Подборка книг по тегу: "криминальный роман"
— Потеряла жениха, крошка? Бежишь, как будто за тобой гонятся. — его голос звучит лениво, с лёгкой насмешкой
— Не ваше дело! — я выпрямляюсь, стараясь не дрожать.
— Не плачь. Такие, как ты, украшают зал, а не бегают по лужам. — Незнакомец шагает ближе.
— Какие такие? — я поднимаю на него мокрые от дождя глаза.
— Дерзкие. Живые. С характером. Люблю, когда есть огонь, даже если он почти погас.
— Слушайте, я не знаю, кто вы. Но если вы сейчас скажете ещё одну фразу из разряда «вам нужен мужчина понадёжнее» — я за себя не отвечаю! — мой голос срывается, но я пересиливаю себя.
— А если я предложу кое-что получше? Не жениха, а… контракт? — в его тоне вдруг исчезет насмешка.
— Что вы предлагаете?
— Садись в машину. Не пожалеешь.
— Не ваше дело! — я выпрямляюсь, стараясь не дрожать.
— Не плачь. Такие, как ты, украшают зал, а не бегают по лужам. — Незнакомец шагает ближе.
— Какие такие? — я поднимаю на него мокрые от дождя глаза.
— Дерзкие. Живые. С характером. Люблю, когда есть огонь, даже если он почти погас.
— Слушайте, я не знаю, кто вы. Но если вы сейчас скажете ещё одну фразу из разряда «вам нужен мужчина понадёжнее» — я за себя не отвечаю! — мой голос срывается, но я пересиливаю себя.
— А если я предложу кое-что получше? Не жениха, а… контракт? — в его тоне вдруг исчезет насмешка.
— Что вы предлагаете?
— Садись в машину. Не пожалеешь.
Святой, погрязший в грехах.
Генерал, ставший оружейным бароном.
И трон, ждущий своего короля.
Лоренцо и Неон когда-то делили Содомар.
Но теперь их пути разошлись.
Так бы продолжилось и дальше, если бы Лоренцо не понадобилась сила генерала. А Неону — хитрость понтифика. Им нужно объединиться, чтобы защитить и получить желаемое. Однако их союз не устраивает тех, кто привык держать обоих в узде.
Теперь понтифику и генералу нужно не только удержать свою привычную власть, но и дать отпор общему врагу. Приведёт ли это к тому, чего хотят короли Содомара?
И что произойдёт, если боль прошлого напомнит о себе — и заставит каменные сердца снова забиться?
Генерал, ставший оружейным бароном.
И трон, ждущий своего короля.
Лоренцо и Неон когда-то делили Содомар.
Но теперь их пути разошлись.
Так бы продолжилось и дальше, если бы Лоренцо не понадобилась сила генерала. А Неону — хитрость понтифика. Им нужно объединиться, чтобы защитить и получить желаемое. Однако их союз не устраивает тех, кто привык держать обоих в узде.
Теперь понтифику и генералу нужно не только удержать свою привычную власть, но и дать отпор общему врагу. Приведёт ли это к тому, чего хотят короли Содомара?
И что произойдёт, если боль прошлого напомнит о себе — и заставит каменные сердца снова забиться?
— У тебя есть две минуты, — говорит. — Скажи, кто ты.
Он берет меня за подбородок. Пальцы холодные, с мозолями. Сжимает так, что не повернуть голову.
Я открываю рот. Медленно. Не дергаюсь. Просто разжимаю губы, чувствуя, как сохнет кожа.
— Я, — мычу сквозь отвалившийся кляп тихо, почти шепотом, — скажу тебе, когда уберешь свои грязные лапы от моего лица.
Он не убирает. Наоборот, сжимает сильнее. Легкая улыбка трогает уголки его губ. Хищная.
— Две минуты пошли. Осталось полторы.
И тогда я не нахожу ничего лучше чем плюнуть. Я выплевываю кляп комком слюны и скотча себе под ноги. И бью локтем этого мужлана. Мимо, конечно ведь руки связаны. Жалко, беспомощно, как котенок.
А он смеется. Вот псих!
Он берет меня за подбородок. Пальцы холодные, с мозолями. Сжимает так, что не повернуть голову.
Я открываю рот. Медленно. Не дергаюсь. Просто разжимаю губы, чувствуя, как сохнет кожа.
— Я, — мычу сквозь отвалившийся кляп тихо, почти шепотом, — скажу тебе, когда уберешь свои грязные лапы от моего лица.
Он не убирает. Наоборот, сжимает сильнее. Легкая улыбка трогает уголки его губ. Хищная.
— Две минуты пошли. Осталось полторы.
И тогда я не нахожу ничего лучше чем плюнуть. Я выплевываю кляп комком слюны и скотча себе под ноги. И бью локтем этого мужлана. Мимо, конечно ведь руки связаны. Жалко, беспомощно, как котенок.
А он смеется. Вот псих!
Адель тяжко вздохнула. Помощь в мире людей больших денег просто так не предлагают. Всему есть цена. И задала самый главный вопрос:
– Кто вы?
Мужчина, очень похожий на предателя мужа, хищно оскалился. Взгляд серых безжалостных глаз смотрел прямо. Мороз пробежал по коже. Он явно не просто так появился в её жизни.
– Отныне твой Бог!
Однотомник. ХЭ.
– Кто вы?
Мужчина, очень похожий на предателя мужа, хищно оскалился. Взгляд серых безжалостных глаз смотрел прямо. Мороз пробежал по коже. Он явно не просто так появился в её жизни.
– Отныне твой Бог!
Однотомник. ХЭ.
Всё, что вы помните о Петербурге 90-х. В память о молодых парнях, кто не увидел 2000-е.
Шурави, ветеран Афганской войны, — мужчина, чьё имя внушает ужас. Для неё он не просто спаситель...
Девочка, чьи ценности менялись, под гнётом обстоятельств. И любовь, разрушившая многие жизни.
Шурави, ветеран Афганской войны, — мужчина, чьё имя внушает ужас. Для неё он не просто спаситель...
Девочка, чьи ценности менялись, под гнётом обстоятельств. И любовь, разрушившая многие жизни.
Его взгляд равнодушно пробегает по моим похитителям, останавливается на мне. Несколько мгновений вытягивает душу. Чувствую, как кровь застывает в венах, как замедляется пульс. Он же спасет меня?
Надежда мелькает, но тут же тлеет как пепел на снегу.
– Теперь вижу, на кого ты работаешь, – рычит он. – Хотела убить брата и подобраться ко мне? За это ответишь.
– Я не…
Ствол смотрит мне прямо в лицо.
– Дай мне повод. Издай еще один звук. Ровно один. Вдохни, всхлипни. Попытайся сказать, что я что-то не так понял.
Слова застывают на губах. Отчаяние. Страх. Животный страх за свою жизнь. Никогда раньше я не висела на волоске над пропастью, зато сейчас в полной мере чувствую: легким движением пальца Руслан отправит меня на тот свет. Не задумается, не зацепится за то, что между нами было. Мне конец в его руках.
– Заберите товар, – Рысь обращается к своим людям, которые деловито идут к деревянным ящикам. – Девку мне.
Надежда мелькает, но тут же тлеет как пепел на снегу.
– Теперь вижу, на кого ты работаешь, – рычит он. – Хотела убить брата и подобраться ко мне? За это ответишь.
– Я не…
Ствол смотрит мне прямо в лицо.
– Дай мне повод. Издай еще один звук. Ровно один. Вдохни, всхлипни. Попытайся сказать, что я что-то не так понял.
Слова застывают на губах. Отчаяние. Страх. Животный страх за свою жизнь. Никогда раньше я не висела на волоске над пропастью, зато сейчас в полной мере чувствую: легким движением пальца Руслан отправит меня на тот свет. Не задумается, не зацепится за то, что между нами было. Мне конец в его руках.
– Заберите товар, – Рысь обращается к своим людям, которые деловито идут к деревянным ящикам. – Девку мне.
Я жена самого опасного киллера в городе. Смерть каждый день дышит ему в затылок, постоянно испытывая на прочность удачу. Но я устала жить в страхе, поэтому предала мужа, собственными руками сдав полиции.
Тайрон Асманов теперь за решёткой, его дочь растёт без отца в спокойном мире, который я обеспечила для неё. И всё было хорошо до тех пор, пока мне не сказали, что он вышел досрочно!
- Я устала...
- Давай ложиться спать.
- Я не в этом смысле, Тай! Я устала бояться!
Тайрон Асманов теперь за решёткой, его дочь растёт без отца в спокойном мире, который я обеспечила для неё. И всё было хорошо до тех пор, пока мне не сказали, что он вышел досрочно!
- Я устала...
- Давай ложиться спать.
- Я не в этом смысле, Тай! Я устала бояться!
Она — следователь, который пять лет охотилась за ним. Он — киллер, который поклялся, что при следующей встрече убьёт её.
Вера посвятила свою жизнь поимке человека с глазами без эмоций — профессионального убийцы, оставляющего за собой идеально чистые преступления. Она почти поймала его. Почти заглянула в глаза. Но он ушёл, и она поклялась: их встреча обязательно состоится.
Вера посвятила свою жизнь поимке человека с глазами без эмоций — профессионального убийцы, оставляющего за собой идеально чистые преступления. Она почти поймала его. Почти заглянула в глаза. Но он ушёл, и она поклялась: их встреча обязательно состоится.
Шестнадцать лет брака. Четверо любимых детей. Уютная, налаженная жизнь, которая в одночасье обернулась кошмаром.
Узнав о предательстве мужа, Анна думала, что измена — худшее, с чем ей придется столкнуться. Но реальность оказалась куда страшнее: все эти годы её муж Игорь использовал ее как пешку, сделав идеальным «козлом отпущения» в своих грязных криминальных схемах. В случае провала в тюрьму сядет именно она, а дети достанутся ему.
Пытаясь найти выход, Анна с ужасом понимает, что пути к отступлению отрезаны. Полиция куплена, деньги под жестким контролем, а муж готов пойти на крайние и безжалостные меры, чтобы заставить ее молчать. Оказавшись запертой в клетке с монстром, загнанная в угол мать принимает самое страшное решение в своей жизни...
Узнав о предательстве мужа, Анна думала, что измена — худшее, с чем ей придется столкнуться. Но реальность оказалась куда страшнее: все эти годы её муж Игорь использовал ее как пешку, сделав идеальным «козлом отпущения» в своих грязных криминальных схемах. В случае провала в тюрьму сядет именно она, а дети достанутся ему.
Пытаясь найти выход, Анна с ужасом понимает, что пути к отступлению отрезаны. Полиция куплена, деньги под жестким контролем, а муж готов пойти на крайние и безжалостные меры, чтобы заставить ее молчать. Оказавшись запертой в клетке с монстром, загнанная в угол мать принимает самое страшное решение в своей жизни...
— Станешь моей невестой, Фиалка! — прорычал Шайтан низким хриплым голосом, прожигая меня взглядом. Голодным. Жадным. С предвкушением.
— Нет! — выдохнула ошеломленно, застывая от ужаса. — Нет!
— Да! — шагнул ко мне, подавляя тяжелой энергетикой. — Из-за тебя моя невеста сбежала. Моя братва не поймет. Сочтет лохом. Никто не смеет меня кидать! Ты займешь ее место! В моей жизни! — Многозначительная предвкушающая ухмылка. — И в моей постели! Хочешь ты того, или нет! Ты станешь моей! Лучше расслабься, и получай удовольствие…
— Нет! — выдохнула ошеломленно, застывая от ужаса. — Нет!
— Да! — шагнул ко мне, подавляя тяжелой энергетикой. — Из-за тебя моя невеста сбежала. Моя братва не поймет. Сочтет лохом. Никто не смеет меня кидать! Ты займешь ее место! В моей жизни! — Многозначительная предвкушающая ухмылка. — И в моей постели! Хочешь ты того, или нет! Ты станешь моей! Лучше расслабься, и получай удовольствие…
Выберите полку для книги