Подборка книг по тегу: "запретные чувства"
– Предлагаю сделку, – начинает он без предисловий, его пальцы барабанят по моему идеально чистому столу. – Мы забываем о нашем… мимолётном недоразумении. Полностью и навсегда. Я здесь не для того, чтобы рыться в чужом грязном белье. Я здесь, чтобы работать. А вы, как мне доложили, один из самых ценных моих специалистов.
Я смотрю ему прямо в глаза, пытаясь найти в них насмешку, но вижу лишь холодную сталь.
– Я всегда была профессионалом, – отвечаю я, и голос дрожит лишь самую малость. – И не собираюсь это менять.
– Прекрасно, – он кивает, и его губы растягиваются в подобие улыбки. – Тогда мы поняли друг друга.
Но «сделка» оказывается фикцией. Его игра начинается в тот же день.
Я смотрю ему прямо в глаза, пытаясь найти в них насмешку, но вижу лишь холодную сталь.
– Я всегда была профессионалом, – отвечаю я, и голос дрожит лишь самую малость. – И не собираюсь это менять.
– Прекрасно, – он кивает, и его губы растягиваются в подобие улыбки. – Тогда мы поняли друг друга.
Но «сделка» оказывается фикцией. Его игра начинается в тот же день.
— Ненавижу.
— И ты даже представить себе не можешь, насколько это между нами чувство взаимно, — подмигиваю я.
— Я таких, как ты, в садике ложкой по голове била, — шипит она, будто змея, готовящаяся к броску.
— Жаль, что я не появился там раньше, чтобы тебя ею прибить, — закатываю я глаза, изображая крайнюю степень усталости от её присутствия.
В эту же самую секунду мне в лицо прилетает круглая долька помидора — словно маленький красный снаряд из невидимой пушки. Пока она скатывается по лицу, оставляя влажный след, я набираю обороты ярости. Внутри меня будто взрывается вулкан, и всеми фибрами души я готовлюсь к самому грандиозному событию в этом мире!...
— И ты даже представить себе не можешь, насколько это между нами чувство взаимно, — подмигиваю я.
— Я таких, как ты, в садике ложкой по голове била, — шипит она, будто змея, готовящаяся к броску.
— Жаль, что я не появился там раньше, чтобы тебя ею прибить, — закатываю я глаза, изображая крайнюю степень усталости от её присутствия.
В эту же самую секунду мне в лицо прилетает круглая долька помидора — словно маленький красный снаряд из невидимой пушки. Пока она скатывается по лицу, оставляя влажный след, я набираю обороты ярости. Внутри меня будто взрывается вулкан, и всеми фибрами души я готовлюсь к самому грандиозному событию в этом мире!...
Он ведет меня в кабинет, не отпуская. Запирает дверь на ключ.
На диване – том самом, где я принимаю клиентов – все происходит стремительно, нервно. Руки, которые не могут решить, где держаться – то грубо срывают пуговицы, то замирают в трепете. Шепот, прерываемый поцелуями:
– Ты так прекрасна… Я столько лет…
– Молчи, просто молчи…
На диване – том самом, где я принимаю клиентов – все происходит стремительно, нервно. Руки, которые не могут решить, где держаться – то грубо срывают пуговицы, то замирают в трепете. Шепот, прерываемый поцелуями:
– Ты так прекрасна… Я столько лет…
– Молчи, просто молчи…
Я не верила в любовь. Не после того, как жизнь превратила меня в беглянку из собственного прошлого.
Встретив его в Нью-Йорке, я знала — рядом с таким, как он, нет места девушке вроде меня.
Стефано Бьянки.
Холодный, опасный и смертельно притягательный. Его называли Бессмертным — не потому, что он не может умереть, а потому что даже смерть склонила перед ним голову.
Он разрушил мой покой, стер границы между страхом и желанием, сделал боль сладкой, а наслаждение — зависимостью.
Я поняла, что обречена, как только взглянула в его горящие глаза. Потому что в моем мире любовь к мужчине вроде него — это неукротимый огонь, который сожжет всё.
Но я уже не могла уйти.
Потому что иногда даже во тьме можно найти свой свет.
Встретив его в Нью-Йорке, я знала — рядом с таким, как он, нет места девушке вроде меня.
Стефано Бьянки.
Холодный, опасный и смертельно притягательный. Его называли Бессмертным — не потому, что он не может умереть, а потому что даже смерть склонила перед ним голову.
Он разрушил мой покой, стер границы между страхом и желанием, сделал боль сладкой, а наслаждение — зависимостью.
Я поняла, что обречена, как только взглянула в его горящие глаза. Потому что в моем мире любовь к мужчине вроде него — это неукротимый огонь, который сожжет всё.
Но я уже не могла уйти.
Потому что иногда даже во тьме можно найти свой свет.
В ночь своего выпускного экзамена Морвейн допустила ошибку.
Она призвала не того.
Существо, которое не должно было откликнуться.
Демона, который не приходит случайно.
Азарель — владелец Дома контрактов, архитектор чужих судеб и мастер сделок, где цена всегда выше, чем кажется. Он помог ей сдать экзамен. Он предложил работу. Он заключил с ней личный контракт — тихий, почти невинный на словах.
Цена: одно прикосновение.
Но в мире, где желания сильнее магии, ожидание становится пыткой. Каждый взгляд — обещание. Каждое расстояние — игра. Он растягивает момент расплаты. Она учится отвечать тем же. И чем выше Морвейн поднимается в Доме контрактов, тем опаснее становится их связь.
Потому что власть можно разделить.
Контракт можно расторгнуть.
А вот желание — никогда.
И когда придёт время прикоснуться, рухнет не только договор.
Рухнут они оба.
Она призвала не того.
Существо, которое не должно было откликнуться.
Демона, который не приходит случайно.
Азарель — владелец Дома контрактов, архитектор чужих судеб и мастер сделок, где цена всегда выше, чем кажется. Он помог ей сдать экзамен. Он предложил работу. Он заключил с ней личный контракт — тихий, почти невинный на словах.
Цена: одно прикосновение.
Но в мире, где желания сильнее магии, ожидание становится пыткой. Каждый взгляд — обещание. Каждое расстояние — игра. Он растягивает момент расплаты. Она учится отвечать тем же. И чем выше Морвейн поднимается в Доме контрактов, тем опаснее становится их связь.
Потому что власть можно разделить.
Контракт можно расторгнуть.
А вот желание — никогда.
И когда придёт время прикоснуться, рухнет не только договор.
Рухнут они оба.
— Мой брат встанет на одно колено, и ты скажешь ему «нет», — говорит Арс тихо и делает шаг ко мне.
Я отступаю.
— Нет! Я не буду этого делать! — говорю, стараясь что бы голос не дрожал. — Я люблю Мирона!
Он усмехается. Медленно. Хищно.
— Любишь? Тогда давай проверим, как долго он будет любить тебя… Когда узнает, какая на самом деле его невеста? И чье имя она кричала прошлой ночью…
Он — брат моего парня.
Человек без тормозов.
Чудовище.
Я ненавижу его.
И теперь между нами секрет, который может разрушить мою жизнь. Или мне придется подчиниться ему…
Я отступаю.
— Нет! Я не буду этого делать! — говорю, стараясь что бы голос не дрожал. — Я люблю Мирона!
Он усмехается. Медленно. Хищно.
— Любишь? Тогда давай проверим, как долго он будет любить тебя… Когда узнает, какая на самом деле его невеста? И чье имя она кричала прошлой ночью…
Он — брат моего парня.
Человек без тормозов.
Чудовище.
Я ненавижу его.
И теперь между нами секрет, который может разрушить мою жизнь. Или мне придется подчиниться ему…
— Дерзкая, — он стоит напротив, наглый, красивый и опасный. С уверенностью бога в голубых бездонных глазах.
— Принципиальная, — зубасто улыбаюсь. — Я не встречаюсь с мажорами. Извини.
Он подходит вплотную, наклоняется, так что я улавливаю невероятный мужской запах, чуть разбавленный дорогим парфюмом.
— У меня отличная память на лица, — говорит он мне на ухо чуть хрипло. — Мы ещё встретимся, и ты не сбежишь.
Этот мажор открыл охоту на меня, и отказ для него — всего лишь первая стадия согласия.
— Принципиальная, — зубасто улыбаюсь. — Я не встречаюсь с мажорами. Извини.
Он подходит вплотную, наклоняется, так что я улавливаю невероятный мужской запах, чуть разбавленный дорогим парфюмом.
— У меня отличная память на лица, — говорит он мне на ухо чуть хрипло. — Мы ещё встретимся, и ты не сбежишь.
Этот мажор открыл охоту на меня, и отказ для него — всего лишь первая стадия согласия.
Меня сослали в Сапфировую Академию, потому что собственная семья меня боится.
Меня приняли, потому что императорский указ не обсуждают.
Драконы считают людей «дикарями», а я — идеальное подтверждение их теории. Нестабильный огонь, острый язык и полное отсутствие желания прогибаться под правила.
Так что теперь я с ними. Люди в Академии на птичьих правах, магия через край, а ректор — ледяной красавец с золотыми глазами и тёмно-золотой чешуёй на скулах — с первого взгляда внёс меня в список проблем, которые он хотел бы решить радикально.
Проблема в том, что я не умею быть удобной. И если тысяча лет драконьей мудрости не выдержит одну вспыльчивую студентку — это уже их трудности.
Делайте ваши ставки. Моя магия — мои правила.
Меня приняли, потому что императорский указ не обсуждают.
Драконы считают людей «дикарями», а я — идеальное подтверждение их теории. Нестабильный огонь, острый язык и полное отсутствие желания прогибаться под правила.
Так что теперь я с ними. Люди в Академии на птичьих правах, магия через край, а ректор — ледяной красавец с золотыми глазами и тёмно-золотой чешуёй на скулах — с первого взгляда внёс меня в список проблем, которые он хотел бы решить радикально.
Проблема в том, что я не умею быть удобной. И если тысяча лет драконьей мудрости не выдержит одну вспыльчивую студентку — это уже их трудности.
Делайте ваши ставки. Моя магия — мои правила.
– Я могу спасти твою ферму, – говорит Демьян, пристально глядя на меня. – Покрою все убытки.
– Хорошо. Спасибо, – смиренно опускаю глаза в пол, но внутри кипит ярость.
– Но не просто так. Подпишем договор. Нарушишь условия – я разорю вашу ферму к чертям и все окрестные заодно.
Читаю пункт за пунктом. Что?!!! Большинство моих обязанностей – интимного характера! Зачем ему это?!
Он теперь владелец гигантского холдинга, а я простая фермерша.
У нас есть прошлое, которое нелегко забыть.
И он отец моего сынишки, о чём узнать не должен!
Придётся уступить, выбора нет.
– Согласна.
Бессердечный подлец, у него ведь скоро свадьба!
Я думала, что выполню свою часть договора и забуду всё как дурной сон. Но Горенский узнал о том, что я тайно ращу его наследника...
❤️ Тайный ребенок от миллиардера
❤️ Бывшие, встреча через время
❤️ Противостояние характеров
❤️ От ненависти до любви
– Хорошо. Спасибо, – смиренно опускаю глаза в пол, но внутри кипит ярость.
– Но не просто так. Подпишем договор. Нарушишь условия – я разорю вашу ферму к чертям и все окрестные заодно.
Читаю пункт за пунктом. Что?!!! Большинство моих обязанностей – интимного характера! Зачем ему это?!
Он теперь владелец гигантского холдинга, а я простая фермерша.
У нас есть прошлое, которое нелегко забыть.
И он отец моего сынишки, о чём узнать не должен!
Придётся уступить, выбора нет.
– Согласна.
Бессердечный подлец, у него ведь скоро свадьба!
Я думала, что выполню свою часть договора и забуду всё как дурной сон. Но Горенский узнал о том, что я тайно ращу его наследника...
❤️ Тайный ребенок от миллиардера
❤️ Бывшие, встреча через время
❤️ Противостояние характеров
❤️ От ненависти до любви
⚡️НОВИНКА⚡️
Он боец, мрачный, высокомерный тип. Я холодная стерва по мнению окружающих. И заодно финансовый аналитик в фонде моего отца. Наш фонд перекупил его контракт. Он мечтает стать свободным и терпеть не может таких, как мы, считая стервятниками. Между нами ничего общего, мы слишком разные и постоянно бесим друг друга. Но тогда почему я ему помогаю? А главное, как поступить, если цена его свободы — клетка для меня? Отец позволит ему выкупить контракт, если я выйду замуж за того, кого глубоко презираю.
********
— Ты заигралась, Ульяна, — холодно произносит отец, даже не предложив мне сесть. Стою перед ним в кабинете, как провинившаяся школьница. — Если я никак не реагировал на твой глупый роман с Гончаровым, это не значит, что я о нем не знаю. И тем более одобряю.
Я и не сомневалась, что знает. Кирилл Аграновский всегда в курсе того, что затрагивает его интересы. А дочь для него — лишь часть этих интересов.
Он боец, мрачный, высокомерный тип. Я холодная стерва по мнению окружающих. И заодно финансовый аналитик в фонде моего отца. Наш фонд перекупил его контракт. Он мечтает стать свободным и терпеть не может таких, как мы, считая стервятниками. Между нами ничего общего, мы слишком разные и постоянно бесим друг друга. Но тогда почему я ему помогаю? А главное, как поступить, если цена его свободы — клетка для меня? Отец позволит ему выкупить контракт, если я выйду замуж за того, кого глубоко презираю.
********
— Ты заигралась, Ульяна, — холодно произносит отец, даже не предложив мне сесть. Стою перед ним в кабинете, как провинившаяся школьница. — Если я никак не реагировал на твой глупый роман с Гончаровым, это не значит, что я о нем не знаю. И тем более одобряю.
Я и не сомневалась, что знает. Кирилл Аграновский всегда в курсе того, что затрагивает его интересы. А дочь для него — лишь часть этих интересов.
Выберите полку для книги