Подборка книг по тегу: "криминальный мир"
— У нас с тобой нет вариантов, — надвигается он на меня. — Ты принимаешь мое предложение и становишься моей женой, и твоему отцу не остается ничего иного, кроме как заключить перемирие.
— Разве недостаточно того, что ты меня похитил? — смотрю на мужчину, что держит меня в подвале.
— Нет, принцесса. Твой отец ни за что не признается, что его незаконную дочь, которую он так упорно прятал, украли и надругались над ней.
— Надругались? — вздрагиваю в ужасе, но он игнорирует.
— Ему проще будет забыть о тебе. Но если его главный противник женится на ней, тогда ему будет выгодно признать тебя и заключить мир.
— Все не так… — хочу возразить, пока она надвигается на меня, снимая часы с запястья. — Вы же не тронете меня?
— Я? Теперь ты моя невеста, хочешь ты того или нет, — расстегивает рубашку. — Пришла пора узнать друг друга ближе.
Меня похитили посреди дня прямо во дворе университета, и запихнули в багажник. А когда привезли к человеку, который заказал все это, выяснилось, что
— Разве недостаточно того, что ты меня похитил? — смотрю на мужчину, что держит меня в подвале.
— Нет, принцесса. Твой отец ни за что не признается, что его незаконную дочь, которую он так упорно прятал, украли и надругались над ней.
— Надругались? — вздрагиваю в ужасе, но он игнорирует.
— Ему проще будет забыть о тебе. Но если его главный противник женится на ней, тогда ему будет выгодно признать тебя и заключить мир.
— Все не так… — хочу возразить, пока она надвигается на меня, снимая часы с запястья. — Вы же не тронете меня?
— Я? Теперь ты моя невеста, хочешь ты того или нет, — расстегивает рубашку. — Пришла пора узнать друг друга ближе.
Меня похитили посреди дня прямо во дворе университета, и запихнули в багажник. А когда привезли к человеку, который заказал все это, выяснилось, что
Признаюсь: до этого балет казался мне бессмысленной суетой. Но её танец… Что-то внутри сжимается. Я засматриваюсь — и очухиваюсь лишь тогда, когда свет гаснет полностью, а вслед за этим раздаётся её пронзительный визг.
— Барбара! — кричит Бажаев.
Выстрел.
Зал взрывается паникой. Крики, топот. Когда свет снова вспыхивает, смарт-часы вибрируют. Новое уведомление. Я поднимаю взгляд на Бажаева — тот бледен.
— Она будет у нас, — говорю ровно, — до тех пор, пока ты не соберёшь информацию. Гарантирую её неприкосновенность. Но если эти люди прознают обо мне...
— Барбара! — кричит Бажаев.
Выстрел.
Зал взрывается паникой. Крики, топот. Когда свет снова вспыхивает, смарт-часы вибрируют. Новое уведомление. Я поднимаю взгляд на Бажаева — тот бледен.
— Она будет у нас, — говорю ровно, — до тех пор, пока ты не соберёшь информацию. Гарантирую её неприкосновенность. Но если эти люди прознают обо мне...
Это были они, живое воплощение ее порочных снов. Двое мужчин. Сильные, уверенные. Полина забыла, как дышать, когда ровно в полночь они вошли в просторный холл отеля. Один – с холодным взглядом хищника, от которого леденело сердце. Второй – с чистым огнем похоти, сжигающим сознание и тело дотла. Как устоять от такого соблазна? Как не поддаться этому искушению, которое вот уже несколько месяцев тянет ее в пропасть порока?
Она сопротивлялась, но это было выше ее сил...
Она сопротивлялась, но это было выше ее сил...
— Я.. не.. знаю. Я.. просто курьер. — Голос становится хриплым. — Мне дали папку.. я взяла.. ой, то есть, взял.. и несу.
Вот ты и спалилась Ари. Не умела врать, не нужно было начинать.
В его глазах загорается странный огонь.
— Ты что сейчас сказал-А? — жестко спрашивает он, продолжая держать мою шею.
У меня немеют пальцы. Маска будто душит. Не получается вдохнуть полной грудью.
— Я… оговорился, — бормочу я, опуская глаза. — Я правда не знаю ничего. Мне просто передали коробку. Я должен был…
Одним рывком он срывает шапку и копна каштановых волос разлетается в разные стороны.
КНИГА ЗАВЕРШЕНА 📚
Вот ты и спалилась Ари. Не умела врать, не нужно было начинать.
В его глазах загорается странный огонь.
— Ты что сейчас сказал-А? — жестко спрашивает он, продолжая держать мою шею.
У меня немеют пальцы. Маска будто душит. Не получается вдохнуть полной грудью.
— Я… оговорился, — бормочу я, опуская глаза. — Я правда не знаю ничего. Мне просто передали коробку. Я должен был…
Одним рывком он срывает шапку и копна каштановых волос разлетается в разные стороны.
КНИГА ЗАВЕРШЕНА 📚
Добро пожаловать в ад под названием «Любовь».
Для мира он — Дэмиен Блэк: неоспоримый король подпольных гонок в Лос-Анджелесе, чемпион запрещенных боев без правил, ходячая опасность, покрытая татуировками и цинизмом. Для нее он стал кошмаром, ворвавшимся в ту самую ночь, когда рухнула ее прежняя жизнь.
Элизабет «Лиззи» Морено мечтала рисовать, но получила роль пешки в чужой игре. Чтобы спасти брата от тюрьмы, она вынуждена погрузиться в мир, где правят деньги, насилие и Дэмиен. Он смотрит на неё как на лишнюю деталь, которую нужно сломать, чтобы доказать, что она ничем не лучше остальных. Она боится его, но отказывается быть сломленной.
Тонкая грань между презрением и одержимостью стирается, когда воздух начинает искрить, а прикосновения обжигают сильнее пощёчин. Чем жёстче он пытается её подчинить, тем яростнее она сопротивляется, не замечая, как за стальной бронёй проступает нечто иное — собственническое, пугающее, почти человеческое.
Они думали, что худшее уже позади. Но
Для мира он — Дэмиен Блэк: неоспоримый король подпольных гонок в Лос-Анджелесе, чемпион запрещенных боев без правил, ходячая опасность, покрытая татуировками и цинизмом. Для нее он стал кошмаром, ворвавшимся в ту самую ночь, когда рухнула ее прежняя жизнь.
Элизабет «Лиззи» Морено мечтала рисовать, но получила роль пешки в чужой игре. Чтобы спасти брата от тюрьмы, она вынуждена погрузиться в мир, где правят деньги, насилие и Дэмиен. Он смотрит на неё как на лишнюю деталь, которую нужно сломать, чтобы доказать, что она ничем не лучше остальных. Она боится его, но отказывается быть сломленной.
Тонкая грань между презрением и одержимостью стирается, когда воздух начинает искрить, а прикосновения обжигают сильнее пощёчин. Чем жёстче он пытается её подчинить, тем яростнее она сопротивляется, не замечая, как за стальной бронёй проступает нечто иное — собственническое, пугающее, почти человеческое.
Они думали, что худшее уже позади. Но
Глаза питерского неба, с оттиском белых ночей, откуда она приехала. Огромные, перепуганные. И волосы у неё холодного русого цвета. Губы пухлые приоткрыты, дышала ртом и закрывала его ладонями, чтобы не закричать.
Как тебе богатая жизнь, малыш? Понравилась?
За всё нужно платить.
Но ты платить не будешь.
Как тебе богатая жизнь, малыш? Понравилась?
За всё нужно платить.
Но ты платить не будешь.
Москва, лихие 90‑е: время, когда деньги пахнут порохом, а сделки скрепляют не подписями, а угрозами.
Янка Журавлёва — дочь депутата, студентка из Кембриджа, привыкшая к свободе, алкоголю и лёгким деньгам. Она играла с огнём, сбывая наркотики подругам, — пока однажды сама не оказалась пешкой в чужой игре.
Ярослав — человек с тёмным прошлым и неоднозначными принципами. Он жёсткий, расчётливый, но в нём есть что‑то, что не даёт назвать его просто бандитом: проблески человечности, тень сожаления, намёк на забытую связь с Янкой.
Янка «просрала» сто тысяч долларов, уничтожив партию наркотиков, — и теперь должна огромную сумму опасным людям. Вместо расправы Яр предлагает ей сделку: он «покупает» Янку, а она обязана отрабатывать долг, выполняя все его приказы любой ценой.
Перед Янкой выбор: сломаться или переродиться. Перед Яром — поддаться жестоким правилам мира или рискнуть всем ради чего‑то большего. В мире, где доверие — роскошь, а верность — миф, их судьбы переплетаются в опас
Янка Журавлёва — дочь депутата, студентка из Кембриджа, привыкшая к свободе, алкоголю и лёгким деньгам. Она играла с огнём, сбывая наркотики подругам, — пока однажды сама не оказалась пешкой в чужой игре.
Ярослав — человек с тёмным прошлым и неоднозначными принципами. Он жёсткий, расчётливый, но в нём есть что‑то, что не даёт назвать его просто бандитом: проблески человечности, тень сожаления, намёк на забытую связь с Янкой.
Янка «просрала» сто тысяч долларов, уничтожив партию наркотиков, — и теперь должна огромную сумму опасным людям. Вместо расправы Яр предлагает ей сделку: он «покупает» Янку, а она обязана отрабатывать долг, выполняя все его приказы любой ценой.
Перед Янкой выбор: сломаться или переродиться. Перед Яром — поддаться жестоким правилам мира или рискнуть всем ради чего‑то большего. В мире, где доверие — роскошь, а верность — миф, их судьбы переплетаются в опас
Я — самая обычная девушка из провинции. После смерти матери и сестры я переехала в столицу и стала жить с парнем. Разве могла я предполагать, что он окажется таким засранцем...
Том 1. Он забрал у неё всё. А затем пришел за ней самой.
Скрываясь в трущобах от криминальных войн, Ева думала, что избежала участи своей семьи. Но от Дэмиана Стэлса, главы могущественного Синдиката, невозможно спрятаться. Придя к ней как палач, он неожиданно меняет правила игры — и отправляет Еву в закрытую «Академию Клана», где учатся дети криминальной элиты.
В стенах Академии нет друзей, только временные союзники. Шаг влево — отчисление, шаг вправо — смерть. Еве предстоит выжить среди тех, кто презирает её, и не сломаться под давлением системы. Но как сохранить рассудок, если человек, которого она должна ненавидеть больше жизни, вдруг становится её единственной защитой... и её самым страшным искушением?
Скрываясь в трущобах от криминальных войн, Ева думала, что избежала участи своей семьи. Но от Дэмиана Стэлса, главы могущественного Синдиката, невозможно спрятаться. Придя к ней как палач, он неожиданно меняет правила игры — и отправляет Еву в закрытую «Академию Клана», где учатся дети криминальной элиты.
В стенах Академии нет друзей, только временные союзники. Шаг влево — отчисление, шаг вправо — смерть. Еве предстоит выжить среди тех, кто презирает её, и не сломаться под давлением системы. Но как сохранить рассудок, если человек, которого она должна ненавидеть больше жизни, вдруг становится её единственной защитой... и её самым страшным искушением?
Выберите полку для книги