Книги по тегу «героиня 40+»: ""
- Чтобы уйти от мужа мне нужны деньги – хотя бы на полгода лечения сына, - вздохнула я.
- Значит, тебе нужна классная работа! Иди к Марку Юматову, - предложила подруга, но я лишь нервно хихикнула:
- Я не могу к нему пойти! Это же предательство. Он основной противник мужа на пост мэра!
- Ира, ты себя слышишь? Ты только что застукала своего мужа с любовницей, и после этого переживаешь, что предаешь его?
Пятнадцать лет брака, счастливая семья, а потом… я узнаю, что муж мне изменил. И он угрожает перестать оплачивать лечение сына, если я подам на развод! Теперь, чтобы обрести свободу я должна заключить союз с главным конкурентом мужа на выборах. Вот только я не учла, что Марк Юматов может стать для меня гораздо больше, чем просто новым боссом.
- Значит, тебе нужна классная работа! Иди к Марку Юматову, - предложила подруга, но я лишь нервно хихикнула:
- Я не могу к нему пойти! Это же предательство. Он основной противник мужа на пост мэра!
- Ира, ты себя слышишь? Ты только что застукала своего мужа с любовницей, и после этого переживаешь, что предаешь его?
Пятнадцать лет брака, счастливая семья, а потом… я узнаю, что муж мне изменил. И он угрожает перестать оплачивать лечение сына, если я подам на развод! Теперь, чтобы обрести свободу я должна заключить союз с главным конкурентом мужа на выборах. Вот только я не учла, что Марк Юматов может стать для меня гораздо больше, чем просто новым боссом.
Думала, муж-изменник будет отпираться, врать, выкручиваться, а Валерон просто пожал плечами и сказал:
— Я считал, ты умнее, и сама все отлично понимаешь.
— И что я, по-твоему, должна понимать?
— Очевидное. Что дочь наконец-то выросла, и меня рядом с тобой уже не держит ответственность за неё; что ваш бабий век не долог, и ты уже готовишься стать бабушкой, а я… Я могу и хочу быть отцом!
Дочь выросла не просто, а «наконец-то»? Вот, значит, как?!
— Хотел стать отцом, а стал папиком! — припечатала я мстительно.
Его лицо дернулось, словно от удара, а потом на губах зазмеилась усмешка:
— Я понимаю, тебе обидно. Дунь. Но сделай милость, избавь меня от твоих истерик.
— Я считал, ты умнее, и сама все отлично понимаешь.
— И что я, по-твоему, должна понимать?
— Очевидное. Что дочь наконец-то выросла, и меня рядом с тобой уже не держит ответственность за неё; что ваш бабий век не долог, и ты уже готовишься стать бабушкой, а я… Я могу и хочу быть отцом!
Дочь выросла не просто, а «наконец-то»? Вот, значит, как?!
— Хотел стать отцом, а стал папиком! — припечатала я мстительно.
Его лицо дернулось, словно от удара, а потом на губах зазмеилась усмешка:
— Я понимаю, тебе обидно. Дунь. Но сделай милость, избавь меня от твоих истерик.
Субботний обед с пельменями - наш семейный ритуал. Что бы ни происходило, Матвей всегда приезжает к двум.
Только сегодня муж сел за стол и заявил:
— Я ухожу. Просто… я встретил другую женщину. Понимаю, как это звучит… но я больше не могу делать вид, что меня устраивает то, что есть.
Мне сорок три года. У нас две взрослые дочери и тест с двумя полосками, о котором он никогда не узнает.
Он выбрал страсть. Я выбрала достоинство.
Он думает, что нашёл новую жизнь, но он пока не знает, что потерял гораздо больше, чем семью.
Только сегодня муж сел за стол и заявил:
— Я ухожу. Просто… я встретил другую женщину. Понимаю, как это звучит… но я больше не могу делать вид, что меня устраивает то, что есть.
Мне сорок три года. У нас две взрослые дочери и тест с двумя полосками, о котором он никогда не узнает.
Он выбрал страсть. Я выбрала достоинство.
Он думает, что нашёл новую жизнь, но он пока не знает, что потерял гораздо больше, чем семью.
— Катя, мне любовница положена по статусу. Это как приложение к моей солидной жизни.
Я замерла. Мне показалось, что я ослышалась.
— Ты сейчас бредишь, Сергей.
— Нет, Катенька, — он усмехнулся. — Так должно быть у любого мужика, который правит этой жизнью. А я — хозяин. Я — король. Я построил свою империю, и у меня свои законы. А ты, как и она — это дорогое приложение ко мне.
Я смотрела на него. На своего мужа. На человека, с которым прожила двадцать лет. И не узнавала его.
— У тебя что-то с головой, Сергей, — сказала я. — Ты сходишь с ума от денег и власти.
Он засмеялся. Громко, раскатисто, будто я рассказала хорошую шутку.
— Иди сделай кофе, — сказал он, перестав смеяться. — И не выделывайся, Катя.
Я стояла и смотрела на него. На этого мужчину. На короля, как он себя назвал. На хозяина жизни и чувствовала только одно — омерзение.
Я сложила немного вещей, взяла отложенные сто двадцать тысяч и ушла в никуда.
Я замерла. Мне показалось, что я ослышалась.
— Ты сейчас бредишь, Сергей.
— Нет, Катенька, — он усмехнулся. — Так должно быть у любого мужика, который правит этой жизнью. А я — хозяин. Я — король. Я построил свою империю, и у меня свои законы. А ты, как и она — это дорогое приложение ко мне.
Я смотрела на него. На своего мужа. На человека, с которым прожила двадцать лет. И не узнавала его.
— У тебя что-то с головой, Сергей, — сказала я. — Ты сходишь с ума от денег и власти.
Он засмеялся. Громко, раскатисто, будто я рассказала хорошую шутку.
— Иди сделай кофе, — сказал он, перестав смеяться. — И не выделывайся, Катя.
Я стояла и смотрела на него. На этого мужчину. На короля, как он себя назвал. На хозяина жизни и чувствовала только одно — омерзение.
Я сложила немного вещей, взяла отложенные сто двадцать тысяч и ушла в никуда.
В день, когда мой муж предлагает мне развод, он называет его формальностью.
Тридцать пять лет брака, общий дом, взрослые дети и компания, которую мы когда-то создавали вдвоем. Герман уверяет: развод нужен только ради крупной сделки. Мне оставят дом, деньги и обеспеченную жизнь. От меня требуется одна мелочь — подпись под отказом от претензий на бизнес.
Предложение почти кажется щедрым.
Пока я не узнаю, что через три месяца Герман собирается жениться на другой.
А потом выясняется кое-что похуже измены.
Пока я работала, доверяла мужу и считала компанию нашей, меня уже несколько месяцев выводили из бизнеса, убирали из документов и готовили будущее, в котором для меня оставили одну удобную роль: бывшая жена, которая взяла деньги и не задает вопросов.
Мне пятьдесят семь.
И начинать все сначала я не собиралась.
Но если мужчина, с которым я прожила большую часть жизни, решил получить новую жену, мою компанию и мое молчание одновременно, ему придется пересмотреть планы.
Тридцать пять лет брака, общий дом, взрослые дети и компания, которую мы когда-то создавали вдвоем. Герман уверяет: развод нужен только ради крупной сделки. Мне оставят дом, деньги и обеспеченную жизнь. От меня требуется одна мелочь — подпись под отказом от претензий на бизнес.
Предложение почти кажется щедрым.
Пока я не узнаю, что через три месяца Герман собирается жениться на другой.
А потом выясняется кое-что похуже измены.
Пока я работала, доверяла мужу и считала компанию нашей, меня уже несколько месяцев выводили из бизнеса, убирали из документов и готовили будущее, в котором для меня оставили одну удобную роль: бывшая жена, которая взяла деньги и не задает вопросов.
Мне пятьдесят семь.
И начинать все сначала я не собиралась.
Но если мужчина, с которым я прожила большую часть жизни, решил получить новую жену, мою компанию и мое молчание одновременно, ему придется пересмотреть планы.
— Заткнись! — он как-то быстро оказался рядом и навис над ней, хищно вглядываясь в бледное лицо на фоне больших ошарашенных глаз.
— Но…
— Замолчи, я сказал! — схватил ее руку и сдавил, будто не рука это вовсе… за шею хотел придушить. — Зоя, ты родишь этого ребенка. Мальчика. Я всегда хотел наследника.
— Нет-нет! — замотала она головой. — Пусть тебе молодуха рожает.
— Она не может.
Отпустив ее ладонь, отошел к окну. Засунув руки в карманы, смотрел на березу, скидывающую желтые листья на ветру. Слышно, как тяжело он дышит.
— Валер, я могу умереть. Ты же слышал, — она тихо проговорила, почти шепотом. Так страшно стало. Все волосы на голове приподнялись. — Валер…
— Но…
— Замолчи, я сказал! — схватил ее руку и сдавил, будто не рука это вовсе… за шею хотел придушить. — Зоя, ты родишь этого ребенка. Мальчика. Я всегда хотел наследника.
— Нет-нет! — замотала она головой. — Пусть тебе молодуха рожает.
— Она не может.
Отпустив ее ладонь, отошел к окну. Засунув руки в карманы, смотрел на березу, скидывающую желтые листья на ветру. Слышно, как тяжело он дышит.
— Валер, я могу умереть. Ты же слышал, — она тихо проговорила, почти шепотом. Так страшно стало. Все волосы на голове приподнялись. — Валер…
Как там было в фильме? Упал, очнулся - гипс.
У меня получилось также. Ну, кроме одного. Вместо гипса я обзавелась мужем!
Эй, мужик, а ты ничего не попутал? Я тебя знать не знаю и вижу впервые. Чего ты там говоришь?
Ого! Ну да, такие вещи обо мне может знать только достаточно близкий человек.
Выходит, нехило я приложилась головой, раз забыла кое-что из своей жизни.
Вернее, кого-то.
*****
- Это кто? – вопрос Лорки вводит меня в ступор.
В смысле, КТО?
Муж мой, которого ты должна прекрасно помнить, в отличие от меня. Ты-то головой не стукалась об лед. Раз Тёмка его помнит, то и ты должна.
- Муж мой, - говорю я, переводя на Ларису удивленный взгляд.
- Какой нах… Нафиг муж?! – она в полном охренении смотрит то на меня, то на Андрея, то на моего сына. – Ещё вчера у тебя не было никакого мужа. Ты, вообще, откуда его взяла?!
У меня сейчас мозг взорвется!
Так я замужем или нет?!
История о том, на что способен пойти мужчина ради женщины ;)
У меня получилось также. Ну, кроме одного. Вместо гипса я обзавелась мужем!
Эй, мужик, а ты ничего не попутал? Я тебя знать не знаю и вижу впервые. Чего ты там говоришь?
Ого! Ну да, такие вещи обо мне может знать только достаточно близкий человек.
Выходит, нехило я приложилась головой, раз забыла кое-что из своей жизни.
Вернее, кого-то.
*****
- Это кто? – вопрос Лорки вводит меня в ступор.
В смысле, КТО?
Муж мой, которого ты должна прекрасно помнить, в отличие от меня. Ты-то головой не стукалась об лед. Раз Тёмка его помнит, то и ты должна.
- Муж мой, - говорю я, переводя на Ларису удивленный взгляд.
- Какой нах… Нафиг муж?! – она в полном охренении смотрит то на меня, то на Андрея, то на моего сына. – Ещё вчера у тебя не было никакого мужа. Ты, вообще, откуда его взяла?!
У меня сейчас мозг взорвется!
Так я замужем или нет?!
История о том, на что способен пойти мужчина ради женщины ;)
Бешенство, вызванное появлением в моем доме молоденькой любовницы мужа, теперь стало запредельным.
– Ма-ам… – осторожно позвала меня дочь. – Я, конечно, всем скажу, что ты была в состоянии аффекта, но лучше не надо!
– Ты подумай! Эффект у нее! Да никакой этот твой эффект никому не интересен! – опять заголосила Ангелина, не понимая, что реально сейчас рискует. – На пенсию уж пора, а туда же!
Это стало последней каплей. Я ухватила незваную гостью за волосы на затылке, развернула ее за них в сторону входной двери и, эффектно – о да! – поддав коленом под зад, выставила вон. А потом заперла замок и со стоном отчаяния привалилась к створке. Господи, что ж… так-то все, а? Променять меня вот на это?!
– Мам, – дочь подошла ко мне, замерла, глядя тревожно и даже, пожалуй, испуганно, – а она правда может выгнать нас? Ну, если отец захочет? Просто взять и выгнать? А куда мы тогда пойдем?..
– Ма-ам… – осторожно позвала меня дочь. – Я, конечно, всем скажу, что ты была в состоянии аффекта, но лучше не надо!
– Ты подумай! Эффект у нее! Да никакой этот твой эффект никому не интересен! – опять заголосила Ангелина, не понимая, что реально сейчас рискует. – На пенсию уж пора, а туда же!
Это стало последней каплей. Я ухватила незваную гостью за волосы на затылке, развернула ее за них в сторону входной двери и, эффектно – о да! – поддав коленом под зад, выставила вон. А потом заперла замок и со стоном отчаяния привалилась к створке. Господи, что ж… так-то все, а? Променять меня вот на это?!
– Мам, – дочь подошла ко мне, замерла, глядя тревожно и даже, пожалуй, испуганно, – а она правда может выгнать нас? Ну, если отец захочет? Просто взять и выгнать? А куда мы тогда пойдем?..
- Ты задушила меня заботой! – заявил муж, оттягивая галстук. – Мне захотелось развеяться и начать жить нормально.
- А она не душит? – меня раздирало от душевной боли, но я держалась изо всех сил.
- Лера - певица. Сама пишет музыку. С ней легко. Я живу и радуюсь, понимаешь?
- Не понимаю, Андрей. Я всегда все делала для тебя и сына. Работала, обеспечивала уют в доме, готовила так, как любишь ты.
- Да нахрена мне твоя работа, борщи, котлеты и уют. Мне эмоций хотелось. Жизни настоящей, как в молодости, - психанул супруг.
В один момент я поняла: моя налаженная, счастливая семейная жизнь, рушится на мелкие осколки. Я так много слышала подобных историй. Но… Даже не думала, что мне самой придется столкнуться с изменой мужа
- А она не душит? – меня раздирало от душевной боли, но я держалась изо всех сил.
- Лера - певица. Сама пишет музыку. С ней легко. Я живу и радуюсь, понимаешь?
- Не понимаю, Андрей. Я всегда все делала для тебя и сына. Работала, обеспечивала уют в доме, готовила так, как любишь ты.
- Да нахрена мне твоя работа, борщи, котлеты и уют. Мне эмоций хотелось. Жизни настоящей, как в молодости, - психанул супруг.
В один момент я поняла: моя налаженная, счастливая семейная жизнь, рушится на мелкие осколки. Я так много слышала подобных историй. Но… Даже не думала, что мне самой придется столкнуться с изменой мужа
Муж изменил. Не беда. Ведь я ему отомщу. Я не буду бить его машину, выбрасывать вещи с балкона и истерить. Я просто...
Найду мужа его любовницы. И все ему расскажу.
Богатый! Властный! И, кстати, чертовски красивый!
Уж он то накажет изменщика!
Что значит — нет?
Что значит — я ему интересна гораздо больше?
Что значит — замуж?
Постойте!
Мы так не договаривались!
Найду мужа его любовницы. И все ему расскажу.
Богатый! Властный! И, кстати, чертовски красивый!
Уж он то накажет изменщика!
Что значит — нет?
Что значит — я ему интересна гораздо больше?
Что значит — замуж?
Постойте!
Мы так не договаривались!
Выберите полку для книги