Книги по тегу «босс»: ""
— Ты выйдешь за меня замуж, — произнес он, — и я забуду о том, что видел.
Я качаю головой. Это безумие.
— Нет… нет, я не могу…
— Не можешь? — он слегка приподнимает бровь, и его спокойствие начинает трескаться, уступая место раздражению. — Хорошо.
Он берет со стола телефон и начинает набирать номер.
— Дежурная часть. Прокурор Воронцов. Пришлите наряд по адресу…
— Стойте! — мой крик звучит сорвано, жалко.
Я качаю головой. Это безумие.
— Нет… нет, я не могу…
— Не можешь? — он слегка приподнимает бровь, и его спокойствие начинает трескаться, уступая место раздражению. — Хорошо.
Он берет со стола телефон и начинает набирать номер.
— Дежурная часть. Прокурор Воронцов. Пришлите наряд по адресу…
— Стойте! — мой крик звучит сорвано, жалко.
- Не тратьте мое время! Вы мне не подходите! – говорю «мальчику», за которого просила моя завкадрами.
Вот только она не сказала, что этот «мальчик» брутальный мужчина с двухдневной щетиной на лице, волевым подбородком и очень наглым взглядом. Развитую мускулатуру не скрывает даже кожаная куртка.
- А если так? – он включает трек на телефоне, и, двигаясь в такт музыке, снимает куртку. Вслед за курткой на пол летит его футболка. Выписывая бедрами восьмерки, он приближается ко мне.
А я застыла от шока, наблюдая за игрой его мышц. Он, что, серьезно думает, что так выглядит собеседование?
Конкурентов мочат жестко. Но я за другие методы. Особенно если противник красивая, сексуальная женщина. Говорят, что Стужева хищница с ледяным сердцем, не знающая ни любви, ни жалости. Проникнув обманом в ее фирму, я разрушу ее бизнес изнутри. А бонусом украду сердце Снежной Королевы.
Вот только она не сказала, что этот «мальчик» брутальный мужчина с двухдневной щетиной на лице, волевым подбородком и очень наглым взглядом. Развитую мускулатуру не скрывает даже кожаная куртка.
- А если так? – он включает трек на телефоне, и, двигаясь в такт музыке, снимает куртку. Вслед за курткой на пол летит его футболка. Выписывая бедрами восьмерки, он приближается ко мне.
А я застыла от шока, наблюдая за игрой его мышц. Он, что, серьезно думает, что так выглядит собеседование?
Конкурентов мочат жестко. Но я за другие методы. Особенно если противник красивая, сексуальная женщина. Говорят, что Стужева хищница с ледяным сердцем, не знающая ни любви, ни жалости. Проникнув обманом в ее фирму, я разрушу ее бизнес изнутри. А бонусом украду сердце Снежной Королевы.
‼️ЗАВЕРШЕНО‼️
— Всё, Цветкова, завод теперь мой. Собирайте свои пожитки!
Я поднимаю глаза от квартального отчёта и вижу его. Двухметровый амбал стоит в дверях моего кабинета и рейдерским захватом присваивает себе цементный завод.
— Да как вы смеете! — кричу я, хватая со стола папку с отчётами. — Я здесь двадцать лет работаю главным бухгалтером!
— Двадцать лет? — Гром удивлённо поднимает брови. — Понятно почему выглядите на все шестьдесят, Цветкова. Прямо мафусаилов век. Рухлядь! А у нас, знаете, молодые кадры нужны. Студентки, с дипломами, с горящими глазами и кхм..сердцами. А вы своё уже отработали. Отдыхайте, бабуля!
Бандит с большой дороги решил понизить меня с главного бухгалтера до офис-менеджера. А я разведенка, тащу на себе сына и все расходы. Конечно, я была против и готова убить этого Гада-ГРОМОВА, пока не оказалась с ним одна в застрявшем лифте…
— Всё, Цветкова, завод теперь мой. Собирайте свои пожитки!
Я поднимаю глаза от квартального отчёта и вижу его. Двухметровый амбал стоит в дверях моего кабинета и рейдерским захватом присваивает себе цементный завод.
— Да как вы смеете! — кричу я, хватая со стола папку с отчётами. — Я здесь двадцать лет работаю главным бухгалтером!
— Двадцать лет? — Гром удивлённо поднимает брови. — Понятно почему выглядите на все шестьдесят, Цветкова. Прямо мафусаилов век. Рухлядь! А у нас, знаете, молодые кадры нужны. Студентки, с дипломами, с горящими глазами и кхм..сердцами. А вы своё уже отработали. Отдыхайте, бабуля!
Бандит с большой дороги решил понизить меня с главного бухгалтера до офис-менеджера. А я разведенка, тащу на себе сына и все расходы. Конечно, я была против и готова убить этого Гада-ГРОМОВА, пока не оказалась с ним одна в застрявшем лифте…
Если ваш босс — офисный тиран в идеальном костюме, но с абсолютно нулевым музыкальным слухом, не спешите увольняться. Снимите его пьяные завывания на телефон!
Я, Фаина Романова, личная ассистентка генерального директора крупной IT-компании, так и сделала. Теперь Лев Дмитриевич Болконский у меня на крючке. Его наказание изысканно: он будет лично носить мне латте, разучивать гаммы и говорить «спасибо» уборщице.
Он рычит, бесится и обещает меня уничтожить, но почему-то теперь смотрит не с презрением, а с опасным, тёмным огнём в глазах. И когда его пальцы случайно касаются моих, мы на мгновение забываем, что это всего лишь шантаж.
Я, Фаина Романова, личная ассистентка генерального директора крупной IT-компании, так и сделала. Теперь Лев Дмитриевич Болконский у меня на крючке. Его наказание изысканно: он будет лично носить мне латте, разучивать гаммы и говорить «спасибо» уборщице.
Он рычит, бесится и обещает меня уничтожить, но почему-то теперь смотрит не с презрением, а с опасным, тёмным огнём в глазах. И когда его пальцы случайно касаются моих, мы на мгновение забываем, что это всего лишь шантаж.
Трое мужчин, окружили меня, лишая возможности сделать хоть шаг и я заметила за ними, лишь кожаный диван и массивный стол. Сердце отстукивало бешеный ритм. Я прекрасно понимала, кто они, видела, как потемнели их глаза и от этого знания, страх, смущение и странное тягучее тепло внутри, сплелись в один клубок.
– Садись, Алина, – Громов кивнул на глубокое, обтянутое дорогой темной кожей кресло,
Скинув пиджак и небрежно бросив его на стул, он вальяжно опустился на край стола, скрестив мощные руки на груди. Я заметила, как под полупрозрачной тканью его рубашки перекатывались рельефные мышцы груди.
– Садись, Алина, – Громов кивнул на глубокое, обтянутое дорогой темной кожей кресло,
Скинув пиджак и небрежно бросив его на стул, он вальяжно опустился на край стола, скрестив мощные руки на груди. Я заметила, как под полупрозрачной тканью его рубашки перекатывались рельефные мышцы груди.
Я пришла устраиваться на работу мечты. Шанс, что я попаду на эту должность была настолько низкой, что я даже не рассчитывала пробиться среди других кандидатов. Но когда в зал вошли они, я опешила и в диком шоке слушала, как их подчиненные обещают мне перезвонить.
А в тот же вечер меня… Меня взяли на работу ведущим дизайнером.
Почему? Что такого изменилось, что меня все же взяли? Неужели и правда так нравится проект? Или единственная причина, почему меня взяли, это их одержимость мной, которая горит внутри обоих уже пять лет?
А в тот же вечер меня… Меня взяли на работу ведущим дизайнером.
Почему? Что такого изменилось, что меня все же взяли? Неужели и правда так нравится проект? Или единственная причина, почему меня взяли, это их одержимость мной, которая горит внутри обоих уже пять лет?
— Хочу, чтобы ты стала моей женой, — говорит Владимир Александрович.
У меня голова идёт кругом. Ещё вчера он был всего лишь моим боссом, а сегодня вдруг решил сделать меня своей женой. Это что, шутка?
— Не восемнадцатый век на дворе! Замуж по принуждению не выходят, — произношу я первое, что приходит в голову.
Босс смотрит на меня со спокойной уверенностью.
— Ты выйдешь за меня по собственной воле, — его слова звучат как приговор.
У меня голова идёт кругом. Ещё вчера он был всего лишь моим боссом, а сегодня вдруг решил сделать меня своей женой. Это что, шутка?
— Не восемнадцатый век на дворе! Замуж по принуждению не выходят, — произношу я первое, что приходит в голову.
Босс смотрит на меня со спокойной уверенностью.
— Ты выйдешь за меня по собственной воле, — его слова звучат как приговор.
🔰 ЗАВЕРШЕНА 🔰
Влюбиться в парня с первого взгляда, расстаться с ним врагами, а потом устроиться к нему в фирму — разве может быть что-то страшнее?
Оказывается, может!
Например, оказаться запертой с боссом в одном домике и не иметь возможности уехать, потому что боссу стал известен мой маленький секрет…
Маленький четырехлетний секрет с его глазами.
Влюбиться в парня с первого взгляда, расстаться с ним врагами, а потом устроиться к нему в фирму — разве может быть что-то страшнее?
Оказывается, может!
Например, оказаться запертой с боссом в одном домике и не иметь возможности уехать, потому что боссу стал известен мой маленький секрет…
Маленький четырехлетний секрет с его глазами.
— Диана, садись в машину! Свидание окончено, - холодно бросает мне босс, снисходительно глядя на моего коллегу, с которым у нас свидание.
Должно было быть.
— Почему... почему вы вечно все портите?!
— Может, я просто лучше знаю, кто тебе нужен? - подмигивает он.
Мой босс портит мне жизнь лучше, чем кто-либо другой. Но когда я, не выдержав, увольняюсь, он делает то, чего я ожидала меньше всего.
— Раз уж ты так хочешь свидание, то пойдешь со мной!
Только я не знала, к чему это приведет...
Должно было быть.
— Почему... почему вы вечно все портите?!
— Может, я просто лучше знаю, кто тебе нужен? - подмигивает он.
Мой босс портит мне жизнь лучше, чем кто-либо другой. Но когда я, не выдержав, увольняюсь, он делает то, чего я ожидала меньше всего.
— Раз уж ты так хочешь свидание, то пойдешь со мной!
Только я не знала, к чему это приведет...
— Ты звонил в больницу? Она там ещё не сдохла?
Резко замираю с ключами в руке, которыми только что открыла свою квартиру, где меня не было очень долго.
— Нет. Зачем? — голос принадлежит моему мужу, и моё сердце пропускает удар. Что происходит?
— Как зачем, Богдан? Если она умрёт, то не нужно будет ничего делить после развода. Неужели тебе неинтересно?
— А с мелким ты будешь сидеть? — слышу пренебрежительный хмык.
— Я? Нет! Я тебе своих рожу. А этих сдадим в интернат. Зачем тебе дети от ущербной жены?
— Старшая в любом случае останется со мной, — отвечает он строго, — на ней слишком много всего оформлено, по мелкому решим, если она помрёт.
Вчера доктор сказал мне, что я буду жить. Неизвестно как долго, но буду. А сегодня мой муж подписал мне смертный приговор.
Резко замираю с ключами в руке, которыми только что открыла свою квартиру, где меня не было очень долго.
— Нет. Зачем? — голос принадлежит моему мужу, и моё сердце пропускает удар. Что происходит?
— Как зачем, Богдан? Если она умрёт, то не нужно будет ничего делить после развода. Неужели тебе неинтересно?
— А с мелким ты будешь сидеть? — слышу пренебрежительный хмык.
— Я? Нет! Я тебе своих рожу. А этих сдадим в интернат. Зачем тебе дети от ущербной жены?
— Старшая в любом случае останется со мной, — отвечает он строго, — на ней слишком много всего оформлено, по мелкому решим, если она помрёт.
Вчера доктор сказал мне, что я буду жить. Неизвестно как долго, но буду. А сегодня мой муж подписал мне смертный приговор.
Выберите полку для книги