Книги по тегу «героиня 40+»: ""

– И все? – я удивлена. Обязанности минимальны, а зарплата мне обещана немалая.
– И все, – подтверждает Вольский. – Разумеется, я могу попросить тебя и о других услугах, но откликнуться ли на мою просьбу или нет, решать тебе – женщин я никогда ни к чему не принуждаю.
В его словах я слышу намек на внеслужебные отношения, но не уверена в этом. Поэтому предпочитаю никак не комментировать фразу Вольского о дополнительных услугах.
– Мои обязанности меня устраивают, – информирую его, отвечая на поставленный ранее вопрос.
– Тогда ты принята. Можешь переселяться хоть сегодня и приступать к работе, – многозначительно улыбается Вольский.
______
Оставшись после развода без средств к существованию, Светлана вынуждена наняться на работу в дом Вольского, несмотря на его сомнительную репутацию. Она подозревает, что он бандит, но вскоре с ужасом понимает, что самое страшное не это. Ее работодатель оказывается оборотнем, и он считает Светлану своей истинной парой.

— Из-за тебя тут все полыхнет,— вскрикиваю от ужаса, глядя на этого наглеца.
— Например, вы, — дерзко скалится и вскользь костяшкой проводит по моей щеке. От приятного покалывания аж поясницу сводит.
— Что ты себе позволяешь? — вся вспыхиваю, охваченная дрожью.
Пацан просто бешено давит на меня своей сексуальной харизмой!
— Немного, а вы уже поплыли, — открыто хамит и большим пальцем обводит мои губы.
Такой молодой и красивый, что у меня низ живота сладостно ноет!
— Немедленно убирайся! — рычу сквозь стиснутые зубы на этого отвязного парня.
— И оставить вас в таком взвинченном состоянии? — подлец очаровательно улыбается и пылко прижимает к себе, давая почувствовать... ой-ёй.
***
Он появился из ниоткуда. Молодой. Красивый. Наглый и распутный до чёртиков и свёл меня с ума.
А я его... своим очень интересным положением!

— Дом я забираю. Квартиру продаём и делим деньги. По-моему, честно. Ты-то одна, а у меня будет новая семья... дети.
Я думала, что потеряла мужа в тот вечер.
Оказалось — я давно уже потеряла себя.
Чтобы вернуть дом, мне пришлось объявить бывшему мужу войну.
Чтобы вернуть свою жизнь — взяться за документальный фильм о человеке, который не даёт интервью, ненавидит журналистов и считает чувства математической аномалией.
Я собиралась просто снять фильм и получить гонорар. Но человек, который умеет считать всё, впервые в жизни собьётся со счёта. Из-за меня.

На кожаном диване возле огромного окна, Тимур, мой муж и та, чье лицо я сначала даже не узнала, были погружены друг в друга.

Ее волосы рассыпаны по голым плечам, лиф платья спущен до талии. Любовники не заметили, как я вошла. Слишком были увлечены.

Девушка вздыхала, запрокинув голову.

Только через несколько секунд до меня дошло, кто она. Настя. Настя, та самая, что когда-то встречалась с нашим старшим сыном, и которую я сама устроила к мужу секретаршей.

Мы с Тимуром вместе двадцать пять лет. Трое детей, мальчишки, которые уже выросли и превратились в мужчин, совместный бизнес... И что я получила за то, что любила, поддерживала, верила?

Ты совсем не знаешь свою жену, милый, если думаешь, что я это проглочу.

— Ты скрыла от меня сына, Ульяна. Двадцать лет я жил, думая, что у меня никого нет. А в это время мой… — Андрей осекается.
— Ты сам ушел, Волков! Твоя мать принесла мне записку, ты назвал меня ошибкой! — я почти кричу, сдерживая рыдания. — Я не скрывала, а просто растила без отца, которому он не нужен.
— Ошибкой? — он делает шаг ко мне, смотрит сердито. — Я искал тебя два года, Уля. Моя мать…

К нам уже спешит мой... наш сын — копия отца, от роста до привычки потирать переносицу, замирает у двери. Операция «Попутный ветер», которую он затеял, чтобы свести нас, кажется пошла не туда.

В спальне горит свет, и по квартире разносится пыхтение. Он что же, гантели решил потягать перед сном? Ему ж нельзя, сердце беречь сказали!
Захожу — картина Репина «Приплыли». На нашем семейном ложе муж с соседкой.
— Будешь скандалить, я тебе устрою проблемы, — заявил Артём, прикрывшись одеялом.
Устроил. Отправил меня с санитарной колонной прямиком на тот свет, а сам похоронил и повесил на мёртвую всё, что наворовал.
Только выжила я. И вытащил меня из огня мой кровный враг.
Теперь он ранен, мы вдвоём в чужом погребе, и решать, жить ему или нет, буду я.
Тём, а ты в курсе, что покойницы возвращаются?

— Разговор вообще не в то русло перетёк, — пробормотал муж. — Какой бы ни была Эля, она ждёт моего ребёнка, и я его никогда не брошу.
— А Артём и Настя не твои? — спросила я. — Их можно бросать?
Миша дёрнулся словно от пощёчины, лицо его пошло красными пятнами.
— Они тоже мои. Я во всём буду им помогать. Дом я оставлю вам. Я продолжу платить за их обучение в гимназии и спортивную секцию Артёма.
Взяв чемодан, Миша направился к выходу. В пылу ссоры мы не слышали подъехавшего автомобиля, и вот теперь дети столкнулись в дверях с уходящим из дома отцом.
— Па-а-ап, — удивлённо протянул Артём, держа под мышкой футбольный мяч. — А ты опять в командировку, что ли?
— Не совсем, — замялся Миша. — Тём, Насть, — он потрепал сына по вихрам, поцеловал дочь в макушку, — я поживу немного отдельно.

Встреча с мужем и его беременной любовницей в детском отделе гипермаркета разделила мою жизнь на До и После.
Он не хочет разводиться, чтобы содержать любовницу на мою зарплату. А я хочу вырастить своих троих детей и не платить за чужого.

Включаю запись, которую клиент прислал для монтажа. Стоп! А мой муж что на этом юбилее делает? Он обнимает стройную блондинку и заходит с ней в гостевой дом.
А через несколько минут я нахожу запасной телефон мужа, и экран загорается входящим сообщением: “Ты долго? Купи белого хлеба”. Любовницы такие сообщения не пишут — эта женщина считает себя его женой и думает, что меня можно подвинуть, как старый диван.

Через два месяца Быков вступит в наследство и получит крупную сумму денег. Если я сейчас разведусь с ним, то вишенка на торте достанется его любовнице. Значит, надо их переиграть. Для начала притворюсь дурочкой, которая ни о чём не догадывается, а дальше буду действовать ювелирно.

Он пожалеет, что так поступил со мной. А что дальше? Дальше я начну жизнь с чистого листа.

— Костя, давай поговорим спокойно, — я беру его за руку.
— Не трогай меня! — он отдёргивается. – Мне даже прикосновение твоё неприятно. Ты же теперь не женщина. Ты же просто фантик… Пустышка.
— Костя, что ты такое говоришь? Ты просто хочешь мне сделать больно? Мы с тобой вчера поругались. Но мне просто стало обидно, потому что я лежала там после операции совсем одна, как будто бы у меня нет мужа… У меня даже не было денег добраться домой на такси, меня подвезла знакомая. Просто представь себе, что я чувствовала…
— Оля, не нужно мне тут плакать и давить на жалость. Наш брак уже давно разладился. И последние годы мы жили, считай, ради дочери.
— Костя! У нас же всё с тобой было нормально, разве нет?
— Нет. Открой глаза, любовь давно прошла. Мы жили по привычке. А сейчас, после этой операции… Ты извини, но я даже не представляю, как я с тобой буду спать. Мне противно! А ты тут ещё какие-то права качаешь! Сидела бы тихонько, да молчала.
— Ну что ж, спасибо тебе за честность…