Подборка книг по тегу: "роковая страсть"
— Предлагаешь прекратить? — спросил он, и в его голосе прозвучал вызов. Но в этом вызове была и надежда, что я скажу «нет».
— Нет, — выдохнула я честно. Потому что мысль о том, чтобы вычеркнуть его из жизни, причиняла почти физическую боль. — Я предлагаю систему. Правила. Чтобы это не убило нас.
— Первое. Независимость. Я — в Екатеринбурге, ты — в Москве. Мы не переезжаем, не подстраиваемся. Встречаемся, когда это удобно обоим: по работе, если специально захотелось, но без обязательных визитов. География — не препятствие, а гарантия личного пространства.
Он кивнул, лицо было непроницаемым.
— Продолжай.
— Второе. Никаких претензий. Мы не отчитываемся. Не спрашиваем «где был, с кем». У нас нет эксклюзивных прав. Если у тебя или у меня появляется кто-то еще — это не имеет отношения к нашим договоренностям. Мы свободны.
❗❗❗ В основе сюжета — сложная и неоднозначная тема
Когда откроется подписка, подарю ее самым активным читателям, но нужно обязательно на меня подписаться!!!
— Нет, — выдохнула я честно. Потому что мысль о том, чтобы вычеркнуть его из жизни, причиняла почти физическую боль. — Я предлагаю систему. Правила. Чтобы это не убило нас.
— Первое. Независимость. Я — в Екатеринбурге, ты — в Москве. Мы не переезжаем, не подстраиваемся. Встречаемся, когда это удобно обоим: по работе, если специально захотелось, но без обязательных визитов. География — не препятствие, а гарантия личного пространства.
Он кивнул, лицо было непроницаемым.
— Продолжай.
— Второе. Никаких претензий. Мы не отчитываемся. Не спрашиваем «где был, с кем». У нас нет эксклюзивных прав. Если у тебя или у меня появляется кто-то еще — это не имеет отношения к нашим договоренностям. Мы свободны.
❗❗❗ В основе сюжета — сложная и неоднозначная тема
Когда откроется подписка, подарю ее самым активным читателям, но нужно обязательно на меня подписаться!!!
— Стой! Я тебя не отпускал, — властным тоном заявляет мажор.
— А я не обязана оставаться. Мой рабочий день скоро закончится. И я поеду домой.
— Я подвезу тебя.
— Не надо.
— Встретимся завтра?
— Нет. И в другой день тоже. У меня есть любимый человек, теперь ясно? — бросаю запальчиво.
— И он позволяет тебе работать в таком месте, где любой может тебя облапать?
— Ты что-то путаешь. Я работаю официанткой, а не стриптизершей.
— Будь ты моей, тебе бы не пришлось работать.
— Я никогда не буду твоей, понял? — произношу с расстановкой, взбешенная его наглостью.
Голубые глаза незнакомца сверкают вызовом.
— Ты будешь моей раньше, чем думаешь.
Наглый мажор, с которым я познакомилась в клубе, где я уже год работаю официанткой, преследует меня. Его не волнует, что у меня есть парень, и не воспринимает мои “нет”. Все, что он хочет — сделать меня своей. Чего бы ему это ни стоило.
— А я не обязана оставаться. Мой рабочий день скоро закончится. И я поеду домой.
— Я подвезу тебя.
— Не надо.
— Встретимся завтра?
— Нет. И в другой день тоже. У меня есть любимый человек, теперь ясно? — бросаю запальчиво.
— И он позволяет тебе работать в таком месте, где любой может тебя облапать?
— Ты что-то путаешь. Я работаю официанткой, а не стриптизершей.
— Будь ты моей, тебе бы не пришлось работать.
— Я никогда не буду твоей, понял? — произношу с расстановкой, взбешенная его наглостью.
Голубые глаза незнакомца сверкают вызовом.
— Ты будешь моей раньше, чем думаешь.
Наглый мажор, с которым я познакомилась в клубе, где я уже год работаю официанткой, преследует меня. Его не волнует, что у меня есть парень, и не воспринимает мои “нет”. Все, что он хочет — сделать меня своей. Чего бы ему это ни стоило.
Я нарушила все правила, влюбившись в Шамиля. Наш запретный роман был обречен, но я верила в чудо. Пока не наступил тот день, когда он назвал нас ошибкой. Он предложил мне деньги — щедрые отступные — и вычеркнул меня из своей жизни.
Теперь я бегу в никуда, спасая ту самую невидимую нить, что навсегда связывает меня с ним.
Нить, о которой он даже не подозревает
Он говорил о моей жизни, о моей карьере, о нашем с ним годе, как о неодушевленном активе, который нужно ликвидировать с минимальными потерями.
—Ты...просто откупаешься? — прошептала я, и внутри все оборвалось.
— Я обеспечиваю тебе мягкую посадку, — поправил он без тени смущения. — И даю тебе шанс забыть все это и построить нормальную жизнь. С мужчиной своего круга.
От этих слов стало физически больно, будто меня ударили в живот. Я схватилась за спинку кресла, чтобы не упасть.
— Ты просто… вычеркнешь меня? Как будто ничего и не было?
Теперь я бегу в никуда, спасая ту самую невидимую нить, что навсегда связывает меня с ним.
Нить, о которой он даже не подозревает
Он говорил о моей жизни, о моей карьере, о нашем с ним годе, как о неодушевленном активе, который нужно ликвидировать с минимальными потерями.
—Ты...просто откупаешься? — прошептала я, и внутри все оборвалось.
— Я обеспечиваю тебе мягкую посадку, — поправил он без тени смущения. — И даю тебе шанс забыть все это и построить нормальную жизнь. С мужчиной своего круга.
От этих слов стало физически больно, будто меня ударили в живот. Я схватилась за спинку кресла, чтобы не упасть.
— Ты просто… вычеркнешь меня? Как будто ничего и не было?
2 ЧАСТИ В ОДНОЙ КНИГЕ!
Союзы бывают разные: любовные, дружеские, семейные, военные... И самое главное, не ошибиться с партнером, поэтому Лей эс Бунгар даже под страхом смерти не вступила бы в союз с высокородным Рон-Тан Гридом, вархом без чести и совести. Но выбора ей никто не оставил — ее сестру мог спасти только он. И сколько нужно сделать попыток, чтобы достучаться до любимого человека, которому ты нужна только в качестве сосуда для будущего наследника? А если твои чувства еще совсем хрупкие, то сколько ты выдержишь? Августа — принцесса Канисиана — решилась на пять попыток... максимум шесть.
Союзы бывают разные: любовные, дружеские, семейные, военные... И самое главное, не ошибиться с партнером, поэтому Лей эс Бунгар даже под страхом смерти не вступила бы в союз с высокородным Рон-Тан Гридом, вархом без чести и совести. Но выбора ей никто не оставил — ее сестру мог спасти только он. И сколько нужно сделать попыток, чтобы достучаться до любимого человека, которому ты нужна только в качестве сосуда для будущего наследника? А если твои чувства еще совсем хрупкие, то сколько ты выдержишь? Августа — принцесса Канисиана — решилась на пять попыток... максимум шесть.
Снежана: Я сбежала. Спаслась. Думала, что наконец-то смогу забыть его и начать всё заново. Но куда бы я ни шла, он продолжает жить в моей голове. Его голос, его прикосновения, его ненависть — всё это грызёт меня изнутри. Он был тюремщиком, который сломал меня, и мужчиной, которого я полюбила вопреки всему. Теперь я живу для своего ребёнка, но тень Лютого всё равно накрывает мой мир. Как далеко я смогу убежать, прежде чем он снова найдёт меня?
Лютый: Нет, Снежана. Тебя невозможно отпустить. Я держу тебя в голове, под кожей, в каждом вдохе. И если я сейчас за решёткой, это не значит, что я перестал быть твоим миром. Я знаю каждую твою мысль. Я знаю, как ты меня ненавидишь. Я знаю, как тебя тянет обратно. Ты пришла, потому что хочешь помощи? Хорошо. Но помни: за всё придётся заплатить. Ты моя. Всегда была. Всегда будешь. Я выйду отсюда. Заберу своего ребёнка. Заберу тебя. И больше ты не сбежишь.
Лютый: Нет, Снежана. Тебя невозможно отпустить. Я держу тебя в голове, под кожей, в каждом вдохе. И если я сейчас за решёткой, это не значит, что я перестал быть твоим миром. Я знаю каждую твою мысль. Я знаю, как ты меня ненавидишь. Я знаю, как тебя тянет обратно. Ты пришла, потому что хочешь помощи? Хорошо. Но помни: за всё придётся заплатить. Ты моя. Всегда была. Всегда будешь. Я выйду отсюда. Заберу своего ребёнка. Заберу тебя. И больше ты не сбежишь.
Я попал в аварию, а очнулся в прошлом.
Ровно два года назад.
В день, когда мой друг встретил свою жену. Накануне неудачно пошутил, что, будь у меня шанс, я бы отбил её.
Шанс появился.
Только в день судьбоносной встречи я познакомился с другой девушкой, в которую влюбился. Окончательно и бесповоротно.
Но когда меня также внезапно перебросило назад в настоящее, я не смог её найти.
Ровно два года назад.
В день, когда мой друг встретил свою жену. Накануне неудачно пошутил, что, будь у меня шанс, я бы отбил её.
Шанс появился.
Только в день судьбоносной встречи я познакомился с другой девушкой, в которую влюбился. Окончательно и бесповоротно.
Но когда меня также внезапно перебросило назад в настоящее, я не смог её найти.
Я вернулась домой после смерти отца и узнала, что ни чем не владею.
Рауль и Франко Витторио ждали меня пять лет.
По завещанию я должна жить с ними два года и выполнять их «разумные требования».
Один брат соблазняет нежно, целует так, будто я его единственное сокровище.
Другой брат берет жестко, властно, и тело предает меня каждый раз.
Я ненавижу их. Я боюсь их.
Но все чаще думаю: а что, если я всегда была их?
Что, если я уже хочу принадлежать им обоим?
Теперь я в их руках.
И выхода нет.
Рауль и Франко Витторио ждали меня пять лет.
По завещанию я должна жить с ними два года и выполнять их «разумные требования».
Один брат соблазняет нежно, целует так, будто я его единственное сокровище.
Другой брат берет жестко, властно, и тело предает меня каждый раз.
Я ненавижу их. Я боюсь их.
Но все чаще думаю: а что, если я всегда была их?
Что, если я уже хочу принадлежать им обоим?
Теперь я в их руках.
И выхода нет.
Меня похитили для развлечений в постели богатого араба. Но никто не знал, что это станет отправной точкой судьбоносных событий в моей жизни. Страна, в которой закон требует от женщины полного подчинения, не прощает роковых ошибок... Вас ждут сочные описания восточной страны, жаркие эротические сцены и безумная любовь арабских мужчин.
– Свет, тебе домой пора, – взять и выставить за дверь? Чем не план?
– Да, я пойду, уже поздно, – Светкино и без того бледное лицо стало белым, как молоко. Вовка ненавидел молоко с детства.
– Иди.
– Да, конечно…
– Слушай, ты когда-нибудь обижаешься? Что ты за человек такой, а? Я об тебя ноги вытираю, а ты даже не понимаешь этого, – он со злостью плюнул на цементный пол холодного гаража, – Таскаю тебя по подворотням, как дешёвую ***, а ты и рада...
В этом жёстком и враждебном мире тихая и безобидная Света, по прозвищу Светлячок, чувствует себя лишней. Она слабая и безропотная, её все гнобят и используют, но Света отчаянно верит, что когда-нибудь найдёт своего человека, верного, любящего и надёжного. И она найдёт. Обязательно найдёт... приключения на свою пятую точку.
– Да, я пойду, уже поздно, – Светкино и без того бледное лицо стало белым, как молоко. Вовка ненавидел молоко с детства.
– Иди.
– Да, конечно…
– Слушай, ты когда-нибудь обижаешься? Что ты за человек такой, а? Я об тебя ноги вытираю, а ты даже не понимаешь этого, – он со злостью плюнул на цементный пол холодного гаража, – Таскаю тебя по подворотням, как дешёвую ***, а ты и рада...
В этом жёстком и враждебном мире тихая и безобидная Света, по прозвищу Светлячок, чувствует себя лишней. Она слабая и безропотная, её все гнобят и используют, но Света отчаянно верит, что когда-нибудь найдёт своего человека, верного, любящего и надёжного. И она найдёт. Обязательно найдёт... приключения на свою пятую точку.
- Танцуй! - приказывает подчиняющий бархатный бас Багира.
- Не буду! - возмущено шепчу в ответ, а сердце сжимается от страха.
Теперь он не отступит, раз приказал силой привести к себе в комнату.
Я стою склонив голову, не решаясь поднять взгляд. Ураганный яростный блеск черных как самая глубокая ночь глаз встретил еще на пороге.
Я знаю что меня ждет.
Багир медленно встает с кресла. Каждый его шаг ко мне звучит громким угрожающим эхом в просторной спальне. Белоснежная рубашка передо мной как знак моего поражения под напором его абсолютной власти и мужской непоколебимой энергетики.
- Я. Тебя. Заставлю, - чеканит по словам с нарастающей агрессией - теперь ты моя. Моя рабыня.
ОТКРОВЕННО. ИСТОРИЯ НЕ ЛАЙТОВАЯ!
ХЭ.
- Не буду! - возмущено шепчу в ответ, а сердце сжимается от страха.
Теперь он не отступит, раз приказал силой привести к себе в комнату.
Я стою склонив голову, не решаясь поднять взгляд. Ураганный яростный блеск черных как самая глубокая ночь глаз встретил еще на пороге.
Я знаю что меня ждет.
Багир медленно встает с кресла. Каждый его шаг ко мне звучит громким угрожающим эхом в просторной спальне. Белоснежная рубашка передо мной как знак моего поражения под напором его абсолютной власти и мужской непоколебимой энергетики.
- Я. Тебя. Заставлю, - чеканит по словам с нарастающей агрессией - теперь ты моя. Моя рабыня.
ОТКРОВЕННО. ИСТОРИЯ НЕ ЛАЙТОВАЯ!
ХЭ.
Выберите полку для книги
Подборка книг по тегу: роковая страсть