Подборка книг по тегу: "босс"
— Тебе идёт это платье, — хриплый мужской голос раздаётся возле самого уха. — Лучше, чем моей невесте…
Я всего лишь уборщица в свадебном салоне, которая совершила одну маленькую глупость — тайком примерила чужое свадебное платье.
А он — Марк Воронов. Миллиардер. Влиятельный бизнесмен и жених той самой модели, которой принадлежит это платье.
Наша встреча длилась всего несколько минут.
А на следующий день все СМИ гудят:
Марк Воронов отменил свадьбу года.
Причина — другая девушка.
Вот только при чём здесь я?!
#НЕРАЗВОД
#НЕИЗМЕНА
Я всего лишь уборщица в свадебном салоне, которая совершила одну маленькую глупость — тайком примерила чужое свадебное платье.
А он — Марк Воронов. Миллиардер. Влиятельный бизнесмен и жених той самой модели, которой принадлежит это платье.
Наша встреча длилась всего несколько минут.
А на следующий день все СМИ гудят:
Марк Воронов отменил свадьбу года.
Причина — другая девушка.
Вот только при чём здесь я?!
#НЕРАЗВОД
#НЕИЗМЕНА
— Найдите мне ее! Переверните весь город! — злобно рычит мужчина, а я застываю, боясь выдать себя…
Он — влиятельный олигарх. Человек, которому подчиняются без вопросов.
Я — обычная студентка, которая моет полы в его офисе по вечерам.
Между нами пропасть. Но одна ночь изменит все.
Теперь он одержим идеей найти незнакомку, не подозревая, что я и есть — та самая…
#НЕРАЗВОД
#НЕИЗМЕНА
#Мат и будет откровенно) Строго 18+
Он — влиятельный олигарх. Человек, которому подчиняются без вопросов.
Я — обычная студентка, которая моет полы в его офисе по вечерам.
Между нами пропасть. Но одна ночь изменит все.
Теперь он одержим идеей найти незнакомку, не подозревая, что я и есть — та самая…
#НЕРАЗВОД
#НЕИЗМЕНА
#Мат и будет откровенно) Строго 18+
Я повернула ручку, потянула дверь и замерла.
В шкафу был мужчина.
Высокий, широкоплечий, с темными волосами, взлохмаченными так, будто он только что проснулся… или занимался чем-то куда более интересным. Белая рубашка была расстегнута почти до пояса, открывая рельефный пресс и дорожку темных волос, уходящую вниз. Галстук болтался на шее жалкой тряпкой. А на ключице алел след помады — ярко-вишневый, вызывающий, как пощечина.
Он поднял на меня взгляд. Глаза — металлически-серые, почти стальные — полыхнули чем-то опасным и одновременно отчаянным.
— Если меня найдут, я труп, — выдохнул он хрипло, прижимая палец к губам.
Я открыла рот, чтобы сказать что-то остроумное, но мозг завис. Прямо как старый компьютер при попытке запустить «Фотошоп». Потому что этот мужчина был… нереальным. Вблизи — еще хуже. Четкая линия скул, легкая небритость, губы, которые, кажется, знают, как делать неправильные вещи правильно. И этот запах — древесный, терпкий, с нотками чего-то запретного.
В шкафу был мужчина.
Высокий, широкоплечий, с темными волосами, взлохмаченными так, будто он только что проснулся… или занимался чем-то куда более интересным. Белая рубашка была расстегнута почти до пояса, открывая рельефный пресс и дорожку темных волос, уходящую вниз. Галстук болтался на шее жалкой тряпкой. А на ключице алел след помады — ярко-вишневый, вызывающий, как пощечина.
Он поднял на меня взгляд. Глаза — металлически-серые, почти стальные — полыхнули чем-то опасным и одновременно отчаянным.
— Если меня найдут, я труп, — выдохнул он хрипло, прижимая палец к губам.
Я открыла рот, чтобы сказать что-то остроумное, но мозг завис. Прямо как старый компьютер при попытке запустить «Фотошоп». Потому что этот мужчина был… нереальным. Вблизи — еще хуже. Четкая линия скул, легкая небритость, губы, которые, кажется, знают, как делать неправильные вещи правильно. И этот запах — древесный, терпкий, с нотками чего-то запретного.
Я пролила кофе на брюки брутального кавказского босса, он решил наказать меня…необычно. Только я понять не могу, зачем ему такая серая мышь, как я? Впрочем, вероятно, он просто загорелся мыслью наказывать меня снова и снова.
***
— Прошу, не надо.
— Надо-надо. Встань, как тебе сказано.
***
— Прошу, не надо.
— Надо-надо. Встань, как тебе сказано.
Мой сын сорвал важное совещание, навел шороха в офисе и разукрасил машину нового директора. По совместительству моего бывшего. Четыре года назад Роман Борзовский бросил меня и укатил за границу. А я осталась без денег, еще и беременная.
Он не знает, что Ваня его сын. И, надеюсь, никогда не узнает, потому что с его деньгами и связями… страшно подумать, что он может сделать.
— Как рассчитываться-то будешь, Полина? — нагло, как умеет, заявляет он. — Машина требует покраски. Тут придется растворителем поработать, как бы оригинальная краска не слезла.
— Рассчитываться? — бормочу я. — Чем? Кем?
— Кем? — переспрашивает Рома и окидывает меня еще более заинтересованным взглядом. — Такой вариант, признаться, я не рассматривал, но можем обсудить.
Он не знает, что Ваня его сын. И, надеюсь, никогда не узнает, потому что с его деньгами и связями… страшно подумать, что он может сделать.
— Как рассчитываться-то будешь, Полина? — нагло, как умеет, заявляет он. — Машина требует покраски. Тут придется растворителем поработать, как бы оригинальная краска не слезла.
— Рассчитываться? — бормочу я. — Чем? Кем?
— Кем? — переспрашивает Рома и окидывает меня еще более заинтересованным взглядом. — Такой вариант, признаться, я не рассматривал, но можем обсудить.
— Мне нужна беременная жена, — произносит босс повседневным требовательным тоном.
Едва не срываюсь с места выполнить распоряжение, но до мозга доходит смысл.
— Кто вам нужен?
— Беременная жена.
Смотрю в глаза, пытаясь понять, что он шутит. Но вижу лишь синеву взгляда, на радужке правого глаза, перекрытую карими крапинками.
— И что вы мне предлагаете? Разместить вакансию?
— Не нужно. Вы подойдете.
— Что?.. Простите, но мне это не интересно, — качаю головой.
Я жду декрета, чтобы скорее распрощаться с боссом. Дело не только в его характере, он ни в коем случае не должен видеть моего ребёнка.
— Что ж… Как желаете. Тогда вас, Олеся, ждёт потеря работы, декретные вы не получите, а ещё…
— Вы не можете уволить беременную! — вспыхиваю я.
— Могу. По статье. Не без вашего участия провален контракт, я смогу доказать, что вам это было выгодно. Будете выплачивать его сумму. Сколько там было? Десять миллионов?
Гад! Какой же гад! Надеюсь мой ребёнок, не унаследует его характер и его глаза…
Едва не срываюсь с места выполнить распоряжение, но до мозга доходит смысл.
— Кто вам нужен?
— Беременная жена.
Смотрю в глаза, пытаясь понять, что он шутит. Но вижу лишь синеву взгляда, на радужке правого глаза, перекрытую карими крапинками.
— И что вы мне предлагаете? Разместить вакансию?
— Не нужно. Вы подойдете.
— Что?.. Простите, но мне это не интересно, — качаю головой.
Я жду декрета, чтобы скорее распрощаться с боссом. Дело не только в его характере, он ни в коем случае не должен видеть моего ребёнка.
— Что ж… Как желаете. Тогда вас, Олеся, ждёт потеря работы, декретные вы не получите, а ещё…
— Вы не можете уволить беременную! — вспыхиваю я.
— Могу. По статье. Не без вашего участия провален контракт, я смогу доказать, что вам это было выгодно. Будете выплачивать его сумму. Сколько там было? Десять миллионов?
Гад! Какой же гад! Надеюсь мой ребёнок, не унаследует его характер и его глаза…
— Ирка, этот мужчина — не человек, а биоробот последней сборки! Бездушный жестяной дровосек с функциями шредера для чужих нервов! Серьезно, он хоть когда-нибудь моргает?! Я его просто ненавижу! Если Беркутов еще раз развернет мне отчет, я придушу его прямо на рабочем месте!
Я с чувством выполненного долга отжала палец от экрана… и обомлела. Мое голосовое улетело не подруге, а в общий чат компании во главе с тем самым Даниилом Беркутовым — человеком, чьего имени боится вся компания.
Синяя галочка «просмотрено» загорелась через мгновение, а ещё через три секунды телефон взорвался коротким уведомлением:
«Журавлева. В мой кабинет. Немедленно».
В этот момент вся моя жизнь пролетела перед глазами. Я шла на сорок второй этаж, как на эшафот, готовая молить о пощаде или сразу выбросить пропуск. Даниил Беркутов, самый суровый и неприступный босс холдинга, не прощает ошибок. Но я и представить не могла, что за дверью из матового стекла меня ждало кое-что поинтереснее увольнения...
Я с чувством выполненного долга отжала палец от экрана… и обомлела. Мое голосовое улетело не подруге, а в общий чат компании во главе с тем самым Даниилом Беркутовым — человеком, чьего имени боится вся компания.
Синяя галочка «просмотрено» загорелась через мгновение, а ещё через три секунды телефон взорвался коротким уведомлением:
«Журавлева. В мой кабинет. Немедленно».
В этот момент вся моя жизнь пролетела перед глазами. Я шла на сорок второй этаж, как на эшафот, готовая молить о пощаде или сразу выбросить пропуск. Даниил Беркутов, самый суровый и неприступный босс холдинга, не прощает ошибок. Но я и представить не могла, что за дверью из матового стекла меня ждало кое-что поинтереснее увольнения...
— Теперь ты моя жена, — спокойно произносит босс и делает шаг ко мне.
Я в ужасе отползаю по кровати.
Голая.
В чужой спальне.
С обручальным кольцом на пальце.
— Это… шутка? — смотрю на него в шоке.
— Никаких шуток, — его взгляд темнеет. - Ты моя жена! И я хочу исполнения супружеского долга. Начнем прямо сейчас…
Ещё вчера я была обычной секретаршей своего невыносимого красавчика - босса.
А сегодня проснулась в его постели в роли его жены.
Я ничего не помню.
А он утверждает, что это был мой выбор.
Документы настоящие. Кольцо — тоже.
И кто из нас врёт?
А главное — куда бежать, если мой муж… мой босс - тиран?!
Я в ужасе отползаю по кровати.
Голая.
В чужой спальне.
С обручальным кольцом на пальце.
— Это… шутка? — смотрю на него в шоке.
— Никаких шуток, — его взгляд темнеет. - Ты моя жена! И я хочу исполнения супружеского долга. Начнем прямо сейчас…
Ещё вчера я была обычной секретаршей своего невыносимого красавчика - босса.
А сегодня проснулась в его постели в роли его жены.
Я ничего не помню.
А он утверждает, что это был мой выбор.
Документы настоящие. Кольцо — тоже.
И кто из нас врёт?
А главное — куда бежать, если мой муж… мой босс - тиран?!
Я секретарь и личный помощник директора. А мой новый босс — деспот, диктатор, самодур, изверг и сатрап. Деревяшка бесчувственная!
Кто бы знал, как я его ненавижу!
У нас в компании запрещено всё. Опаздывать, отдыхать, быть неэффективным, тратить время на пустые разговоры… За любое нарушение — штраф.
За служебный роман — немедленное увольнение.
Мне надо продержаться месяц, только босс делает всё, чтобы я уволилась. Придирается, отчитывает, штрафует… Ну чего он привязался?
А недавно он начал изображать интерес ко мне. Дурацкая инсценировка, чтобы потом уволить за служебный роман.
Нет уж, господин директор, этот номер у вас не пройдет!
Кто бы знал, как я его ненавижу!
У нас в компании запрещено всё. Опаздывать, отдыхать, быть неэффективным, тратить время на пустые разговоры… За любое нарушение — штраф.
За служебный роман — немедленное увольнение.
Мне надо продержаться месяц, только босс делает всё, чтобы я уволилась. Придирается, отчитывает, штрафует… Ну чего он привязался?
А недавно он начал изображать интерес ко мне. Дурацкая инсценировка, чтобы потом уволить за служебный роман.
Нет уж, господин директор, этот номер у вас не пройдет!
Я застала мужа с любовницей.
— А чего ты хотела? — спросил муж. — В зеркало-то на себя посмотри! Ты же как корова!
После развода я начала новую жизнь и нашла место секретаря с идеальной зарплатой. Вцепилась в него руками и зубами. Эта работа мне очень нужна!
Правда, с каждым днем становится всё труднее выдерживать своего сурового босса. Постоянно ко мне придирается.
Я просто не понимаю, чего он хочет?
Была б я моделью с идеальной фигурой, я бы подумала, что… Но у меня-то размер XXL!
Так, стоп. Ничего он не хочет, мне померещилось. И отношения с мужчинами меня вообще не интересуют.
Я была уже замужем, спасибо — наелась на всю жизнь!
— А чего ты хотела? — спросил муж. — В зеркало-то на себя посмотри! Ты же как корова!
После развода я начала новую жизнь и нашла место секретаря с идеальной зарплатой. Вцепилась в него руками и зубами. Эта работа мне очень нужна!
Правда, с каждым днем становится всё труднее выдерживать своего сурового босса. Постоянно ко мне придирается.
Я просто не понимаю, чего он хочет?
Была б я моделью с идеальной фигурой, я бы подумала, что… Но у меня-то размер XXL!
Так, стоп. Ничего он не хочет, мне померещилось. И отношения с мужчинами меня вообще не интересуют.
Я была уже замужем, спасибо — наелась на всю жизнь!
Выберите полку для книги