Подборка книг по тегу: "нежная невинная героиня"
Этот корабль и его суровый капитан — моя последняя возможность убраться с родной планеты. И я готова на всё, чтобы избежать ужасной судьбы.
Продать своё тело? Пусть так.
Стать девочкой для всей команды? И это тоже приемлемо.
Главное, не влюбиться ни в кого из парней. А впрочем...
Продать своё тело? Пусть так.
Стать девочкой для всей команды? И это тоже приемлемо.
Главное, не влюбиться ни в кого из парней. А впрочем...
– Он хоть целовал тебя уже?
Я ошарашенно моргаю.
– Ты с ума сошёл?.. Конечно нет! Я бы никогда не позволила!
– Вот и хорошо. Не хотелось бы убивать беднягу Алихана за то, что он прикоснулся к тому, что ему не принадлежит.
– Брат Наиль… что ты такое говоришь?..
Я вздрагиваю, когда его ладонь ложится мне на талию и одним движением дёргает ближе к его огромному телу.
– Сколько раз мне ещё повторить? – рычит он прямо мне в губы. – Не называй меня братом! Я не брат тебе!
– Но ты… ты же…
Наиль резко качает головой.
– Кровь у нас одна?
– Нет…
– Тогда перестань смотреть на меня так, будто сама не понимаешь, что между нами происходит.
Это неправильно.
У меня жених. Через месяц свадьба.
А Наиль…
Он племянник моего отчима. Запретный для меня.
Я ошарашенно моргаю.
– Ты с ума сошёл?.. Конечно нет! Я бы никогда не позволила!
– Вот и хорошо. Не хотелось бы убивать беднягу Алихана за то, что он прикоснулся к тому, что ему не принадлежит.
– Брат Наиль… что ты такое говоришь?..
Я вздрагиваю, когда его ладонь ложится мне на талию и одним движением дёргает ближе к его огромному телу.
– Сколько раз мне ещё повторить? – рычит он прямо мне в губы. – Не называй меня братом! Я не брат тебе!
– Но ты… ты же…
Наиль резко качает головой.
– Кровь у нас одна?
– Нет…
– Тогда перестань смотреть на меня так, будто сама не понимаешь, что между нами происходит.
Это неправильно.
У меня жених. Через месяц свадьба.
А Наиль…
Он племянник моего отчима. Запретный для меня.
— Не открывай глаза. Дыши вместе со мной.
Мужчина начинает медленно втягивать воздух. Я чувствую, как увеличивается его грудь, упершаяся в мое плечо. И выдыхает.
— Ну, же. Давай!
Я пытаюсь вздохнуть, но горло сводит спазмом, а тело начинает бить дрожью. Я закрываю глаза, но не помогает.
— Как тебя зовут? – спрашивает над самым ухом.
— Л…ли…
— Лида?
— Лиза. – Выговариваю на одном дыхании.
В этот момент лифт покачивает, и я бросаюсь к его груди на уровне инстинкта. Он обхватывает меня плотным кольцом больших рук.
Легкие начинают болеть, от моей паники.
— Нет, нет, нет… — мотаю головой в стороны. Я не хочу тут остаться навсегда.
Теплая большая ладонь ложиться мне на лицо и задирает его вверх. Я часто дышу прямо в его лицо, ощущая ответное горячее дыхание. Моих сжатых губ касаются его горячие. Я вообще перестаю дышать.
Мужчина начинает медленно втягивать воздух. Я чувствую, как увеличивается его грудь, упершаяся в мое плечо. И выдыхает.
— Ну, же. Давай!
Я пытаюсь вздохнуть, но горло сводит спазмом, а тело начинает бить дрожью. Я закрываю глаза, но не помогает.
— Как тебя зовут? – спрашивает над самым ухом.
— Л…ли…
— Лида?
— Лиза. – Выговариваю на одном дыхании.
В этот момент лифт покачивает, и я бросаюсь к его груди на уровне инстинкта. Он обхватывает меня плотным кольцом больших рук.
Легкие начинают болеть, от моей паники.
— Нет, нет, нет… — мотаю головой в стороны. Я не хочу тут остаться навсегда.
Теплая большая ладонь ложиться мне на лицо и задирает его вверх. Я часто дышу прямо в его лицо, ощущая ответное горячее дыхание. Моих сжатых губ касаются его горячие. Я вообще перестаю дышать.
Я устроилась сиделкой к бабушке, а попала в лапы монстра.
Он властный, молчаливый, и где-то даже жестокий. Берет свое, не спрашивая...
Его лицо в шрамах, а душа в ожогах прошлого. Он не знает, что такое жалость и любовь и берет меня словно куклу. Но почему мое сердце все больше к нему привязывается?
Он властный, молчаливый, и где-то даже жестокий. Берет свое, не спрашивая...
Его лицо в шрамах, а душа в ожогах прошлого. Он не знает, что такое жалость и любовь и берет меня словно куклу. Но почему мое сердце все больше к нему привязывается?
— Мам, это же мой папа, да? — спрашивает сын, глядя на босса точно такими же синими глазами.
Я замираю, понимая, что влипла.
— Нет, сынок, это мой начальник, ты перепутал! — пытаюсь замять я неловкую паузу, но сын не сдается.
Он слазит с моих рук и подбегает к застывшему Александру.
— Нет, это ты перепутала! Это же тот самый дядя с телевизора! Ты сама мне показывала...
— Ну все, тебе пора спать! — хватаю сына за руку, пытаясь вывести из кабинета, чтобы он не наговорил лишнего, но Александр кладет ладонь на мое плечо и грозно рычит.
— Маша, останься! нужно поговорить!
Я замираю, понимая, что влипла.
— Нет, сынок, это мой начальник, ты перепутал! — пытаюсь замять я неловкую паузу, но сын не сдается.
Он слазит с моих рук и подбегает к застывшему Александру.
— Нет, это ты перепутала! Это же тот самый дядя с телевизора! Ты сама мне показывала...
— Ну все, тебе пора спать! — хватаю сына за руку, пытаясь вывести из кабинета, чтобы он не наговорил лишнего, но Александр кладет ладонь на мое плечо и грозно рычит.
— Маша, останься! нужно поговорить!
— Ты вылетишь отсюда пробкой от шампанского, — Матвей говорит ровно и спокойно, и от этого ещё страшнее. — Тебе не место рядом с Кирой. Не место в этом доме. Тебе место на трассе или на кассе вонючей забегаловки!
— Не тебе решать, где моё место, понял? — я вся дрожу от злости.
Сейчас он снова получит по самодовольной богатенькой морде. В этот раз — кулаком.
— Мне решать, куколка, — зловеще произносит он. — И я решу это в ближайшее время, Верочка-целочка. Но сначала, я тебя поимею.
Я сглатываю, отлично понимая, что означает эта фраза и этот тон.
Матвей Блавацких, старший брат моей подруги, по совместительству сын одного из богатейших людей столицы, только что объявил мне войну.
— Не тебе решать, где моё место, понял? — я вся дрожу от злости.
Сейчас он снова получит по самодовольной богатенькой морде. В этот раз — кулаком.
— Мне решать, куколка, — зловеще произносит он. — И я решу это в ближайшее время, Верочка-целочка. Но сначала, я тебя поимею.
Я сглатываю, отлично понимая, что означает эта фраза и этот тон.
Матвей Блавацких, старший брат моей подруги, по совместительству сын одного из богатейших людей столицы, только что объявил мне войну.
— Дамы! Одной из вас сегодня повезет больше, чем другой! Уважаемый человек будет выбирать ту, что будет принадлежать ему.
Двери из дорогого темного дерева в кабинет распахиваются, и оттуда выходят четверо мужчин. Они громко разговаривают на арабском языке и жестикулируют.
— Ты! – Охранник подхватывает мою землячку, вздергивая её на ноги.
— Она дерзкая! Все, как вы любите!
— Пойдет! А эту вон!
Я понимаю, что «эту» — это про меня и начинаю задыхаться в панике, все сильнее сворачиваясь в комок.
— Мухаммед, подожди. – звучит спокойный и в меру грубый голос.
— Амир, посмотри на нее! Она труслива как мышь и выглядит так же!
Вдруг, моих пальцев касается горячая рука, пытаясь сдвинуть их в сторону.
— Не бойся. – Слышу русский язык с акцентом и открываю щелочки для глаз.
Мужчина, присев на корточки, загораживает меня от остальных. Его серо-зеленые глаза с интересом изучают меня словно зверушку.
— Давай, — улыбается он, ослепляя белоснежной улыбкой, — покажи мне личико.
Двери из дорогого темного дерева в кабинет распахиваются, и оттуда выходят четверо мужчин. Они громко разговаривают на арабском языке и жестикулируют.
— Ты! – Охранник подхватывает мою землячку, вздергивая её на ноги.
— Она дерзкая! Все, как вы любите!
— Пойдет! А эту вон!
Я понимаю, что «эту» — это про меня и начинаю задыхаться в панике, все сильнее сворачиваясь в комок.
— Мухаммед, подожди. – звучит спокойный и в меру грубый голос.
— Амир, посмотри на нее! Она труслива как мышь и выглядит так же!
Вдруг, моих пальцев касается горячая рука, пытаясь сдвинуть их в сторону.
— Не бойся. – Слышу русский язык с акцентом и открываю щелочки для глаз.
Мужчина, присев на корточки, загораживает меня от остальных. Его серо-зеленые глаза с интересом изучают меня словно зверушку.
— Давай, — улыбается он, ослепляя белоснежной улыбкой, — покажи мне личико.
— Таким нежным девочкам нельзя ходить здесь без спроса... – знакомый голос Марка обволакивает.
Черт!
Я мычу в его руку, пытаясь оправдаться, сказать, что случайно сюда попала. Но он еще крепче сжимает лицо, полностью перекрывая кислород. Спиной я чувствую его тело, плотно прижимающееся к моему. Его мышцы и … что-то упирается мне в поясницу. Рука? Нет...
— Ромашка попалась в ловушку, — продолжает он своим зловещим голосом. — Ромашку надо наказать.
Сердце пускается вскачь. Грудная клетка под его рукой дико быстро вздымается. Страх парализует меня.
— Закричишь, заклею все лицо намертво... Слушайся меня и все будет хорошо. Тебе понравится.
Черт!
Я мычу в его руку, пытаясь оправдаться, сказать, что случайно сюда попала. Но он еще крепче сжимает лицо, полностью перекрывая кислород. Спиной я чувствую его тело, плотно прижимающееся к моему. Его мышцы и … что-то упирается мне в поясницу. Рука? Нет...
— Ромашка попалась в ловушку, — продолжает он своим зловещим голосом. — Ромашку надо наказать.
Сердце пускается вскачь. Грудная клетка под его рукой дико быстро вздымается. Страх парализует меня.
— Закричишь, заклею все лицо намертво... Слушайся меня и все будет хорошо. Тебе понравится.
— Ты как? – Моего плеча касается чужая мужская рука. Отпрыгиваю к другой стене как ошпаренная. – Спокойно, мы тебя не тронем. Ты здесь не по своей воле?
Я слышу приятный голос и спокойный тембр. Глаза, залитые слезами и потекшим макияжем, ничего не видят. Пытаюсь рассмотреть, но вижу только размытые силуэты на фоне тусклой лампочки туалета. Две высокие мужские фигуры и одна широкая на полу.
В ответ на вопрос начинаю молча мотать головой.
— Нет…
— Я вас всех..! – орет насильник.
Меня трясет и колотит, прижимаюсь всем телом к холодной стене, страшась любого звука.
— Как тебя зовут? – Мужчина, садится передо мной на корточки, подавая мне сумку.
— А-аня.
— Так, Аня, этот мужчина очень влиятельный человек. Слушаешь?
Киваю в ответ.
— Мы его можем убрать от тебя, но ты будешь нам должна.
— Что? – удивленно поднимаю взгляд, с трудом различая черты лица.
— Услуга за услугу. Нам придется сильно повозиться с ним. Или оставить?
Я слышу приятный голос и спокойный тембр. Глаза, залитые слезами и потекшим макияжем, ничего не видят. Пытаюсь рассмотреть, но вижу только размытые силуэты на фоне тусклой лампочки туалета. Две высокие мужские фигуры и одна широкая на полу.
В ответ на вопрос начинаю молча мотать головой.
— Нет…
— Я вас всех..! – орет насильник.
Меня трясет и колотит, прижимаюсь всем телом к холодной стене, страшась любого звука.
— Как тебя зовут? – Мужчина, садится передо мной на корточки, подавая мне сумку.
— А-аня.
— Так, Аня, этот мужчина очень влиятельный человек. Слушаешь?
Киваю в ответ.
— Мы его можем убрать от тебя, но ты будешь нам должна.
— Что? – удивленно поднимаю взгляд, с трудом различая черты лица.
— Услуга за услугу. Нам придется сильно повозиться с ним. Или оставить?
– Пожалуйста, нет! – реальность меня захлестнула, и я стала биться.
Я не понимала почему поддалась ему, почему так реагирую на него и какого черта происходит.
Мужчина убрал руку с груди и резким движением разорвал трусики по боковому шву. Крик отчаяния сорвался с моих губ. Я кричала, просто орала, слезы затянули глаза.
Раздался хлопок и стало светлее. Я повернула голову и поняла, что это упали боковые стенки подарочного ящика, в котором я лежала.
В тускло освещенной комнате, я успела разглядеть большую кровать с балдахином. Я находилась в центре комнаты на чем-то высоком.
– Я прошу вас не надо! – уставшим голосом прошептала я, но мои трусики упали на пол.
– Ты прекрасна и поверь тебе будет мало! Ты будешь просить меня не останавливаться! Запомни это!
Я не понимала почему поддалась ему, почему так реагирую на него и какого черта происходит.
Мужчина убрал руку с груди и резким движением разорвал трусики по боковому шву. Крик отчаяния сорвался с моих губ. Я кричала, просто орала, слезы затянули глаза.
Раздался хлопок и стало светлее. Я повернула голову и поняла, что это упали боковые стенки подарочного ящика, в котором я лежала.
В тускло освещенной комнате, я успела разглядеть большую кровать с балдахином. Я находилась в центре комнаты на чем-то высоком.
– Я прошу вас не надо! – уставшим голосом прошептала я, но мои трусики упали на пол.
– Ты прекрасна и поверь тебе будет мало! Ты будешь просить меня не останавливаться! Запомни это!
Выберите полку для книги