.
Я — его личный интим-сервис по вызову.
Я не София — не возвышенная муза для светских хроник.
Я — приключение. Пикантное, грязное, одноразовое.
Дочь небогатого провинциального джентльмена, Хелен Валент странная и непопулярная. Её спокойное одиночество, тихая жизнь и личные границы кажутся ей драгоценными. Слишком гордая, чтобы льстить, и слишком принципиальная, чтобы подчиняться чужим правилам, она твёрдо верит в классы и настоящее благородство.
Хелен — послушная дочь, но её собственные желания — уединение и покой. Балы и светские мероприятия для неё — вынужденная необходимость, а родители уверены, что дочь должна выйти замуж, игнорируя её чувства и внутренний мир.
Найдётся ли джентльмен, готовый связать свою судьбу с такой странной, непривлекательной и почти «невидимой» девушкой, или Хелен навсегда сохранит долгожданный покой?
Хелен — послушная дочь, но её собственные желания — уединение и покой. Балы и светские мероприятия для неё — вынужденная необходимость, а родители уверены, что дочь должна выйти замуж, игнорируя её чувства и внутренний мир.
Найдётся ли джентльмен, готовый связать свою судьбу с такой странной, непривлекательной и почти «невидимой» девушкой, или Хелен навсегда сохранит долгожданный покой?
Подчинившись решению отца, Хелен выходит замуж за таинственного буржуа, оставив позади надежды и мечты. Ее сердце и душа становятся полем битвы между гордостью и долгом. Этот неравный союз кажется ей унизительным, и для супруга у Хелен не имеется ничего, кроме презрения.
Сможет ли Хелен сохранить в этом браке свою гордость и достоинство или он сломит ее волю? Каким человеком и мужчиной окажется ее супруг? Врагом или услужливым лакеем? Смирится ли он с холодом и презрением своей супруги или уничтожит ее своей властью и безразличием к ее чувствам и страхам? Скованные цепями своего происхождения – найдут ли они понимание или дадут своим убеждениям превратить этот брак в руины взаимной ненависти?
Сможет ли Хелен сохранить в этом браке свою гордость и достоинство или он сломит ее волю? Каким человеком и мужчиной окажется ее супруг? Врагом или услужливым лакеем? Смирится ли он с холодом и презрением своей супруги или уничтожит ее своей властью и безразличием к ее чувствам и страхам? Скованные цепями своего происхождения – найдут ли они понимание или дадут своим убеждениям превратить этот брак в руины взаимной ненависти?
Лена Соколова из Твери поступила на юридический факультет МГУ с одной целью — стать лучшим. Она готова к лекциям и экзаменам, но не к соседу по комнате: избалованному мажору Артуру Воронцову, который считает общежитие помойкой.
Их конфликт неизбежен. Но когда Артур оказывается в ловушке правил отца и вынужден жить по законам Лены, он начинает меняться. От презрения к уважению, от ненависти к первой любви — их история будет написана только ими самими.
Их конфликт неизбежен. Но когда Артур оказывается в ловушке правил отца и вынужден жить по законам Лены, он начинает меняться. От презрения к уважению, от ненависти к первой любви — их история будет написана только ими самими.
Даня привык рассчитывать только на себя. В двадцать три года у него есть работа, старый телефон, руки, покрытые чёрными татуировками, и машина, на которую он копил годами. После смерти матери он продаёт машину, чтобы дать одиннадцатилетнему брату дом. Теперь в его жизни хватает забот на двоих — и совсем нет места для любви.
Соня учится на дизайнера, рисует мир во множестве оттенков и знает, какое будущее для неё придумали родители: учёба в Европе, большие возможности, правильный мужчина рядом. Но однажды вечером у центра детского творчества она встречает Даню. Он кажется ей опасным, пока она не замечает, как бережно он держит за руку младшего брата.
Их тянет друг к другу сильнее, чем они готовы признать. Только Соне предстоит понять, чего хочет она сама, а Дане — поверить, что его можно любить не за обещание однажды стать кем-то другим.
Соня учится на дизайнера, рисует мир во множестве оттенков и знает, какое будущее для неё придумали родители: учёба в Европе, большие возможности, правильный мужчина рядом. Но однажды вечером у центра детского творчества она встречает Даню. Он кажется ей опасным, пока она не замечает, как бережно он держит за руку младшего брата.
Их тянет друг к другу сильнее, чем они готовы признать. Только Соне предстоит понять, чего хочет она сама, а Дане — поверить, что его можно любить не за обещание однажды стать кем-то другим.
Алина Лесная работает курьером в цветочном магазине и привыкла, что жизнь бьет ее, как хрупкую вазу. Бывший жених разбил ее доверие, коллеги считают ее никчемной, а единственный луч света — странный заказчик с верхнего этажа небоскреба, который каждую неделю заказывает белые розы без подписи. Когда на корпоративе компании-гиганта случайно путают заказы, Алина оказывается на балу в платье, стоимость которого равна ее годовому доходу. Там она встречает того самого «заказчика» — и он оказывается владельцем корпорации.
Но сможет ли он полюбить ее не как золушку в бриллиантах, а как девушку с разбитыми мечтами и хрустальной честностью?
Но сможет ли он полюбить ее не как золушку в бриллиантах, а как девушку с разбитыми мечтами и хрустальной честностью?
Она — первокурсница на стипендии, ездит на автобусе, ест в столовой, прячется от внимания. Он — сын владельца университета, третий курс, король кампуса, который развлекается тем, что ломает чужие правила. Их сталкивает нелепая случайность: на вечеринке её фотографируют рядом с ним в компрометирующей ситуации, и фото разлетается по университету. Чтобы спасти её репутацию и его имидж перед советом попечителей, его отец предлагает им обоим притвориться парой на один семестр. Она ненавидит его. Он считает её скучной. Но в «притворстве» они обнаруживают то, чего не ждали: он впервые встретил кого-то, кто не боится его, а она — кого-то, кто видит её не как «стипендиатку», а как женщину.
Меня звали Амадеус де Вальмон. Триста сорок два года назад я был гугенотским солдатом, умирающим от чумной лихорадки в осаждённом Ла-Рошели. Триста сорок два года назад мне предложили вечность в обмен на душу. Я согласился. И с тех пор я был лордом, графом, бароном — кем угодно, но всегда — хищником в тени французского двора.
Мой особняк был шедевром. Высокие потолки с фресками, изображающими падение ангелов, тяжёлые гобелены, скрывающие секретные проходы, каминные залы, где в очагах никогда не горел огонь — мне не нужно было тепло. Библиотека, в которой хранились книги, запрещённые Ватиканом. И подвал. Тёмный, каменный, с тяжёлыми дубовыми дверями, за которыми никто не смел задавать вопросов. Там, в подвале, я хранил свои инструменты. Там я принимал тех, кто приходил ко мне добровольно, и тех, кого я выбирал сам.
Сегодня был особый вечер. Сегодня я должен был получить подарок от короля.
Не от Людовика — тот был ещё молод и не знал о моём существовании. Но от его брата, герцога...
Мой особняк был шедевром. Высокие потолки с фресками, изображающими падение ангелов, тяжёлые гобелены, скрывающие секретные проходы, каминные залы, где в очагах никогда не горел огонь — мне не нужно было тепло. Библиотека, в которой хранились книги, запрещённые Ватиканом. И подвал. Тёмный, каменный, с тяжёлыми дубовыми дверями, за которыми никто не смел задавать вопросов. Там, в подвале, я хранил свои инструменты. Там я принимал тех, кто приходил ко мне добровольно, и тех, кого я выбирал сам.
Сегодня был особый вечер. Сегодня я должен был получить подарок от короля.
Не от Людовика — тот был ещё молод и не знал о моём существовании. Но от его брата, герцога...
Он — «мальчик на баблосе». Папин самолетик, элитные клубы и жизнь, где слово «нет» не знают даже его кредитки.
Я — девочка-невидимка. Студентка на стипендии, подработка в кофейне и вечно дырявые кеды.
Наше первое столкновение закончилось тем, что он облил меня латте и назвал «мебелью из общежития». Второе — тем, что я разбила его айфон о его же наглый лоб.
Теперь этот золотой мальчик требует, чтобы я отрабатывала ущерб... лично. Он думает, что может купить все, включая мое терпение.
Спорим, папин сынок, что на этот раз твои деньги проиграют?
Я — девочка-невидимка. Студентка на стипендии, подработка в кофейне и вечно дырявые кеды.
Наше первое столкновение закончилось тем, что он облил меня латте и назвал «мебелью из общежития». Второе — тем, что я разбила его айфон о его же наглый лоб.
Теперь этот золотой мальчик требует, чтобы я отрабатывала ущерб... лично. Он думает, что может купить все, включая мое терпение.
Спорим, папин сынок, что на этот раз твои деньги проиграют?
Выберите полку для книги