Подборка книг по тегу: "мафия"

Меня продают в жёны самому опасному бандиту города. Обманом. Вместо моей сестры.

Гурам светит белозубой улыбкой. Золотая цепь звенит на мощной шее. А его грубая рука смыкается вокруг моего горла.

— Подчиняйся.

Но ужас наступает в миг, когда Гурам раскрывает ложь.

Я полюбила чудовище, но ужасная правда разрушила всё. Я сбежала и пять лет собирала себя по кусочкам. Но когда у меня получилось — он пришёл снова.
Теперь он еще сильнее. Опаснее. Могущественнее.
И до безумия хочет меня.
Теперь он не отпустит. Возьмёт меня себе снова. Сделает своей. Заставит дышать под его контролем и плакать в его постели.
И вот я опять в ловушке.
Без права выхода.
Потому что внутри меня — его кровь, его наследник.

— Раздевайся.
— Ч-что? — горло перехватывает. Его взгляд прожигает своим льдом меня насквозь.
— Ну ты же пришла за помощью? — он складывает руки на груди и откидывается на спинку кресла. — Вот и посмотрим, на что ты ради неё готова.
Внутри всё сжимается от страха, тело пробивает мелкой дрожью.
— На всё, — шепчу едва слышно.
— Ну тогда снимай свои шмотки. И так, чтобы мне понравилось. Или мне тебе помочь?

#жёсткий герой без ванили
#нежная невинная героиня
#от ненависти до любви
#мафия_криминал
#очень откровенно! 18+
#эмоции на острие

🔥По мотивам сказки "Красавица и чудовище"

Святой, погрязший в грехах.
Генерал, ставший оружейным бароном.
И трон, ждущий своего короля.
Лоренцо и Неон когда-то делили Содомар.
Но теперь их пути разошлись.
Так бы продолжилось и дальше, если бы Лоренцо не понадобилась сила генерала. А Неону — хитрость понтифика. Им нужно объединиться, чтобы защитить и получить желаемое. Однако их союз не устраивает тех, кто привык держать обоих в узде.
Теперь понтифику и генералу нужно не только удержать свою привычную власть, но и дать отпор общему врагу. Приведёт ли это к тому, чего хотят короли Содомара?
И что произойдёт, если боль прошлого напомнит о себе — и заставит каменные сердца снова забиться?

— Не выйду! Я не выйду замуж за него! Я ненавижу семью Махмудовых, тем более не выношу их старшего сына!

Звонкая пощёчина осадила меня. Я не верила своим глазам. Впервые, за всю мою жизнь, моя родная мать подняла на меня руку.

Я привыкла к тому, что это обычно делал отец, брат, дедушка, но чтобы моя мама...

— Замолчи, Элида! Если твой дедушка хочет, чтобы ты вышла замуж за старшего наследника Махмудовых, то ты, склонив голову, согласишься и не будешь перечить!


Ради примирения и укрепления отношений, меня насильно выдали за старшего наследника Махмудовых. Эта семья уже несколько лет враждовала с нами и ненавидела нас, как и мы их. Но в одно мгновенье все изменилось. Семьи решили заключить перемирие, а в знак укрепления отношений - поженить старших наследников.

К чему приведет этот брак? Буду ли я счастлива с человеком, которого ненавижу всем сердцем? Ведь в моем сердце уже давно живёт совсем другой мужчина...

— Куда ты дела наркотики и бабки из багажника? — взревел мужчина, тыкая пистолетом мне прямо в лоб.
— Не знаю, их там не было, клянусь, — ответила спокойно, продолжая рассматривать обстановку вокруг, словно я на экскурсии.
— Значит, не хочешь по-хорошему? Ну что ж, будет по-плохому.
— Я все сказала. И повторять не собираюсь, — отрезала я, скрестив руки на груди.
Но он, видимо, был неудовлетворен моим ответом. Поэтому мешок на голову, руки в наручники, и прямой наводкой в багажник его чертовой машины. Ну хоть не за багажником и на том спасибо. Хотя, зная мою удачу, это только начало.

— Что это значит? — голос, раздавшийся под сводами холла, заставил конвоиров вытянуться по струнке.
— Дамир, это… это от Тимура, — заикаясь, заговорил один из мужчин. — Подарок в знак… в знак уважения. К празднику. Передали через людей на границе. Сказали, исключительно для вас.
Мужчина, которого назвали Дамиром, остановился в двух шагах. Его тяжёлый взгляд скользнул по мне — от растрёпанных волос до связанных запястий. Ни капли жалости. Только брезгливость и нарастающий гнев.
— Вы кого привезли? Живую девку?
— Но Дамир, Тимур сказал…
— Вон! Оба с глаз моих!
Конвоиры исчезли. В холле воцарилась звенящая тишина. Я осталась стоять посреди мраморного пола — маленькая, измученная, со связанными руками. Дамир медленно повернулся ко мне.
— Подарок, значит… Что ж, будем распаковывать.

Я очнулась в чужой машине без имени и прошлого — связанная, избитая. Так я стала «живым подарком» для главы кавказской мафии.

– Стой! Куда ты меня тащишь?!
Я вонзилась каблуками в лёд, проглотила комок морозного воздуха, а мужик в капюшоне не проронил ни слова. Просто поволок меня дальше, держа пистолет в свободной руке.
– Эй? Ты глухой или нарочно им прикидываешься? – я поскользнулась, подол вечернего платья попал под шпильку, и я взвизгнула, предвосхищая падение. Чудовище в черном обхватил меня за талию, приподнял и медленно повернул ко мне голову. Черт возьми...
Сквозь падающий снег, дрожь и нервное постукивание зубами, я узнала его... покойника, которого я оплакивала несколько месяцев. Его карие глаза прожгли меня насквозь. Как раньше, когда он был жив. То есть...
Между нами пролетел сюрикен, и я почувствовала, что лечу на груду мусора. Удар. Выпад. Выстрел. Перед моими глазами завязалась беспощадная драка, а потом возник ублюдок с ножом и я услышала родной голос:
– Беги, мышка! Беги и не оглядывайся! Как тогда!

— Какая же ты наивная, Мишель. Ты правда думала, что я два года ждал тебя? — Кир стоит передо мной обнимая высокую, шикарную брюнетку.
***
Я прилетела из Канады к жениху с деньгами на медицинский. Через сутки у меня нет ни жениха, ни денег, ни визы. Есть только ночное метро и незнакомец с простреленным боком, которого я зачем-то вытаскиваю из вагона, пока за ним идут наемники.
Он предлагает фиктивный брак на полгода, ради моей визы. Я соглашаюсь, потому что выбора нет.
И ставлю подпись, не читая фамилии в документах.
***
Мишель не должна узнать, что Арон Моран, которого она ненавидит, и есть ее муж.

Шамир резко встал, и волна воздуха нанесла его парфюм. Крис стояла, как завороженная. Он притянул ее к себе, провел ладонью по спине оценивающим жестом.

— Такая красота. Ты сама страсть и желание. По крайней мере выглядишь так. Почему ты одинока? — Он обращался с ней уверенно, рассчитывая на повиновение. — Или ты внутри холодная как лёд? Но я не могу в это поверить.

Он поцеловал ее, не дав времени опомниться, пока она все еще была ошеломлена его сильными объятиями. Поцелуй был под стать прикосновениям: властный и не терпящий сопротивления.