Подборка книг по тегу: "героиня 40+"

— Мне срочно нужна женщина на час. Такая, как вы — обыкновенная. Я хорошо заплачу, — Виктор Перцев сделал вескую паузу. — Или ищите другое место для своих ниток.
Местный олигарх поставил ультиматум: либо я изображаю его девушку, либо теряю свой магазин пряжи. Выбора нет. Я согласилась в надежде выполнить договор и забыть все, как страшный сон. Но жизнь преподносит свои сюрпризы…

— Я устал, Мила, — муж тяжело вздыхает, отстраняясь от моих поцелуев. — Ты целыми днями дома сидишь, а у меня на работе ад. Элла Викторовна заставляет в выходные ехать на тимбилдинг.
— А как же наш семейный праздник? Я ведь тебе дорогие туфли к нему купила...
— О, за туфли большое спасибо. На тимбилдинг их и надену. А ты сходи одна, — муж равнодушно отворачивается к стене.
***
Я так боялась ущемить его эго, что скрывала свои высокие доходы. Я худела, покупала красивое белье и пыталась вымолить у собственного мужа каплю внимания. А он в это время собирался на выходные к молодой любовнице — дочке своего генерального директора. Он решил, что может вытереть об меня ноги, забрать общее имущество и уйти в красивую жизнь. Но я больше не удобная жена. Я верну себе свою гордость, встречу настоящего мужчину, а предатель еще захлебнется от зависти, увидев, кого он потерял.

Евсей садится в кресло напротив, закидывает ногу на ногу. Алиса остаётся стоять, как статуя.
— Нам надо поговорить, Полина. Хочу, чтобы ты всё поняла и приняла правильно. Без истерик, без сцен.
Без истерик. Без сцен. Он просит меня вести себя прилично, когда его лиелодрама юбовница стоит в моей гостиной. Нормально? Нет, не нормально!
— Я слушаю, — киваю, опускаясь обратно в кресло. Руки лежат на подлокотниках, спина прямая. Всё как учили.
— Алиса ждёт ребёнка, — произносит он. Обыденно. Ровно. Как о погоде. — Моего ребёнка. Я принял решение. Мы с ней будем жить вместе. А тебе нужно съехать.

❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ!

— А мне? Мне платье для приёма мы покупать не будем? — спрашиваю удивлённо.
— Зачем, Свет? Прости, но новое платье тебе не поможет, так что ты остаёшься дома, — снисходительно отвечает муж. — Пойми, на подобные мероприятия не приходят с такими жёнами. Нужна статусная женщина.
— А я не статусная?
— Мам, ну ты у нас для дома, — встаёт на сторону отца дочь. — А папу будет сопровождать наша соседка Жанна.
***
В сорок лет я узнала, что я — пустое место для мужа и старших детей. Двадцать два года брака оказались иллюзией. Я отдала им всё: молодость, здоровье, время. А в ответ получила клеймо — «клуша, с которой в люди показаться стыдно».
Муж променял меня на гламурную эскортницу из соседней квартиры, чтобы пускать пыль в глаза партнёрам. Дети радостно его поддержали: ведь у папы деньги и успех.
Так они думали. Но они забыли, что женщина, которую загнали в угол и лишили всего, перестаёт быть мягкой. Я восстану из пепла, верну себе себя и покажу, кого они потеряли.

— Пошли отсюда нахрен! Какие документы? Ничего я показывать не буду! Ты вообще знаешь, чья эта машина! – слышу визг из машины, попавшей в аварию.

Интересно, как эта дамочка оказалась в машине моего мужа? Да еще и за рулем?
Замечаю подъезжающий черный джип с номерами администрации. Из внедорожника выходит мой Никишин …

***
Выехала на место ДТП, а застукала мужа с любовницей!

— Ты руки свои видела? — муж брезгливо морщится, скользнув взглядом по моим открытым плечам. — Дряблые. Тебе их под длинным рукавом прятать надо, а не сарафан на бретельках на свои жиры натягивать. Иди переоденься.
— Ты совсем сдурел? Мы едем на дачу к твоим родителям. Я не буду переодеваться. Отойди.
— Или ты сейчас идешь домой и меняешь этот чехол для танка на нормальную одежду, или мы едем без тебя. Я пригласил в гости Луизу. Не хочу перед ней позориться.
***
Мне сорок три, я ношу пятидесятый размер и работаю бесплатной прислугой в собственном доме. Мой муж поймал кризис среднего возраста, накачал кубики и решил, что я больше не достойна идти с ним рядом. Теперь в его жизни есть идеальная Луиза, а для меня — лишь оскорбления и упреки в лени. Он думал, я проглочу обиду, спрячусь в тени его новой жизни и буду молча варить борщи. Но он ошибся. Женщина, преданная самым близким человеком, больше не будет удобной. Я найду в себе силы измениться — но только для себя.

Они сидят за столиком у окна.
Антон.
И Катя.
Моя пациентка. Двадцатилетняя студентка, которую я полгода назад оперировала. Резекция лёгкого. Сложный случай, врождённая патология, она могла не выжить, но я вытащила.
Помню, что говорила ей перед выпиской:
— Ты молодец, Катя, ты справилась.
Антон с нежностью гладит её по щеке. Она смотрит на него с обожанием.
Сердце сжимает боль. Я молодец, Катя, вытащила тебя. А ты?