Подборка книг по тегу: "поиск себя"

Мне 45. У нас 27 лет общего быта, взрослые дети и выплаченная ипотека. Со стороны — идеальная картинка. Внутри — прозрачный «стеклянный куб», где я стою абсолютно голая под прицелом его крика.
«Ты будешь делать только то, что я сказал!» — эта фраза годами вытесняла из моих легких воздух. Я привыкла быть «неблагодарной сволочью», виноватой во всем: от цвета купленной машины до его плохого настроения. Я разучилась понимать, чего хочу я сама.
Это история о том, как страшно разбивать стекло, когда осколки летят в самое сердце. О том, как уйти в никуда, имея за спиной только поддержку дочери и нестерпимое желание просто… дышать.
Можно ли простить себя за то, что ты наконец-то выбрала жизнь?

В основе первой главы лежит личный опыт автора. Остальное — художественный вымысел, вдохновленный историями сотен женщин, решивших вернуть себе Право на Себя.

Когда жизнь сворачивается в трубочку и пытается сбежать — самое время купить билет в один конец.
У Нины всё было как у людей: муж-тюфяк, работа-каторга, мама с вечным «я же говорила» и лишний вес, который напоминал о себе в каждой примерочной. А потом не стало ничего. Муж ушёл к «худой», начальник уволил «по собственному», а мама добила фразой «кому ты теперь нужна».
В отчаянии Нина покупает тур в страну, где женщины носят абайи, а за руль садиться нельзя — в Саудовскую Аравию. Хуже уже не будет. Ну максимум посадят в тюрьму, так там хотя бы кормят.
Но судьба любит рыжих. В первый же день Нина хватает за рукав незнакомца в отеле и просит помочь снять деньги. Незнакомец оказывается не просто «каким-то важным», а правой рукой наследного принца. И вместо того чтобы извиниться, Нина в сердцах выдаёт: «Если вы мне не поможете, я тут упаду и умру, а вам потом убирать».
С этого «удачного» знакомства начинается путешествие, в котором будет всё: безумные приключения в пустыне, верблюды и др

В нашей культурной традиции считается, что фраза: «Если к другому уходит невеста, то не известно, кому повезло» - это, вроде как, современная интерпретация «Баба с возу – кобыле легче».
То есть мужику, у которого сорвалась свадьба – скорее повезло, чем нет.
А невеста, брошенная у алтаря или перед торжеством, должна лить горючие слезы и быть несчастной по определению. Она же брошенка.
Фу. Что может быть хуже?
Ну, к примеру, в дополнение к этому почувствовать себя еще и героиней анекдота?

История о том, что никогда не поздно изменить свою жизнь, если она не приносит радости и счастья. И о том, что в мире всегда есть место чуду.
Ну, и про родственников, конечно же.
ХЭ.
Входит в цикл, читается отдельно.
Обложка от Татьяны Болотских

— Антон? Что-то случилось? Я ужин приготовила, твоё любимое блюдо…
— Ничего не случилось, — он залпом выпил беленькую, скривился и поставил стопку на комод. — То есть случилось. Нам надо поговорить.
Сердце ухнуло куда-то вниз, в самый живот. Я медленно опустила крышку пианино. В тишине квартиры этот звук прозвучал как удар.
— Я ухожу, — сказал он. Просто и буднично, глядя куда-то мимо меня, на узор на ковре. — Я ухожу от тебя. К другой женщине.
Четыре слова. Всего четыре слова, произнесенные моим мужем в нашей гостиной, пока на кухне остывал его любимый ужин. Они не были сказаны на крике. Антон произнес их так, как будто сообщил, что в магазине не было хлеба. И от этого было еще страшнее. Ещё горше.
— Что?! — я не узнала свой голос. Он стал тонким и чужим.
— К Еве, — произнес он имя, как будто это что-то объясняло. — Моя помощница. Она… с ней всё по-другому. Мы в одном ритме живем, понимаешь? Я устал от этой тишины, от одного и того же дня. Я жить хочу.

Меня зовут Ульяна Дворцова, мне пятьдесят лет, и я только сейчас понимаю, что не жила — существовала.
Тридцать лет я была идеальной женой. Готовила борщи, которые любил муж-дальнобойщик, гладила его рубашки, ждала из рейсов и не задавала лишних вопросов. Растила дочь Катю, работала мерчандайзером, улыбалась, когда нужно, и молчала, когда не нужно.
Катя выросла, вышла замуж, и я вдруг оказалась наедине с пустотой собственной жизни.
Что я умею? Кто я без роли жены и матери? О чём мои мечты?
Всё изменилось, когда я узнала, что мой муж мне изменяет. Не просто изменяет, живёт двойной жизнью уже много лет. Мир, который я считала стабильным и правильным, рухнул в одночасье.

Диана — так зовут эту прелестную некромантку с Теодоры — всегда шла против правил. Она не признаёт условностей, не боится осуждения и живёт так, как ей заблагорассудится. Её путь усеян осколками чужих сердец и разбитыми надеждами, но разве это когда-то останавливало истинную дочь Теодоры?

Она словно бабочка, летящая на огонь — знает, что обожжется, но всё равно летит. В её венах течёт не кровь, а чистейший яд, а сердце давно превратилось в камень. Или нет? Быть может, она просто хорошо это скрывает?

Диана — мастер манипуляций и искушения. Она играет с мужчинами, как кошка с мышкой, и получает от этого истинное удовольствие. Её репутация? О, она давно распрощалась с понятием репутации. Что значат сплетни и пересуды для той, кто смотрит в глаза смерти и не отводит взгляда?

В лабиринте лжи и наслаждений она чувствует себя как дома. Каждый её шаг — это танец на грани, каждое решение — выбор между адом и ещё большим адом. И знаете что? Ей это нравится.

- Совсем обалдела, полоумная?
- Нет. Это у тебя на морде написано: «спасите-помогите!», – презрительно скривилась я.
- И как? Помогла?..
- Ага…Не помогла, а спасла. Эта дура в перьях больше тебе не позвонит.
- Ну да… Кому нужен мужик с истеричным довеском в комплекте…
Все думали, что их связывают сильные взаимные чувства. Но никто, кроме них, не знал, что это… ненависть.

Ему давно пора остепениться. Ей обязательно нужно замуж. В этом абсолютно уверены их родственники. Но...
У него горит проект, а она очень занята.
Им обоим не до брака и личной жизни.
Да и они терпеть не могут друг друга, но сбежать с неудачного свидания придется вместе.

Я сплю очень тяжёлым крепким сном и никак не могу проснуться. Меня преследуют кошмары. Один сменяется другим.
С меня срывают одежду и запихивают в холодный душ. Ноги не держат, я падаю, больно ударяюсь коленками о замылённый кафель. Во сне бывает больно?
Эти женщины смеются и называют меня «овощем». А потом сверху выливают мне на голову какую-то едкую жидкую субстанцию и включают ледяную воду сильней.
Я не могу поднять руки, чтобы вымыть голову. За этим же меня сюда привели? Мозг во сне отказывается соображать. Как я хочу проснуться. Я даже не могу потереть глаза, которые нещадно щиплет. Возможно я связана.
Я слышу мужской хохот, здесь мужчина? Он видит меня обнаженной? Но из-за мыла и слез я ничего не вижу. А через мгновение я теряю сознание прямо во сне. Так бывает?

Соблазн всегда имеет привкус греха. Им смердят измены и бесконтрольные связи, а его изобилие может и вовсе отбить вкус к жизни. Денис привык получать желаемое, обогащая свой порочный опыт. Но цена этому – одиночество даже в ворохе женских тел и с горьким пониманием, что не он хозяин положения, что пользуется не он – а им. И что его симпатичный, неопытный и далеко несвободный психотерапевт, кому решил поведать свою исповедь – та единственная, вокруг которой способен крутиться его загнивающий мир.

- Хорошо, я простил тебя. Теперь уходи. Тебе тут не место, обидят ещё, не дай Бог!
- Я никуда не пойду без тебя! Ты не имеешь права так себя вести!
- Я грязный тип. Слишком грязный для тебя, ты мне и всем окружающим дала это понять сегодня. Не хочешь уходить, можешь дальше тут торчать. Я возвращаюсь к ребятам.
Максим выпрямился и сделал шаг по направлению к комнате. Софи сделала попытку перехватить его, но он аккуратно и твёрдо убрал её руки.
- Хорошо, я уйду! - почти крикнула Софи. В её глазах в этот момент пылала почти ненависть к нему. - Уйду, если ты скажешь: «Хочу, чтобы ты исчезла из моей жизни!».
Максим остановился, обернулся к ней, твердо и внятно сказал:
- Я. Хочу. Чтобы. Ты. Исчезла. Из. Моей. Жизни. Уходи.