Подборка книг по тегу: "психология"
— Вера, — начал он. — Мы разводимся. Но…
— Не надо, — перебила я.
Я не знала, что сейчас скажу. Но знала точно — не хочу слышать его «пойми» и «прости». Не хочу смотреть, как он подбирает слова. Я повернулась к Алисе.
— Ты, — сказала я тихо, — встань с моего кресла.
Она не шевельнулась. Только склонила голову набок, как птица.
— Я пришла помочь тебе, Вер, — сказала она. — Ты сама меня научила брать то, что я хочу. Помнишь? Первый сеанс, ты сказала: «Ты имеешь право быть счастливой». Я просто применила твой совет.
У меня задрожали руки. Я сжала ключи сильнее и шагнула к столу. Макс отступил. Он буквально сделал шаг назад, как будто я могла ударить его. Я не собиралась. Я просто подошла и взяла со стола бабушкину статуэтку — маленькую фарфоровую птичку, которая стояла рядом с моим ноутбуком. Я хотела убрать её в ящик. Чтобы они не трогали. Чтобы никто не трогал.
Статуэтка разлетелась вдребезги, как и моё сердце.
Но я соберу себя заново.
Должна собрать.
Ради себя.
— Не надо, — перебила я.
Я не знала, что сейчас скажу. Но знала точно — не хочу слышать его «пойми» и «прости». Не хочу смотреть, как он подбирает слова. Я повернулась к Алисе.
— Ты, — сказала я тихо, — встань с моего кресла.
Она не шевельнулась. Только склонила голову набок, как птица.
— Я пришла помочь тебе, Вер, — сказала она. — Ты сама меня научила брать то, что я хочу. Помнишь? Первый сеанс, ты сказала: «Ты имеешь право быть счастливой». Я просто применила твой совет.
У меня задрожали руки. Я сжала ключи сильнее и шагнула к столу. Макс отступил. Он буквально сделал шаг назад, как будто я могла ударить его. Я не собиралась. Я просто подошла и взяла со стола бабушкину статуэтку — маленькую фарфоровую птичку, которая стояла рядом с моим ноутбуком. Я хотела убрать её в ящик. Чтобы они не трогали. Чтобы никто не трогал.
Статуэтка разлетелась вдребезги, как и моё сердце.
Но я соберу себя заново.
Должна собрать.
Ради себя.
Пока я лежала в больнице и боролась за жизнь нашего малыша, мой муж развлекался дома с любовницей. Я потеряла ребенка, мужа, семью и надежду на будущее. Я думала над тем, чтобы вжать педаль газа в пол и вылететь в Фонтанку прямо с моста, сшибая ограждение, пока один телефонный звонок не подарил мне новый смысл жизни.
— Майя Михайловна Ланская? — прозвучал неизвестный мне, хорошо поставленный голос. Такими говорят адвокаты, юристы, судьи. Как мой проклятый муж – первый зам прокурора города на Неве.
— Пока ещё да, — со смехом ответила я. Фамилию мужа я уже не считала своей. Жаль, не успела написать записку, чтобы на надгробии высекли девичью.
— Меня зовут Олег Юрьевич Шумский. Я муж любовницы вашего супруга.
Я резко ударила по тормозам. Что, чёрт побери?
— Нам с вами нужно встретится. У меня к вам важное дело.
Муж любовницы и обманутая жена. Мы объединились, чтобы отомстить. Но мы не знали, как далеко это заведёт нас...
— Майя Михайловна Ланская? — прозвучал неизвестный мне, хорошо поставленный голос. Такими говорят адвокаты, юристы, судьи. Как мой проклятый муж – первый зам прокурора города на Неве.
— Пока ещё да, — со смехом ответила я. Фамилию мужа я уже не считала своей. Жаль, не успела написать записку, чтобы на надгробии высекли девичью.
— Меня зовут Олег Юрьевич Шумский. Я муж любовницы вашего супруга.
Я резко ударила по тормозам. Что, чёрт побери?
— Нам с вами нужно встретится. У меня к вам важное дело.
Муж любовницы и обманутая жена. Мы объединились, чтобы отомстить. Но мы не знали, как далеко это заведёт нас...
— Руки убрал.
Голос растворился в глотке, как пар изо рта на холоде. От страха губами пошевелить не могу, язык прирастает к зубам. Витька после тюряги сам на себя не похож стал. Одни кости, кожа на голом черепе, татухи появились, во рту осколки вместо зубов. И взгляд дикий. Словно он все эти десять лет сидел и ждал, чтоб меня найти. Чтоб я ответила за всё.
— Руки убери от неё.
За спиной раздалось.
Не голос, утробное рычание дикого зверя. Витькины глаза наверх поползли, значит, позади шкаф два на два.
— А ты кто вообще такой будешь?
Не узнал. Булата мало кто узнавал теперь. Но теперь все запомнят.
Голос растворился в глотке, как пар изо рта на холоде. От страха губами пошевелить не могу, язык прирастает к зубам. Витька после тюряги сам на себя не похож стал. Одни кости, кожа на голом черепе, татухи появились, во рту осколки вместо зубов. И взгляд дикий. Словно он все эти десять лет сидел и ждал, чтоб меня найти. Чтоб я ответила за всё.
— Руки убери от неё.
За спиной раздалось.
Не голос, утробное рычание дикого зверя. Витькины глаза наверх поползли, значит, позади шкаф два на два.
— А ты кто вообще такой будешь?
Не узнал. Булата мало кто узнавал теперь. Но теперь все запомнят.
Ранее книга называлась "Плыви своим курсом, предатель"
— Костя, когда мы уже поженимся? Шесть лет всё-таки живём.
Да, я снова завела эту пластинку с самого утра субботнего дня. Да, я жду кольца и предложения. Всё, как положено в отношениях между двумя любящими людьми. Людьми, которые планируют будущее вместе. Ведь мы планируем?
— Да что ты пристала со своим «поженимся»? — вдруг взорвался Костя. Да, я спрашиваю об этом последний год довольно часто, но это не повод на меня голос повышать. — Штамп ничего не решает, я говорил тебе уже сто раз.
— Мне тридцать пять, я хочу замуж, семью, детей!
— Тогда что ты делаешь рядом со мной? — его ехидная, кривая ухмылка едва не сбивает с ног.
Действительно, что я делаю рядом с ним?
Я была запасным аэродромом, пока мой любимый жил свою лучшую жизнь и искал вариант получше. Я ушла от него, а через два месяца он женился. На той, с кем, как оказалось, он давно изменял мне.
Но сделанное зло возвращается в десятикратном размере...
— Костя, когда мы уже поженимся? Шесть лет всё-таки живём.
Да, я снова завела эту пластинку с самого утра субботнего дня. Да, я жду кольца и предложения. Всё, как положено в отношениях между двумя любящими людьми. Людьми, которые планируют будущее вместе. Ведь мы планируем?
— Да что ты пристала со своим «поженимся»? — вдруг взорвался Костя. Да, я спрашиваю об этом последний год довольно часто, но это не повод на меня голос повышать. — Штамп ничего не решает, я говорил тебе уже сто раз.
— Мне тридцать пять, я хочу замуж, семью, детей!
— Тогда что ты делаешь рядом со мной? — его ехидная, кривая ухмылка едва не сбивает с ног.
Действительно, что я делаю рядом с ним?
Я была запасным аэродромом, пока мой любимый жил свою лучшую жизнь и искал вариант получше. Я ушла от него, а через два месяца он женился. На той, с кем, как оказалось, он давно изменял мне.
Но сделанное зло возвращается в десятикратном размере...
#ЯнеЕва – Книга, которая возвращает женщину себе**
*электронная версия книги
Это не мотивация. И не философия ради ума.
Это откровение — о тебе, настоящей. О той, кого тысячи лет прятали под ярлыками, виной, стыдом и ролью «удобной женщины».
«Я не Ева» — это книга, в которой женщина не виновата. Она первая проснулась. Она не согрешила — она захотела знать. И за это её сделали символом падения.
Эта книга возвращает женщине её настоящую природу — не украшение, не функция, не жертва. А голос, сила, тело, знание.
Ты не слишком громкая. Ты не слишком ранимая. Ты не странная.
Ты — не Ева.
И ты имеешь право быть собой, без извинений.
Психологическое, философское и культурное возвращение к себе. Для женщин, которые устали терять себя, чтобы быть “нормальными”.
*электронная версия книги
Это не мотивация. И не философия ради ума.
Это откровение — о тебе, настоящей. О той, кого тысячи лет прятали под ярлыками, виной, стыдом и ролью «удобной женщины».
«Я не Ева» — это книга, в которой женщина не виновата. Она первая проснулась. Она не согрешила — она захотела знать. И за это её сделали символом падения.
Эта книга возвращает женщине её настоящую природу — не украшение, не функция, не жертва. А голос, сила, тело, знание.
Ты не слишком громкая. Ты не слишком ранимая. Ты не странная.
Ты — не Ева.
И ты имеешь право быть собой, без извинений.
Психологическое, философское и культурное возвращение к себе. Для женщин, которые устали терять себя, чтобы быть “нормальными”.
— Ты забираешь у меня «Ниссан»?
— Конечно! Ты вообще водить не умеешь, бампер поцарапала! Вот тебе ключи от «Калины», учись водить!
— За что ты так со мной? — тихо выдохнула я.
— Ты изменилась. Стала затхлой какой-то. Вечно хмурая. Всё тебе не так. Постоянно не хватает тебе чего-то. Как картонка. Как жвачка, знаешь, выдохшаяся. Жуешь, а вкуса нет, — высокомерно, прямо и зло отчеканил Волков, а мне будто огненные пули вонзились в грудь.
А через два дня я увидела за рулем своего «Ниссана» другую женщину...
Мой брак давно превратился в соседство. Я была партнёром мужа по бизнесу, любимой им женщиной, а сейчас… просто мебель. Помойка для слива негатива.
Муж нашёл «вдохновение» на стороне, а меня оставил без денег. Сколько ещё я буду это терпеть? И стоит ли принять помощь от того, от кого совсем не ожидала?
- ЭМОЦИОНАЛЬНО И ЖИЗНЕННО
- МУЖ-КОБЕЛЬ ПОЛУЧИТ СВОЮ КАРМУ
- ЛИЧНОСТНЫЙ РОСТ ГЕРОИНИ. ЕЁ ТЮКАЛИ ВСЕ КОМУ НЕ ЛЕНЬ. НО ОНА ВОСПРЯНЕТ. И ЗАДАСТ
- НОВАЯ ЛЮБОВЬ
— Конечно! Ты вообще водить не умеешь, бампер поцарапала! Вот тебе ключи от «Калины», учись водить!
— За что ты так со мной? — тихо выдохнула я.
— Ты изменилась. Стала затхлой какой-то. Вечно хмурая. Всё тебе не так. Постоянно не хватает тебе чего-то. Как картонка. Как жвачка, знаешь, выдохшаяся. Жуешь, а вкуса нет, — высокомерно, прямо и зло отчеканил Волков, а мне будто огненные пули вонзились в грудь.
А через два дня я увидела за рулем своего «Ниссана» другую женщину...
Мой брак давно превратился в соседство. Я была партнёром мужа по бизнесу, любимой им женщиной, а сейчас… просто мебель. Помойка для слива негатива.
Муж нашёл «вдохновение» на стороне, а меня оставил без денег. Сколько ещё я буду это терпеть? И стоит ли принять помощь от того, от кого совсем не ожидала?
- ЭМОЦИОНАЛЬНО И ЖИЗНЕННО
- МУЖ-КОБЕЛЬ ПОЛУЧИТ СВОЮ КАРМУ
- ЛИЧНОСТНЫЙ РОСТ ГЕРОИНИ. ЕЁ ТЮКАЛИ ВСЕ КОМУ НЕ ЛЕНЬ. НО ОНА ВОСПРЯНЕТ. И ЗАДАСТ
- НОВАЯ ЛЮБОВЬ
Отношения между врачом и пациенткой — полное и безоговорочное табу. Багиров выучил это наизусть ещё на первом курсе медунивера.
Главврач областной психиатрички, кандидат наук с многолетней частной практикой, Тимур Айдарович Багиров думал, что способен увидеть насквозь любую душу.
Кроме своей.
Профессиональная этика дала по мозгам и отрикошетила пулей в сердце, когда он в каком-то захудалом баре спас молодую женщину от панической атаки.
***
Перед глазами плывёт. Я вижу лес, вижу свои руки в стальных браслетах колючей проволоки, кровь на снегу…
Это всего лишь воспоминания. Это не по-настоящему.
Не помогает.
Чей-то силуэт загораживает мне обзор.
- Посмотри на меня! Что пила? Ела?
Это же не он?! Нет. Это какой-то другой мужик. Большой, чернявый, страшный. Здоровенный, как лось. Я боюсь его.
- Успокойся, я врач. Так, у нас с тобой гипервентиляция лёгких. Смотри на меня. На счет «раз» начинаешь вдыхать. Медленно...
Главврач областной психиатрички, кандидат наук с многолетней частной практикой, Тимур Айдарович Багиров думал, что способен увидеть насквозь любую душу.
Кроме своей.
Профессиональная этика дала по мозгам и отрикошетила пулей в сердце, когда он в каком-то захудалом баре спас молодую женщину от панической атаки.
***
Перед глазами плывёт. Я вижу лес, вижу свои руки в стальных браслетах колючей проволоки, кровь на снегу…
Это всего лишь воспоминания. Это не по-настоящему.
Не помогает.
Чей-то силуэт загораживает мне обзор.
- Посмотри на меня! Что пила? Ела?
Это же не он?! Нет. Это какой-то другой мужик. Большой, чернявый, страшный. Здоровенный, как лось. Я боюсь его.
- Успокойся, я врач. Так, у нас с тобой гипервентиляция лёгких. Смотри на меня. На счет «раз» начинаешь вдыхать. Медленно...
Колесо Сансары перемалывает эпохи, но некоторые души упорно отказываются забывать свои старые привычки. Что делать, если вчера ты переходил Рубикон, а сегодня стоишь на броне танка над Москвой-рекой? Если ты был Цезарем, а стал президентом, которому снятся легионеры с ваучерами вместо копий? Если ты был Инкой, казнённым конкистадорами, а через четыреста лет решаешь судьбу испанского золота в кремлёвском кабинете? «Реинкоронации» — это не исторический роман и не учебник психиатрии. Это книга о том, что корона никогда не падает с головы окончательно. Она просто ждёт следующего воплощения. И да: если вам кажется, что вы слышите внутренний голос, советующий поджечь Капитолий, — не спешите к врачу. Возможно, вы просто вспомнили, кем были раньше
Реальность вокруг нас держится на кривых обновлениях софта. Весь привычный петербургский пейзаж с его гранитными набережными — это плотный интерфейс цифровой эпохи. С его помощью система пытается укротить хаос человеческой психики.Рассказы в этой книге представляют собой высокоточные онтологические скриншоты. Я фиксирую точки, где матрица повседневности откровенно сбоит и трещит по швам.
Через эти трещины наружу выходит подлинный, глубоко абсурдный исходный код нашего мира. Предлагаю вам идеальный путеводитель по коллективному психозу. Наша вселенная является чьим-то чужим ментальным экспериментом, и у нас есть полное право над ним посмеяться
Через эти трещины наружу выходит подлинный, глубоко абсурдный исходный код нашего мира. Предлагаю вам идеальный путеводитель по коллективному психозу. Наша вселенная является чьим-то чужим ментальным экспериментом, и у нас есть полное право над ним посмеяться
Меня убили за то, что я помешала подруге залететь от миллиардера. Теперь я вернулась в день ее ошибки.
Вместо скандала — я налью ей бокал. Вместо предупреждения — улыбнусь.
Пусть Эшворты выпьют ее здоровье. Пусть подписывает кабальные бумаги. Я просто отойду в сторону.
Она хотела золотой билет в ад? Билет оплачен.
Реинкарнация. Холодная месть. Никакого геройства.
Вместо скандала — я налью ей бокал. Вместо предупреждения — улыбнусь.
Пусть Эшворты выпьют ее здоровье. Пусть подписывает кабальные бумаги. Я просто отойду в сторону.
Она хотела золотой билет в ад? Билет оплачен.
Реинкарнация. Холодная месть. Никакого геройства.
Выберите полку для книги