Подборка книг по тегу: "жесткая эротика"
— Я не буду спать с вами за разбитую вазу!
— Будешь. Или до утра положишь на мой стол восемь тысяч долларов.
— У меня нет таких денег…
— Тогда выбор сделан.
Мне девятнадцать. Я бедная студентка и горничная Захара — мужчины, который всегда получает желаемое. Два месяца я чувствую его взгляд и скрываю, как дрожу рядом с ним.
Теперь разбитая ваза дает ему повод забрать то, чего он давно желал. Меня.
— Будешь. Или до утра положишь на мой стол восемь тысяч долларов.
— У меня нет таких денег…
— Тогда выбор сделан.
Мне девятнадцать. Я бедная студентка и горничная Захара — мужчины, который всегда получает желаемое. Два месяца я чувствую его взгляд и скрываю, как дрожу рядом с ним.
Теперь разбитая ваза дает ему повод забрать то, чего он давно желал. Меня.
– Я не шлюха… слышите? Я полы тут мою…
– Поздно, кукла, — хрипло усмехается он. — Я после отсидки. У меня теперь всё, что понравилось, моё.
Я просто переодевалась после смены в бане, когда в подсобку зашёл он — местный авторитет, от одного имени которого у людей дрожат колени. Он принял меня за девочку по вызову, которую ему «оплатили» друзья в честь освобождения. А я… не смогла его остановить.
– Поздно, кукла, — хрипло усмехается он. — Я после отсидки. У меня теперь всё, что понравилось, моё.
Я просто переодевалась после смены в бане, когда в подсобку зашёл он — местный авторитет, от одного имени которого у людей дрожат колени. Он принял меня за девочку по вызову, которую ему «оплатили» друзья в честь освобождения. А я… не смогла его остановить.
– Да не скули ты. Сказали же — понравишься Зверю, будешь жить как королева.
Я хотела поступить в институт и жить в общаге. Вместо этого оказалась в тачке с бандитами и попала в дом того, кого все боятся и называют Зверем.
Я не проститутка и не собиралась ею становиться. Просто оказалась не в том месте, не в то время. А теперь я перед ним — перед Рустамом, перед тем самым Зверем, который даже не спрашивает, хочу я остаться или нет.
Но почему-то, глядя в его тяжёлые глаза, я понимаю: этой ночью я уже отсюда никуда не уйду…
Я хотела поступить в институт и жить в общаге. Вместо этого оказалась в тачке с бандитами и попала в дом того, кого все боятся и называют Зверем.
Я не проститутка и не собиралась ею становиться. Просто оказалась не в том месте, не в то время. А теперь я перед ним — перед Рустамом, перед тем самым Зверем, который даже не спрашивает, хочу я остаться или нет.
Но почему-то, глядя в его тяжёлые глаза, я понимаю: этой ночью я уже отсюда никуда не уйду…
– Да хорош реветь, кукла. Зверь сегодня не приедет.
Мужики вокруг начинают ржать, а у меня внутри всё обрывается ещё сильнее.
Потому что я до последнего надеялась — если приедет хозяин этого дома, он поймёт, что произошла ошибка. Что меня сюда привезли случайно. Что я не проститутка.
– В Питер пахан улетел, – хмыкает один из них. – На недельку.
– А девка уже здесь, – ржёт второй. – Не пропадать же добру.
Я стою посреди чужого дома, едва сдерживая слёзы, и в этот момент у лестницы появляется он.
Огромный. С разбитыми костяшками и тяжёлым взглядом.
Клык.
Правая рука Зверя.
Он медленно осматривает меня с головы до ног, усмехается и спокойно произносит:
– Раз хозяин уехал… девка пока моя будет.
Мужики вокруг начинают ржать, а у меня внутри всё обрывается ещё сильнее.
Потому что я до последнего надеялась — если приедет хозяин этого дома, он поймёт, что произошла ошибка. Что меня сюда привезли случайно. Что я не проститутка.
– В Питер пахан улетел, – хмыкает один из них. – На недельку.
– А девка уже здесь, – ржёт второй. – Не пропадать же добру.
Я стою посреди чужого дома, едва сдерживая слёзы, и в этот момент у лестницы появляется он.
Огромный. С разбитыми костяшками и тяжёлым взглядом.
Клык.
Правая рука Зверя.
Он медленно осматривает меня с головы до ног, усмехается и спокойно произносит:
– Раз хозяин уехал… девка пока моя будет.
Я зашла не в ту дверь, но когда их пальцы скользнули по моей спине, я поняла, что всю жизнь искала именно это прикосновение — чужое, властное, но такое нужное.
— Я боюсь, Дамир. Боюсь привыкнуть, что ты рядом. А потом остаться одной.
— Тогда не привыкай, — ответил он, сжимая мою руку. — Просто будь. Прямо сейчас. Со мной.
Два года назад её мир рухнул. Она дала себе слово: больше никакой любви, никакой боли. Только работа, успех, независимость. Но когда она устроилась в крупную компанию к властному и невероятно притягательному директору-кавказцу, границы начали стираться. Он не просто босс — он мужчина, который видит её настоящую. Он защищает, оберегает, завоёвывает. А ещё у него есть дочь, которая смотрит на неё с надеждой.
Как перестать бояться, когда сердце уже не слушается? И можно ли довериться тому, кто обещает не уходить?
— Тогда не привыкай, — ответил он, сжимая мою руку. — Просто будь. Прямо сейчас. Со мной.
Два года назад её мир рухнул. Она дала себе слово: больше никакой любви, никакой боли. Только работа, успех, независимость. Но когда она устроилась в крупную компанию к властному и невероятно притягательному директору-кавказцу, границы начали стираться. Он не просто босс — он мужчина, который видит её настоящую. Он защищает, оберегает, завоёвывает. А ещё у него есть дочь, которая смотрит на неё с надеждой.
Как перестать бояться, когда сердце уже не слушается? И можно ли довериться тому, кто обещает не уходить?
Я пришла за правдой, но вместо неё получила пункт договора, который подписала дрожащими пальцами — и в ту же секунду перестала быть журналисткой.
Моё тело измеряли, растягивали, пронзали током и холодом, пока я училась не сопротивляться, а дышать.
Я боялась их, ненавидела себя за каждую слезинку, но внутри меня, вопреки страху, рождалось что-то тёмное и голодное — оно требовало продолжения.
🔥 Строго 18+ ! ЖЕСТКОЕ БДСМ! Открывать с особой осторожностью... 🔥
Моё тело измеряли, растягивали, пронзали током и холодом, пока я училась не сопротивляться, а дышать.
Я боялась их, ненавидела себя за каждую слезинку, но внутри меня, вопреки страху, рождалось что-то тёмное и голодное — оно требовало продолжения.
🔥 Строго 18+ ! ЖЕСТКОЕ БДСМ! Открывать с особой осторожностью... 🔥
Когда господин К. смотрит на меня с высоты своего кресла и говорит, что я принята в программу, я понимаю, что уже не хочу возвращаться к прежней жизни — я хочу быть их игрушкой, их вещью, их собственностью, потому что только в этом унижении я нашла настоящую свободу.
Меня уволили с работы, муж изменил с молодой сотрудницей, и я превратилась в тень в собственной жизни — чтобы сбежать от этого ада, я согласилась на должность домработницы в загородном особняке, даже не подозревая, какой ценой заплачу за свое спасение. Жесткий хозяин и его наглый друг увидели во мне не служанку, а вещь, которую можно использовать для своих утех.
Я думала, что три месяца смогут стереть из памяти ту клинику, ту комнату с зеркальными стенами и троих мужчин, которые превратили меня в свою игрушку. Но каждую ночь я просыпалась с пульсирующей пустотой внутри, понимая, что обычная жизнь стала для меня пресной и невыносимой — и тогда я сама набрала номер, чтобы вернуться в их власть.
Выберите полку для книги