Подборка книг по тегу: "бывшие"

– Первая любовь не проходит, Насть, – муж усмехается уголком губ. – Уж ты-то должна понимать, столько лет меня ждала.
– Разница в том, – я глотала горькие слезы, – Что я не бегала изменять. Не обязательно было жениться на мне, чтобы ходить к ней.
– Ну, – протянул муж. – Мне нужна была жена. Для статуса. А измена – лишь логичное продолжение нашего брака, для остроты ощущений.
– И теперь она беременна, – прошептала я, сама не веря в свои слова.
– Именно, – кивнул муж. – И ты примешь то, что теперь я не только твой.
Мы обошлись без “приниманий” – я развелась с изменщиком.
А через год мы случайно столкнулись в бутике.
И все бы ничего, но в коляске у меня спал трёхмесячный малыш.
– Чей это ребенок, Настя? – прошипел бывший.
Но это было только началом.

— Собирай вещи, Алина, — заявил муж, усаживая к себе на колени мою лучшую подругу. — Я устал. Надоело притворяться.
— Как ты мог?! Как, Волков? Ты со мной... а она была здесь?! В этой квартире, за стенкой?! Пока мы…
— Я получил от тебя всё, что хотел. В последний раз с тобой переспал. Считай — прощальный подарок. Не благодари!
Прощальный подарок…
Я ехала к нему полдня. С пельменями и в кружевном белье. Хотела сделать сюрприз мужу, которого не видела два месяца.
А увидела его обручальное кольцо, оставленное в спальне, на тумбочке. И заявление на развод.
— Подруга, он тебя жалел. Бледную, скучную, пресную. Как селёдку, знаешь, которую жуёшь из вежливости, потому что больше нечего, а потом на стол подают… — она обвела себя руками, — настоящий деликатес! Так вот, это я!
— Рената всё это время была со мной, — добавил он. — Она ждала, пока я с тобой закончу. Терпеливо. Потому что она — настоящая женщина. Женщина, которая родила мне сына. Единственная, кого я люблю…

— Пончик — она и есть Пончик, — Димас заржал, жуя беляш. — Я с ней на физре был. Мягкая, как подушка. Так и просится, чтобы её помяли.
— Ага, — Герман подмигнул. — Я и помял. Вчера ночью.
— И как? — подал голос кто-то из толпы.
— Да так себе, — Герман скривился. — Средняя. Мяса много, толку ноль.
— Ну а она-то в тебя втрескалась?
— Ещё как. Я ж у неё первый был. Типа первооткрыватель.
— Да ладно! Пончик реально целка была? — Леха чуть не упал от удивления.
— Была. И что? — Герман закатил глаза. — С этими целками одна морока. Они потом думают, что ты им что-то должен. Она мне в ухо шептала про любовь, что я «не такой, как все». — Он передразнил писклявым голосом. — Думает, я сейчас на колено упаду и замуж позову.
— Ну ты, Герыч, кобель, — Димас хлопнул его по плечу.
— Ещё какой, — Герман потер руки. — Ну что, гоните бабки, лохи. Или пончиками отдадите?
Все заржали, громко, противно, как гиены.

🔥 ЗАВЕРШЕНО! ПЕРВЫЕ ДНИ ЦЕНА МИНИМАЛЬНАЯ! 🔥

– Можешь поздравить. У меня родился сын.
Не могу убрать руку от пустого живота.
Перед глазами: фотография моего генерала, держащего на руках голубой свёрток.
И я с рогами.
– Сын родился, – сглатываю. – А я в курсе.
– Кто тебе сказал?
– Вот!
Сую экран ему в лицо.
– Смотри, – цежу. – Мать твоего сына постаралась. Нейронку сделала. Пририсовала мне рога. Лосиные. Я хотела бы оленьи. Или козлиные. Тебе бы подошли…
– Я прилетел с докладом.
– А ко мне зачем пришёл?
– Чтобы предупредить. Юля с ребёнком завтра приедет сюда. Поживёт. Потом я сниму им квартиру. На время.
– На какое время, Володь?
– Пока мы с тобой оформляем развод.

Шестнадцать лет брака.
Два выкидыша.
Три протокола ЭКО.
И муж, который завёл вторую семью.
Мы развелись.
Но последнее ЭКО сработало – теперь я ношу двойню от генерала.
Сыновей, которые не узнают отца.
А через полгода в реабилитационный центр, где я работаю, приезжает мой бывший муж...

Пять лет — огромный срок.
За пять лет дети успевают родиться, научиться сидеть, ходить, говорить, разбивать коленки, спорить, читать по слогам и тайком запускать дроны на чужую территорию.
За пять лет можно забыть человека.
Наверное.
У меня не получилось.
Эльдар Галеев изменился.
Стал старше, конечно. Жёстче. Волосы короче, плечи шире, на виске тонкий светлый шрам, которого раньше не было.
Но мне не надо разглядывать его, чтобы узнать.
Я и голос узнала.
— Лада?

— У нас будет ребёнок, Костя. Врачи не дают прогнозов. Я очень хочу его сохранить, но не знаю, получится ли. Я не могу решать одна…
— Не трудись.
Голос чужой и пустой, как гильза.
— Мне всё сообщили. Ты сделала аборт. Избавилась от моего ребёнка, а теперь врёшь про прогнозы.
— Я ничего не делала! Послушай меня, одну минуту.
— Наслушался. Я видел бумаги. Думал, тебе хватит совести хотя бы сейчас! Сюда не звони. Приедешь — не выйду.
Он бросил трубку.
Я осталась одна: с ребёнком под сердцем, которого никто, кроме меня, не ждал.
Никто из нас не знал, что спустя много лет я стану его единственным шансом снова встать на ноги.
Но захочу ли я помогать тому, кто вышвырнул меня из своей жизни?

— Пятьдесят миллионов за 90 дней в роли моей жены, Соколовская, и твоя больная сестра будет спасена. — Цинично усмехается бывший муж.
— Ты с ума сошел, Северский?! Мы три года в разводе!
— Эта информация стерта, теперь для всех мы — были счастливы в браке все эти годы, — Марк рывком прижимает меня к груди. — У меня горит проект со Сколково на пятьдесят миллиардов. Шейхам нужен верный семьянин, а не герой сплетен.
— Чертежи верни! Я пришла за должностью архитектора. Знала бы, что эта шарашкина контора принадлежит тебе!..
— Без меня ты банкротка, а бронь на лекарство твоей сестры сгорит через час. Подписывай контракт.
Капкан захлопнулся намертво.
— Мои правила! Спальни разные. Тронешь без камер — придушу!
— Умерь аппетит, птичка. Ты просто строчка в моем бизнес-плане, — усмехается он, силой надевая мне на мой палец кольцо.
— Теперь ты принадлежишь мне... На 90 дней.

— Сядь, Саша. Кричать будешь потом. Сейчас спрашивай.
— Он твой сын?
— Он зовёт меня отцом.
— Это не ответ! — Голос у меня срывается.
— Другого сегодня не будет.
— Три года, Сева. Три года ты каждое двенадцатое число переводил деньги его матери. А я двенадцать лет не заглядывала в эту папку!
— Зря, — говорит он тише, жёстче. — Я ничего не прятал.
— Кому ты дал слово? Ей?
— Не ей.
— Ты с ума сошёл, — выдыхаю я.
— Нет. Я просто не собираюсь оправдываться, как лейтенант перед комиссией. Да, он зовёт меня отцом. Да, я плачу его матери и буду платить. Нет, сегодня я не скажу почему. Сейчас ребёнок задыхается, и я еду к ним. Вернусь через час. Ты моя жена, и ты меня дождёшься. Это приказ.

— Остановите экскаватор! В доме мои дети!
Я рвусь к разрушенному крыльцу, когда меня удерживают знакомые руки.
Талгат Тарумов. Мужчина, которого я любила. Ради показного брака он просил меня потерпеть, обещая, что между нами ничего не изменится.
Я ушла. А о беременности узнала уже потом.
Теперь его компания сносит наш дом. На втором этаже плачут мои мальчики, и мне больше нечего скрывать.
— Они твои сыновья, Талгат! Спаси их!