Подборка книг по тегу: "современный любовный роман"

— Как это, передумал? — удивляется его брат. — Ты же хотел всем объявить, что станешь отцом.
Муж усмехается.
— Хотел. Но после госпитализации Лилькиной уже не уверен, что она дотянет. Возраст всё-таки.
Я зажимаю рот ладонью, чтоб не крикнуть.
— Ну ты даешь. Сам жену уговаривал на ребенка, сам до больницы довёл, а теперь в кусты?
Муж отвечает без грамма сомнения:
— Да знаешь, представил я, как покажу её мужикам завтра. У Дани жена молодая, беременная, глаза горят. У Тимохи тоже девчонка юркая, свежая. А у меня кто? Лиля.
У меня сжимает грудь, так, что вдохнуть больно.
Я только что вышла из больницы, а он обсуждает, как я буду смотреться рядом с молодыми жёнами других мужиков.
— А если родит? Не рано ли ты, брат, Лильку со счетов списываешь?
— А если и родит, то с младенцем она вообще не на мать будет похожа, а на бабушку. Тьфу! Позорище.


Он хочет красивую картинку?
Я ему устрою картинку. Такую, что он не забудет.

— Мам, мы ничего не сломали! — торопливо сообщает Макс, решив, что сейчас самое подходящее время для оправданий. — Мы хотели только посмотреть.
— Изнутри, — уточняет Даня.
— А этот дядя-военный нас поймал, — Лева показывает на Тиграна. — Он тут главный. Командует всеми. Крутой!
Мальчики говорят и говорят, а я не могу выдавить и слова. Не могу даже поздороваться с ним. Или схватить мальчиков и сбежать. Я застыла на месте, как статуя, и только моргаю. Иногда.
Потому что в голове вновь раздаются взрывы, сыплется песок, а Тигран закрывает меня от беды своим телом.
— Гх-гх… Это ваши дети? — откашлявшись, спрашивает он.
И хотела бы я ответить, что работаю няней, но…
— Да, они мои, — приходится признать.
И твои... добавляю я уже про себя.

- Заткнись! - хватаю дочку за шиворот. - Не тебе открывать матери глаза. Пользуйся подарком и не суй свой нос, куда не следует.
- Ты обманул меня, папа! Соврал! Ира – твоя любовница, и теперь я понимаю, кому на самом деле купил проклятое платье, - скулит.
- И что дальше? Разоблачишь отца? - смеюсь. - Вперед! Только забудь об элитной школе, дорогостоящих курортах и безлимитной карте. Свалишь с братцем в хрущевку и будешь лопать пельмени. Собралась разрушить нашу семью? Дерзай. Но лучше бы подумала, как из этой ситуации выжать максимум. Вчера я подарил телефон, а завтра – могу и квартиру.
- Отец…
- Нормальная баба не раскидывается теми, кто способен устроить ей райскую жизнь. Надеюсь, что моя дочь не идиотка, - бросаю, поправляя галстук. - Пойдем, Ольга Петровна испекла шикарные пироги, прекращай ныть…

Я проснулась в постели своего строгого, неприступного босса, которого весь офис шепотом называет Ледником. Воспоминания о вчерашнем корпоративе испарились, но генеральный директор ледяным тоном заверил: между нами абсолютно ничего не было.
Я с облегчением выдохнула. В конце концов, он — гроза конкурентов, а я — всего лишь его скромная личная помощница. Инцидент исчерпан!
Но спустя месяц мой организм решил преподнести сюрприз, а на тесте предательски проявились две яркие полоски. И как теперь сказать самому требовательному боссу на свете, что его идеальный отчет о том, что «ничего не было», оказался с браком? Теперь моя главная задача — скрыть свой растущий секрет, пережить токсикоз на утренних планерках и не сойти с ума. Вот только почему-то генеральный вдруг начал подозрительно пристально за мной следить...

Трое сорванцов разбили стекло соседского "Порше", пришлось мне вписаться и спасти пацанов, а потом отвести к матери. Кто ж знал, что это моя бывшая?
Она смотрит на детей, потом переводит взгляд на меня и пищит:
— Аким?
Узнала значит…
— Майя? — взмахом руки я указываю на мальчишек. — Вот так встреча, не хочешь ли ты кое-что мне объяснить?
Майя смотрит на детей, потом снова на меня, глаза её расширяются… от ужаса?
Она мотает головой, но выглядит, будто преступница, которую поймали с поличным.
— Раз, два, три, — указываю я на тройняшек. — Что это значит, Майя? Как же так вышло?

Открываю дверь и сбрасываю туфли. Каблуки — моё проклятие, но статус обязывает.
Неожиданно раздается крик. Не просто голос, а рёв, полный слепой ярости.
- Так вот почему нельзя было встречаться с Ангелиной? - вопит Руслан. - Как ты выразился - поломойкой.
Спешу на шум. Гостиная разгромлена: опрокинут журнальный столик, осколки стекла на паркете, цветы из вазы разбросаны по полу.
В эпицентре разрухи я вижу сына.
Рус стоит посреди комнаты, в руках у него бейсбольная бита.
- Страшно? - кричит, срываясь на визг. - Как ты смел? Как ты мог?
- Остановись! - шипит супруг. На нем нет рубашки, расстегнуты брюки.
- Мама, - оборачивается Рус. - Он…он...
И тогда я вижу её. В углу, на полу, съёжившись в комок, сидит дочь домработницы. Она закутана в простыню из нашей спальни и дрожит.
Мой мозг отказывается воспринимать картину, но правда очевидна, и она... шокирует.

— Ну, банда Тимуров, ведите меня к вашему папаше. Будем разбираться, кто за сарай сгоревший заплатит.
— А нет у нас папаши! — заявляет самый дерзкий пацан с зажигалкой.
— Да, мы бедные и несчастные, — вздыхает второй, что вылез из-за бочки. — Бросил он нас. Мама одна денежки зарабатывает.
— А ты будешь нашим папой? — подает голос третий с красными глазами.
Я смотрю на них и замираю. Потому что это сюр какой-то, но я могу представить, что они мои: темные волосы с вихрами, черные глаза.
— Ну, для начала, думаю, этот вопрос вашей маме нужно задать. Вы давайте ведите меня к ней. Там и поговорим обо всем и в первую очередь о вашем поведении.
А минут десять спустя я смотрю на свою бывшую.
— Вика? — говорю каким-то чужим голосом.
— Живой? — шепчет она и начинает оседать на пол.

Любая измена сама по себе отвратительна, но когда муж уходит от тебя к молодой девушке, ровеснице вашей дочери, это как-то особенно гадко.
- Том, только не делай вид, что не понимаешь! Ты изменилась. Мы перестали разговаривать. Ты всё время усталая, всё время чем-то недовольна. Дом, работа, твои гормоны… - добавил он для убедительности. - Мы с тобой давно живём как соседи!
- И ты не нашёл ничего лучше, как увлечься молоденькой девочкой?
- Ей девятнадцать. С ней легко, - продолжил он, его уже было не остановить. - Мне сорок шесть лет, я ещё полон сил. А ты… Ну, ты сама понимаешь...
Последние слова он произнёс со всем возможным красноречивым многоточием, как будто искренне не понимал, как я, такая развалина, ещё существую.

💥 ЭКСКЛЮЗИВ 💥
— Только Андрюше ничего не говорите… Это... боже, какая нелепая случайность.
— Заткнись! — резко обрываю нахалку. — Ты случайно оказалась в нашей спальне, по пути потеряв одежду? Или считаешь меня идиоткой, которой легко навешать на уши лапшу?
Роберт встаёт, его лицо налито злобой.
Он даже не скрывает раздражения:
— Ты сама виновата, — бросает, сжимая кулаки. — Превратилась в старуху, Альбина. С этими своими грибами, дачами, вечной заботой мамки. А мне хотелось просто расслабиться. Вот и всё.
— С женой нашего сына? Ты хотя бы понимаешь, как это отвратительно?
Он закатывает глаза.
— Забудь. Пустяк, Альбина. Побереги нервы, в твоем возрасте противопоказаны эмоциональные скандалы. Вечером семейный ужин, надеюсь, не додумаешься до того, чтобы ныть и позорить членов своей семьи?

— Добрый вечер!
Борис, мой жених, убрал руку и посмотрел мне за спину. Я тоже обернулась и оторопела. Арон, это был он... Его острые глаза впивались в меня, словно накидывая на меня множество невидимых крючков.
Я привыкла к ненависти, злости, но он меня буквально убивал своим взглядом.
— Какая встреча? — заметил Борис, пытаясь скрыть свое разочарование.
Арон медленно приблизился, его шаги были размеренными и уверенными.
— Решил присоединиться к веселью, — сухо произнёс Арон, продолжая прожигать меня взглядом.
Все познается в сравнении – всегда думала что мачеха и брат, это те люди с кем мне не уютно, но он их переплюнул. Хотелось бежать, куда глаза глядят. Невольно, я сделала шаг назад, натыкаясь на грудь Бориса. Он приобнял меня за плечи и от этого невинного жеста я стала успокаиваться.
— Два шампанских, пожалуйста, — не глядя на бармена небрежно бросил Арон, даря нам наглую ухмылку.
Тут до меня дошёл смысл его слов: два?! И я наконец-то вырвалась из плена его цепкого взгляд