Подборка книг по тегу: "новая любовь"
- Анют, хватит уже, что с тобой происходит? Ты всегда была нормальная? Весёлая, заводная… Давай уже, прекращай!
- Что прекращать?
- Вот это всё, унылое… А то сначала сами превращаются в зануд-истеричек, а потом плачутся, что им мужья изменяют.
Я не собиралась плакаться. Нет.
Я собиралась отпустить его спокойно.
- Слав, я завтра соберу вещи и уйду. Подам на развод сама.
- Что? Аня, ты…
- Не надо. Всё нормально, Слав.
- Ань, это несерьёзно.
Да, это несерьёзно. Особенно, когда моего мужа и его любовницу показывают по телевизору, на всю страну. И мои дочери рядом.
А еще несерьёзно то, что мне на это плевать.
Ну почти.
Потому что всё это ерунда, когда у тебя на руках приговор…
- Что прекращать?
- Вот это всё, унылое… А то сначала сами превращаются в зануд-истеричек, а потом плачутся, что им мужья изменяют.
Я не собиралась плакаться. Нет.
Я собиралась отпустить его спокойно.
- Слав, я завтра соберу вещи и уйду. Подам на развод сама.
- Что? Аня, ты…
- Не надо. Всё нормально, Слав.
- Ань, это несерьёзно.
Да, это несерьёзно. Особенно, когда моего мужа и его любовницу показывают по телевизору, на всю страну. И мои дочери рядом.
А еще несерьёзно то, что мне на это плевать.
Ну почти.
Потому что всё это ерунда, когда у тебя на руках приговор…
— Привет, подружка, — сладкий голосок бьёт по нервам. — Прости, что начали без тебя. Мы с Артуром тестируем супружескую кровать. Для верности. Чтобы тебе потом было комфортно.
Что-то щёлкает внутри. Громко. Будто ломается стальная пружина, все годы державшая меня в тонусе.
Я не думаю, а действую. Подхожу к несостоявшемуся жениху. Рука обрушивается на его щёку со всей силой. Звонкий, сочный звук. Мой салют предателям на окончание праздника.
Артур пошатнулся, но устоял на ногах. В чёрных глазах — не раскаяние. Злость. Обида.
— Ты рехнулась?! — он трогает челюсть.
Во мне кипит ярость — горячая, выжигающая до пепла слёзы и остатки иллюзий.
— Иди к чёрту, — голос звучит странно спокойно. Я разворачиваюсь. Лепестки под ногами теперь не мягкие, а скользкие и противные.
— Алиса, стой! Одумайся! — он бежит за мной,
Поймав жениха с лучшей подругой, накануне нового года, уезжаю в горы в поисках ЧУДА!
❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ ПРОДАЖ
Что-то щёлкает внутри. Громко. Будто ломается стальная пружина, все годы державшая меня в тонусе.
Я не думаю, а действую. Подхожу к несостоявшемуся жениху. Рука обрушивается на его щёку со всей силой. Звонкий, сочный звук. Мой салют предателям на окончание праздника.
Артур пошатнулся, но устоял на ногах. В чёрных глазах — не раскаяние. Злость. Обида.
— Ты рехнулась?! — он трогает челюсть.
Во мне кипит ярость — горячая, выжигающая до пепла слёзы и остатки иллюзий.
— Иди к чёрту, — голос звучит странно спокойно. Я разворачиваюсь. Лепестки под ногами теперь не мягкие, а скользкие и противные.
— Алиса, стой! Одумайся! — он бежит за мной,
Поймав жениха с лучшей подругой, накануне нового года, уезжаю в горы в поисках ЧУДА!
❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ ПРОДАЖ
Я заглядываю в зал, где мы с мужем проводили вечера у телевизора, и вижу его с Зоей. Их губы сливаются в поцелуе.
В груди разрастается холод, как мороз по стеклу.
Сестра замечает меня первой. В ее глазах нет ни тени стыда.
— Галя? — муж оборачивается.
А я смотрю на сестру. На свою более яркую копию.
— Зой, ты конечно всегда была стервой, но это уже дно.
— Смирись, сестренка, — говорит она. — Гена теперь со мной.
Я перевожу взгляд на него.
— А мне такой муж и не нужен. Лжец и предатель.
— Закрой пасть, Галя! — срывается он. — Ты сама виновата! У тебя дом, работа, дочь. На меня нет времени. И раз уж ты все узнала, скрывать не будем. Завтра же на дне рождения тещи всем объявим, что я теперь с Зоей.
Сестра сверкает от счастья. А у меня чувство, будто жизнь пополам переломало.
В груди разрастается холод, как мороз по стеклу.
Сестра замечает меня первой. В ее глазах нет ни тени стыда.
— Галя? — муж оборачивается.
А я смотрю на сестру. На свою более яркую копию.
— Зой, ты конечно всегда была стервой, но это уже дно.
— Смирись, сестренка, — говорит она. — Гена теперь со мной.
Я перевожу взгляд на него.
— А мне такой муж и не нужен. Лжец и предатель.
— Закрой пасть, Галя! — срывается он. — Ты сама виновата! У тебя дом, работа, дочь. На меня нет времени. И раз уж ты все узнала, скрывать не будем. Завтра же на дне рождения тещи всем объявим, что я теперь с Зоей.
Сестра сверкает от счастья. А у меня чувство, будто жизнь пополам переломало.
— Денис… ты что делаешь?
Он даже не отстранился. Только посмотрел на меня раздражённо.
— Выйди, Полина. Не сейчас. Дома поговорим.
Молодая ординаторша сидела на его столе. Халат распахнут, руки на его плечах.
Я стояла в дверях и не могла пошевелиться. В голове было пусто. Ни крика. Ни слёз. Только гул.
В этот момент я поняла: у мужа есть другая. И это не «ошибка». Я подала на развод.
За этим началась война — давление, угрозы, попытки свекрови сломать меня.
История о предательстве. О женщине, которая не простила. И о жизни, где счастье начинается после слова «хватит».
Он даже не отстранился. Только посмотрел на меня раздражённо.
— Выйди, Полина. Не сейчас. Дома поговорим.
Молодая ординаторша сидела на его столе. Халат распахнут, руки на его плечах.
Я стояла в дверях и не могла пошевелиться. В голове было пусто. Ни крика. Ни слёз. Только гул.
В этот момент я поняла: у мужа есть другая. И это не «ошибка». Я подала на развод.
За этим началась война — давление, угрозы, попытки свекрови сломать меня.
История о предательстве. О женщине, которая не простила. И о жизни, где счастье начинается после слова «хватит».
- Бабушка заболела. Я срочно вылетаю в Сибирь! - нагло врёт мне в глаза жених за неделю до Нового Года.
- Но... Как же открытие кафе?
- Ты отлично справишься с этой задачей! Уверен, мы быстро выйдем в плюс и сможем устроить королевскую свадьбу, - привычно обещает он небо в алмазах.
Но теперь я знаю правду.
И вместо раскрученного кафе в подарок его беременная любовница получит нечто иное.
С Новым Годом, предатели! Держите подарочек - месть по-королевски.
- Но... Как же открытие кафе?
- Ты отлично справишься с этой задачей! Уверен, мы быстро выйдем в плюс и сможем устроить королевскую свадьбу, - привычно обещает он небо в алмазах.
Но теперь я знаю правду.
И вместо раскрученного кафе в подарок его беременная любовница получит нечто иное.
С Новым Годом, предатели! Держите подарочек - месть по-королевски.
— Врачи подтвердили, — произносит он. — Ты не можешь иметь детей.
Я киваю. Автоматически. Тело реагирует раньше разума — как при резком торможении: мышцы напрягаются, внутри всё съезжает вперёд и бьётся о лобовое стекло.
А, почему не мы? Почему, только я?
Мы с Каримом сидим за столом. На мне домашнее платье, на нём — белая рубашка, рукава закатаны, часы блестят. Ужин остывает. Я ещё надеюсь, что он скажет что-то другое. Что более одушевляющее.
— Это не приговор, — зачем-то говорю я. — Сейчас медицина… ЭКО… лечение… мы же кроме естественного процесса больше ничего не пробовали!
Я говорю быстро. Слишком. Слова высыпаются, как мелочь из дырявого кармана. Я хватаюсь за них, потому что, если остановлюсь — просто грохнусь сейчас на пол.
Муж смотрит на меня внимательно. Без какой-либо злости. Или жалости. Так смотрят на что-то малозначимую чепуху.
— Мне нужен наследник, Алия, — отвечает он. — Я ждал достаточно.
Я хочу спросить: А я тебе нужна?
Но не спрашиваю. Потому что ответ я уже
Я киваю. Автоматически. Тело реагирует раньше разума — как при резком торможении: мышцы напрягаются, внутри всё съезжает вперёд и бьётся о лобовое стекло.
А, почему не мы? Почему, только я?
Мы с Каримом сидим за столом. На мне домашнее платье, на нём — белая рубашка, рукава закатаны, часы блестят. Ужин остывает. Я ещё надеюсь, что он скажет что-то другое. Что более одушевляющее.
— Это не приговор, — зачем-то говорю я. — Сейчас медицина… ЭКО… лечение… мы же кроме естественного процесса больше ничего не пробовали!
Я говорю быстро. Слишком. Слова высыпаются, как мелочь из дырявого кармана. Я хватаюсь за них, потому что, если остановлюсь — просто грохнусь сейчас на пол.
Муж смотрит на меня внимательно. Без какой-либо злости. Или жалости. Так смотрят на что-то малозначимую чепуху.
— Мне нужен наследник, Алия, — отвечает он. — Я ждал достаточно.
Я хочу спросить: А я тебе нужна?
Но не спрашиваю. Потому что ответ я уже
Илона верила, что её брак — крепость. Пока в один обычный день эта крепость не пала без единого выстрела. Незнакомка по имени Алиса пришла не с угрозами, а с просьбой: «Отпустите его». И с доказательствами. Год встреч. Объятия на чужом балконе. Ракушка, привезённая из «командировки» как сувенир счастливого адюльтера.
Это не просто история об измене. Это история о крушении реальности. О том, как за секунду рушится всё, во что ты верил, а на месте любви остаётся ледяная пустота и единственный вопрос: кем был этот человек все эти годы? И что делать, когда земля уходит из-под ног, а перед тобой стоит живое доказательство твоего заблуждения?
Это не просто история об измене. Это история о крушении реальности. О том, как за секунду рушится всё, во что ты верил, а на месте любви остаётся ледяная пустота и единственный вопрос: кем был этот человек все эти годы? И что делать, когда земля уходит из-под ног, а перед тобой стоит живое доказательство твоего заблуждения?
— Твоя маменька, Олежа, вечно ж нудела, что борщи у меня невкусные, что не так я их варю! Ну вот и восторжествовала справедливость, счастье тебе молодому, холостому, плешивому привалило: не придется мучится, есть их! У любовницы столуйся. Ну или грызи сырое на свободном выпасе! Закусывай свеклушку морковкой с капусткой. Идеально, я считаю, для такого козла!
— Что?! Да ты!
Олежа стиснул кулаки и качнулся в мою сторону. Свекорба взвизгнула, прикрывая растопыренными пальцами раскрытый рот. А я только и успела зажмуриться, приседая и отворачиваясь… Ну и выставила перед собой в качестве щита фамильную сковороду.
Баммм!
— Аааа! — взвыл Олежа и скрючился, приседая и баюкая руку.
— Сыночек! — кинулась к нему свекорба, а после развернулась всем корпусом ко мне. — Гадина! Ты ему руку сломала! Полииииция! Люуууди! Убивають! Полностью!
— Что?! Да ты!
Олежа стиснул кулаки и качнулся в мою сторону. Свекорба взвизгнула, прикрывая растопыренными пальцами раскрытый рот. А я только и успела зажмуриться, приседая и отворачиваясь… Ну и выставила перед собой в качестве щита фамильную сковороду.
Баммм!
— Аааа! — взвыл Олежа и скрючился, приседая и баюкая руку.
— Сыночек! — кинулась к нему свекорба, а после развернулась всем корпусом ко мне. — Гадина! Ты ему руку сломала! Полииииция! Люуууди! Убивають! Полностью!
🔥 Цена снижена в честь старта новинки (вместо скидки) 🔥
Я попала на скандальное тв-шоу и вмиг лишилась всего: репутации, семьи, работы, дома.
Меня унизили и растоптали, пытались довести до слез на глазах миллионов телезрителей. Но просчитались.
Взрослые девочки не плачут на публике.
Они собирают осколки разбитого сердца и идут дальше. По осколкам репутации тех, кто их предал.
В новую жизнь. Под руку с новой любовью.
Я попала на скандальное тв-шоу и вмиг лишилась всего: репутации, семьи, работы, дома.
Меня унизили и растоптали, пытались довести до слез на глазах миллионов телезрителей. Но просчитались.
Взрослые девочки не плачут на публике.
Они собирают осколки разбитого сердца и идут дальше. По осколкам репутации тех, кто их предал.
В новую жизнь. Под руку с новой любовью.
Выберите полку для книги
Подборка книг по тегу: новая любовь