Подборка книг по тегу: "сестры"

"Ксюш, ты в порядке? Видела эфир?"
Следом Таня: "Боже, я не знаю, что сказать. Держись".
Потом ссылка. Еще одна. Третья.
Я нажала на первую, и телефон открыл приложение для стримов. Запись прямого эфира.
Превью замерло на кадре — я узнала свою спальню. Бежевые стены, картина над кроватью, которую мы с Ромой выбирали вместе. Счетчик просмотров мигал красной цифрой: 3247 зрителей онлайн. Трансляция завершена час назад. Длительность пятнадцать минут.
Пальцы задрожали, когда я нажала на воспроизведение.
Я смотрела, как моя сестра стонет в моей постели с моим мужем, а Рома шепчет ей что-то на ухо, и она кивает, кусая губу.
Пятнадцать минут. Каждая секунда записана, сохранена, разослана тысячам людей.
Комментарии под эфиром обновлялись в реальном времени.
"Боже, они забыли выключить камеру!"
"Это же ее сестра? Видела фотки в профиле"
— Ксюш... — сестра ворвалась в гостиную. — Господи, Ксюш, это не...
— Заткнись, — Рома перебил ее. — Ксюша, послушай, это случайно...

Меня убила родная сестра. Когда я открыла глаза, мне снова было восемнадцать.
На этот раз Иззи первой забирает алое яйцо — то самое, которое в прошлой жизни принесло мне славу, силу и смерть.
Мне остаётся чёрное.
Тусклое. Холодное. Бесполезное. Так думают все.
Кроме меня.
Потому что я помню: внутри спит существо, которое помнит времена, когда людей ещё не существовало. Оно голодно. Оно терпеливо.
И теперь оно моё. Проснись, Нюкс. Мама вернулась.

— Ты же не такая, — говорит муж и кладёт руку на плечо моей сестре.

Он прав. Не такая. Я та, кто всегда находит выход: врачей, деньги, работу, жильё. Для неё — с тех пор как за отцом закрылась дверь. И когда ей с младенцем на руках стало некуда идти, я открыла свою.

Теперь от меня ждут привычного. Понять. Оплатить. Подвинуться — старшая ведь всегда справится.

— С ней было легко, — объясняет муж. — Она меня ждала.

— Тебе легко, — бросает сестра. — У тебя всегда всё было.

Было. Ровно до того дня, когда я отдала ей ключи.

Я хирург. Могу вслепую пережать артерию и не дрогнуть, пока остальные паникуют. А вот как перестать быть удобной — не знаю. Как сказать «нет», если за твою руку держится ребёнок, которого ты растила как своего? И кем ты станешь, когда перестанешь спасать тех, кто тебя предал?

Они уверены, что я прощу. Я всегда прощала.

Каково это – родиться в богатой и знатной семье? "Прекрасно!" – наверняка ответит каждый. 

 Увы, мне не достались ни красота матери, ни редкий магический дар отца. С раннего детства любому обществу я предпочту садовый инвентарь, грядки и зачитанный до дыр справочник растений. 

Но время идёт, и вот я уже помеха на пути к блестящей партии своей младшей сестры. Что предпочесть: вынужденный брак или бегство? А может быть, существует третий путь? 

И лишь отправляясь в заброшенное поместье, отказавшись от своего положения, имени и даже дара, я поняла, что оставляю здесь единственного человека, к которому тянусь всем сердцем.
Я мечтаю о нашей встрече — и боюсь её так же сильно.

🔥одарённые аристократы;
🔥зельеварение;
🔥настоящий полковник.

❤️БЕСПЛАТНЫЙ РАССКАЗ В ЧЕСТЬ НАЧАЛА ОСЕНИ❤️
Мы не разговаривали 10 лет.
Съехались только на похороны матери — и остались ночевать в её доме. Одна ночь. Одна кухня. Пять женщин, которые десять лет считали, что хуже уже не будет.

— Костя лечит меня пятнадцать лет. Он сам покупает мне таблетки, сам пишет схему. Он говорит: Любаша, тебе нельзя, как всем. — Люб. А почему точно такой же пузырёк стоит у мамы в аптечке?

— Мне сказали, что он умер на вторые сутки. Мне не показали тело. — Надя, убери палец с экрана. Чей это мальчик?

— Он лежит три года. Я ухожу на работу, и через десять минут он встаёт.

— Я иногда просыпаюсь не дома. Артур говорит, что я много пью. Девочки, я не пью.

А потом я услышала собственный голос, который сказал вслух: мой муж живёт с моей дочерью.
В семь часов в калитку постучал мужчина. У него было мамино лицо. Это была мамина тайна..

Это та ночь, с которой начинаются все пять книг цикла «5 сестёр».

🖤Девочки, а вы бы простили сестру?

Моя младшая сестра разводится и получает дорогую квартиру. Я должна всего лишь оценить недвижимость перед ее переездом.

Но в идеально отремонтированной гостиной нахожу след работы, которой нет в документах.

И вспоминаю старое дело: та же подрядная компания, похожая переделка после приемки — и женщина, погибшая вскоре после развода.

Потом находится вторая.

И третья.

Три женщины. Три имущественных спора. Один подрядчик.

А Яна должна въехать в новую квартиру через несколько дней.

Чтобы понять, кто и зачем связывает разводы, дорогую недвижимость и чужие смерти, мне придется поднять старые дела, проследить деньги и выяснить, кому на самом деле выгоден развод моей сестры.

И делать это вместе с Тимофеем Неверовым — архитектором, которому я сначала не доверяю, а потом слишком часто хочу доверять.

Чем ближе мы к правде, тем яснее одно: кто-то очень хочет, чтобы Яна дошла до последней подписи.

И если я ошибусь, четвертой будет моя сестра.

Три года мы живём вместе в этой квартире. Три года - и ни разу, ни единого раза она не заметила! Смотрит - и не видит. Слушает - и не слышит. Как слепой котёнок, тычется мордочкой в стены и думает, что это край вселенной. Тридцать один год. Замужем. Считает себя мудрой женщиной, хозяйкой дома.
А она просто спит. Крепко-крепко спит.
Вспомнить хотя бы вчерашнее утро! Узкий коридор в ванную. Егор с полотенцем, я - следом, в шёлковом пеньюаре. Он не отходит, чтобы пропустить меня. О нет! Он прижимает меня бедром к стене - легко, почти незаметно. Его рука скользит по моей талии, сминает тонкую ткань, оставляет невидимый горячий след на коже!
Это длится один миг.
А Анна в это время стоит на кухне. Мешает кашу. Улыбается новому дню!

В семьях, где правят деньги, нет места слабости.

Рейвен Восс узнала это, когда переступила порог особняка своих биологических родителей. Её место уже было занято — Серафиной, идеальной, любимой, безжалостной.

Она отняла у Рейвен всё. Но Рейвен вернулась — с одним единственным оружием. Она слышит мысли Серафины. И она может переписывать их.

Серафина разрушила её жизнь. Теперь Рейвен заставит её разрушить свою собственную.

Я возвращаюсь с работы пораньше и слышу голос сестры у нас дома.
— Ну сколько еще ждать, Юра? — голос сестры капризный и требовательный. — Ты уже четыре месяца не можешь бросить ее. Четыре месяца, Юра!
— А что я ей скажу? — В его голосе слышна досада. — «Марта, я ухожу от тебя к твоей сестре»? Ты представляешь, что начнется?
— А что начнется? — Рита фыркает. — Поплачет и успокоится. Не маленькая. Юра, ты мужик или кто?
— Ты думаешь, это так просто?
— А что сложного? Она тебе не инвалид, не ребенок. Найдет себе кого-нибудь. Может, еще спасибо скажет.
Четыре месяца. Четыре месяца мой муж и моя сестра спят за моей спиной, а я в это время стираю его рубашки, готовлю ужин и жду его.
— Юра, я уже квартиру присмотрела в центре. Двушка, евроремонт, двадцать пятый этаж…
Я толкаю дверь. На кровати лежит Рита в моём халате. Юра сидит в одних трусах. Он бледнеет.
— Марта?
Рита улыбается:
— Ой, привет, сестрёнка. А мы тебя не ждали.

— Жалко Ваньку, — тяжело вздыхает отец.
— Светка на него такие надежды возлагала! — тут же подхватывает мать, всплеснув руками. — Машину только купила. А теперь что?
— Что-что… Ухаживать за ним будет!
— Сплюнь, идиот! — шипит та на отца. — Надеюсь, Светка не в тебя! Мне и Машки с головой хватило! Блаженная, ей богу.
— Чё ты несёшь, дура! Дочь родная, а ты её и в хвост, и в гриву...
Дальше не слушаю. В голове привычный шум, заглушающий их голоса. Нужно собраться с мыслями. Ваня. Да. Ваня вернулся. Живой и ладно. А остальное мы как-нибудь переживём.
Переживем ведь, Вань?