Подборка книг по тегу: "90-е"
Москва, лихие девяностые. Время, когда всё решали деньги и сила, а человеческая жизнь стоила дешевле пачки палёных сигарет.
Она приехала покорять столицу с маленьким чемоданом и бабушкиными молитвами. А оказалась в подвале, глядя в глаза смерти. Но смерть почему-то отступила — и вместо неё пришли двое. Разные, как лёд и пламень: один — опасный авторитет с руками в крови, второй — тонкий художник с пальцами в краске.
Их связало нечто большее, чем дружба. А её появление стало тем самым недостающим звеном, которое превратило двоих в троих.
Но можно ли построить дом на руинах? Можно ли доверять тем, кто умеет только убивать? И можно ли полюбить двоих — сразу, без остатка, навсегда?
История о том, как в страшное время рождается самая нежная любовь. И о том, что семья бывает разной — главное, чтобы в ней было тепло.
18+
Она приехала покорять столицу с маленьким чемоданом и бабушкиными молитвами. А оказалась в подвале, глядя в глаза смерти. Но смерть почему-то отступила — и вместо неё пришли двое. Разные, как лёд и пламень: один — опасный авторитет с руками в крови, второй — тонкий художник с пальцами в краске.
Их связало нечто большее, чем дружба. А её появление стало тем самым недостающим звеном, которое превратило двоих в троих.
Но можно ли построить дом на руинах? Можно ли доверять тем, кто умеет только убивать? И можно ли полюбить двоих — сразу, без остатка, навсегда?
История о том, как в страшное время рождается самая нежная любовь. И о том, что семья бывает разной — главное, чтобы в ней было тепло.
18+
Иван глубоко вдохнул морской воздух и краем глаза заметил шевеление справа. Повернув голову, он увидел мужчину, забирающегося на камень. Это был обычный парень, лет двадцати семи - тридцати, но у Ивана по телу пробежал миллион мурашек и, кажется, кровь вовсе прекратила свое движение по венам. Парень был полной копией его, тридцатилетнего. Как будто перед ним установили зеркало, и он смотрится в него: слегка вьющиеся темные волосы, подбородок с ямочкой, тот же нос, серые глаза и тонкие губы.
В голове у Ивана возник миллион вопросов и идей.
Как это возможно?
Может, это его брат?
Сын?
Кто он?
Это подстава?
Что вообще происходит?
В голове у Ивана возник миллион вопросов и идей.
Как это возможно?
Может, это его брат?
Сын?
Кто он?
Это подстава?
Что вообще происходит?
В свете потухающего костра она показалась ему Афродитой, хотя больше в ней было от Сирин – птицы, поющей о вечном блаженстве. И приносящей своим пением всяческие несчастья.
«Это сказки для дураков, – мрачно подумал Женя, глядя вслед удаляющейся Громовой, которая совершенно бесцеремонно вихляла бёдрами и тащила по сухой земле гитару с красной лентой на грифе. – Но поёт она действительно неплохо».
Почувствовав его взгляд, Громова обернулась. Её большие карие глаза отразили последние искорки пламени, а потом она отвернулась и скрылась за насыпью.
Невыносимая девчонка. Когда-нибудь она точно получит.
Он – циничный палеонтолог, на которого повесили отряд практикантов.
Она – своенравная студентка, которой палец в рот не клади.
Между ними вспыхивает искра, но судьба разводит в разные стороны.
Возможен ли второй шанс через двадцать лет?
«Это сказки для дураков, – мрачно подумал Женя, глядя вслед удаляющейся Громовой, которая совершенно бесцеремонно вихляла бёдрами и тащила по сухой земле гитару с красной лентой на грифе. – Но поёт она действительно неплохо».
Почувствовав его взгляд, Громова обернулась. Её большие карие глаза отразили последние искорки пламени, а потом она отвернулась и скрылась за насыпью.
Невыносимая девчонка. Когда-нибудь она точно получит.
Он – циничный палеонтолог, на которого повесили отряд практикантов.
Она – своенравная студентка, которой палец в рот не клади.
Между ними вспыхивает искра, но судьба разводит в разные стороны.
Возможен ли второй шанс через двадцать лет?
Свои первые девяностые я пропустил. Пока страна училась капитализму и демократии, я служил в горячих точках. А когда вернулся, девятки сменились нулями, и началось новое тысячелетие.
А в 2023 году я умер. Но вместо того, чтобы попасть в мир загробный, я снова оказался в нашей реальности. В теле патлатого парня из рок-группы. В 1991 году.
Вот так и начались мои приключения на вторые девяностые.
А в 2023 году я умер. Но вместо того, чтобы попасть в мир загробный, я снова оказался в нашей реальности. В теле патлатого парня из рок-группы. В 1991 году.
Вот так и начались мои приключения на вторые девяностые.
А и пошло оно всё! Пошли они все! Из красивых голубых глаз потекли слёзы, а с пухлых губ сорвался совсем не кинематографичный стон.
Хватка Моржа ослабла, но легче от этого не стало: два глотка безумно сладкого воздуха, и… в её хорошенькое личико прилетел огромный мужской кулак, покрытый рыжими волосами. Свет окончательно погас.
Несколько минут тишины.
А потом начался ад.
Девяностые. Каждый выживает как может. Олеся Синицкая, по прозвищу Синица, становится на скользкий путь и быстро достигает дна. И тогда ей на помощь приходит ОН. Мальчишка из прошлого. Хороший.
Хватка Моржа ослабла, но легче от этого не стало: два глотка безумно сладкого воздуха, и… в её хорошенькое личико прилетел огромный мужской кулак, покрытый рыжими волосами. Свет окончательно погас.
Несколько минут тишины.
А потом начался ад.
Девяностые. Каждый выживает как может. Олеся Синицкая, по прозвищу Синица, становится на скользкий путь и быстро достигает дна. И тогда ей на помощь приходит ОН. Мальчишка из прошлого. Хороший.
Молодой человек, некогда служивший в военной разведке, вынужден скрывать от окружающих факты своей бурной молодости. Успешно отработав несколько лет в различных деловых структурах он решается на открытие своего дела, однако быстро сталкивается с попыткой криминального захвата. В попытке спасти свой бизнес от недружественного поглощения, он знакомится с человеком представившимся генералом спецслужб. Знакомство с генералом КГБ резко меняет ход дальнейшей жизни Героя - имея блестящий аналитический мозг и организаторские способности, он под прикрытием устраивается на работу топ-менеджером в один из крупнейших топливных холдингов региона. Находясь внутри корпорации перед Карьеристом раскрываются многочисленные тайные грани современного устройства крупного бизнеса - бесконечные игры соперничающих за активы служб безопасности корпораций, промышленный шпионаж, финансовые авантюры, агентурная работа, неожиданные сюжетные повороты, большие деньги, преступления и любовь.
18+ Лихой, по своему романтичный и несколько несерьёзный приключенческий детектив. Из 90х!
Студентка и её друг ищут пропавшего олигарха..
Студентка и её друг ищут пропавшего олигарха..
Вика прошла в комнату и, подходя к балкону, услышала:
— Алла, я тебе уже все объяснил. Я ничего тебе не обещал. Я сразу сказал, что у меня жена и я ее никогда не брошу.
Сердце у Вики бухнулось вниз и трусливо сжалось. Игорь стоял к ней спиной и слушал то, что ему говорила некая Алла.
После небольшой паузы он продолжил:
— Нет, я не трус, но я не буду принимать это решение. Если ты готова воспитывать ребенка сама – рожай, я буду помогать. Но я никогда не брошу свою жену, еще раз тебе повторяю. Мы через неделю забираем сына из приюта, и именно они – моя семья, а ты – женщина, с которой у меня был мимолетный роман, не больше.
Он еще что-то говорил, но Виктория отошла от окна и села на диван.
И как дальше жить? И надо ли? Что хорошего может быть после того, что она услышала?
Брак, который длился тридцать лет, рассыпался за секунду, даже не оставив после себя мокрого места.
— Алла, я тебе уже все объяснил. Я ничего тебе не обещал. Я сразу сказал, что у меня жена и я ее никогда не брошу.
Сердце у Вики бухнулось вниз и трусливо сжалось. Игорь стоял к ней спиной и слушал то, что ему говорила некая Алла.
После небольшой паузы он продолжил:
— Нет, я не трус, но я не буду принимать это решение. Если ты готова воспитывать ребенка сама – рожай, я буду помогать. Но я никогда не брошу свою жену, еще раз тебе повторяю. Мы через неделю забираем сына из приюта, и именно они – моя семья, а ты – женщина, с которой у меня был мимолетный роман, не больше.
Он еще что-то говорил, но Виктория отошла от окна и села на диван.
И как дальше жить? И надо ли? Что хорошего может быть после того, что она услышала?
Брак, который длился тридцать лет, рассыпался за секунду, даже не оставив после себя мокрого места.
После предательства жены, жизнь Андрея разделилась надвое: в одной её части он любящий отец-одиночка, а в другой — строгий, вечно пропадающий на службе опер Иванов. Несочетаемо! Да ещё и няни, как назло, сбегают одна за другой, не выдержав и пары месяцев в сумасшедшей семейке.
Хотя нет, одна, похоже, хочет остаться... Вот только теперь сам Иванов против: эта няня слишком молода, слишком красива, слишком добра и внимательна к нему и его детям!
Что это - разбитое мужское сердце боится снова ожить?
...Или интуиция бывалого опера правильно шепчет, что эта няня не так проста, как кажется?
Хотя нет, одна, похоже, хочет остаться... Вот только теперь сам Иванов против: эта няня слишком молода, слишком красива, слишком добра и внимательна к нему и его детям!
Что это - разбитое мужское сердце боится снова ожить?
...Или интуиция бывалого опера правильно шепчет, что эта няня не так проста, как кажется?
Туман – жесток, циничен, изворотлив. У него острый ум и лидерский потенциал. Человек – загадка. Да и человек ли вовсе? Он не видит берегов, как и ни единой границы. Границ, которых нет ни в его поступках, ни в темных глазах. И, вроде, его сердце давно очерствело, но есть еще та, единственная, рядом с которой мышечный кровеносный орган дает серьезный сбой, вынуждая отключить мозг и довериться собственным чувствам.
Выберите полку для книги