Подборка книг по тегу: "начальник и подчиненная"
Валерия: Три года назад я не могла даже подумать, что моя невинная ложь приведет к таким последствиям. И теперь я расплачиваюсь за свои ошибки. Он – мой начальник, мой первый мужчина, отец моей дочери. Вот только о последнем он не знает и даже не догадывается. Он ослеплен только своей местью. И что мне теперь делать?
Максим: Мой рыжий ангел—хранитель в веснушках…. Все это в прошлом. Только почему в первый год после этих событий я все время в толпе пытался найти копну рыжих волос? Да, я был в бешенстве, но очень скучал. А теперь я очень зол на нее, за то, что она так поступила со мной. Она за все заплатит. Еще и устроилась на работу в мою компанию.
Максим: Мой рыжий ангел—хранитель в веснушках…. Все это в прошлом. Только почему в первый год после этих событий я все время в толпе пытался найти копну рыжих волос? Да, я был в бешенстве, но очень скучал. А теперь я очень зол на нее, за то, что она так поступила со мной. Она за все заплатит. Еще и устроилась на работу в мою компанию.
— От чего отдыхать, Дмитрий Сергеевич? От ваших придирок, которые только подливают масла в огонь? От того, что весь офис перешёптывается у меня за спиной, обсуждая нашу командировку? Они уже всё решили — и осуждают меня за то, чего не было. А вы… вы ведёте себя как главный судья, который подтверждает все их догадки.
— Вы не в том месте и не с тем человеком делитесь своими эмоциональными проблемами. Если атмосфера в коллективе вас не устраивает, обратитесь в HR. Если мои профессиональные требования кажутся вам «придирками» — возможно, вам стоит задуматься о соответствии должности. А что касается командировки — я предлагаю нам обоим забыть её как дурной сон, не имеющий отношения к работе. Это последний раз, когда я это обсуждаю.
— Вы не в том месте и не с тем человеком делитесь своими эмоциональными проблемами. Если атмосфера в коллективе вас не устраивает, обратитесь в HR. Если мои профессиональные требования кажутся вам «придирками» — возможно, вам стоит задуматься о соответствии должности. А что касается командировки — я предлагаю нам обоим забыть её как дурной сон, не имеющий отношения к работе. Это последний раз, когда я это обсуждаю.
Пышка Марина попала на должность личной помощницы генерального случайно. Ей просто повезло. Возможно впервые в жизни.
А вот её новому начальнику, кажется, наоборот. Потому что она абсолютная катастрофа.
Бог с ними, испорченными документами, пропущенными встречами. Всё самое интересное началось, когда в ресторан вместо актрисы, которая должна была сыграть невесту босса перед его родителями, но неожиданно заболела, пришлось заявиться ей самой.
Ну а что? Когда-то она хотела стать актрисой, вот, кажется, и наступил её звёздный час. Только босс как-то притих, и смотрит так недобро...
#ХЭ
А вот её новому начальнику, кажется, наоборот. Потому что она абсолютная катастрофа.
Бог с ними, испорченными документами, пропущенными встречами. Всё самое интересное началось, когда в ресторан вместо актрисы, которая должна была сыграть невесту босса перед его родителями, но неожиданно заболела, пришлось заявиться ей самой.
Ну а что? Когда-то она хотела стать актрисой, вот, кажется, и наступил её звёздный час. Только босс как-то притих, и смотрит так недобро...
#ХЭ
Познакомьтесь с Радой — девушкой, у которой есть план. И этот план точно не включает в себя бурный служебный роман! Но судьба любит пошутить, и на горизонте появляется ОН — Антон, её новый босс, с которым у них уже было пикантное «мемасечное» прошлое.
Антон привык получать то, что хочет... И теперь Раде предстоит решить: остаться верной своим принципам или поддаться искушению и вступить в опасную игру с соблазнительным боссом?
Ведь, как известно, от любви до ненависти — один рабочий день… особенно если твой начальник — настоящий виртуоз, готовый на всё ради победы.
Антон привык получать то, что хочет... И теперь Раде предстоит решить: остаться верной своим принципам или поддаться искушению и вступить в опасную игру с соблазнительным боссом?
Ведь, как известно, от любви до ненависти — один рабочий день… особенно если твой начальник — настоящий виртуоз, готовый на всё ради победы.
Современная история Золушки. Вместо романтичного принца - властный наследник Лев. Золушка - горничная в его загородной усадьбе, Мария. Крёстная фея - домоуправительница Любовь. Вместо злой мачехи - злобный и жадный до денег отец. Толика юмора, капля ругани и море страсти! А перчинку истории добавят откровенные постельные сцены и захватывающая борьба между наследниками большого бизнеса.
***
- Я так понимаю, тебе всё равно на ком жениться? Лишь бы свадьба была поскорее? - Ты правильно понимаешь, Люб. – выплюнул зло Лев. Его ужасно злило, даже разрывало от злости на своего покойного деда, который загнал его в такие обстоятельства. – Значит так. Через два дня жди нас тут. В четыре часа подойдёт? Невеста будет. – уверенно констатировала Люба.
***
– Маша, заканчивай здесь возиться, ты едешь со мной!
– З-зачем? – спросила, боясь узнать ответ.
– Послезавтра ты выходишь замуж!
– Что? – переполошилась девушка, спрыгивая с неустойчивой мебели. – Как замуж? Вы не имеете права!
***
- Я так понимаю, тебе всё равно на ком жениться? Лишь бы свадьба была поскорее? - Ты правильно понимаешь, Люб. – выплюнул зло Лев. Его ужасно злило, даже разрывало от злости на своего покойного деда, который загнал его в такие обстоятельства. – Значит так. Через два дня жди нас тут. В четыре часа подойдёт? Невеста будет. – уверенно констатировала Люба.
***
– Маша, заканчивай здесь возиться, ты едешь со мной!
– З-зачем? – спросила, боясь узнать ответ.
– Послезавтра ты выходишь замуж!
– Что? – переполошилась девушка, спрыгивая с неустойчивой мебели. – Как замуж? Вы не имеете права!
— И чего это я в тебя такой влюблённый, Морковкина? — подшучиваю над своей рыженькой сотрудницей.
— Я вас приворожила, — выдаёт она с испуганными глазами.
— Что ты сделала?
— Приворожила. Совершенно случайно, честное слово. Я ж думала это несерьёзно всё. И вообще, это дочка придумала, — тараторит взволнованно.
— Мелкая морковка? — вспоминаю милую девчушку, с которой по воле случая провёл уик-энд в деревне, пока её мать в свой законный выходной коптела над годовым бюджетом моей корпорации, — вот это урожай.
— Простите, — лопочет смущённо.
— Ну что ты, всё складывается как нельзя лучше, — в голове тут же рождается план, — советую тебе себя ко мне тоже приворожить, Морковкина, потому что в ближайший год нам предстоит жить вместе.
— Я вас приворожила, — выдаёт она с испуганными глазами.
— Что ты сделала?
— Приворожила. Совершенно случайно, честное слово. Я ж думала это несерьёзно всё. И вообще, это дочка придумала, — тараторит взволнованно.
— Мелкая морковка? — вспоминаю милую девчушку, с которой по воле случая провёл уик-энд в деревне, пока её мать в свой законный выходной коптела над годовым бюджетом моей корпорации, — вот это урожай.
— Простите, — лопочет смущённо.
— Ну что ты, всё складывается как нельзя лучше, — в голове тут же рождается план, — советую тебе себя ко мне тоже приворожить, Морковкина, потому что в ближайший год нам предстоит жить вместе.
— Константин Игоревич, я от вас ухожу.
Слова, произнесённые в солнечном кабинете над морем, были твёрдыми и окончательными. Они разрезали воздух, наполненный запахом соли и благополучия, острее любого ножа.
Высокий, широкоплечий мужчина у окна обернулся. В его тёмных глазах — не было гнева, а лишь медленное недоумение, будто он услышал сообщение о крушении закона гравитации.
— Что? — прозвучало глухо. — Анна, хватит шутить.
Маленькая, темноволосая женщина в дверях не дрогнула. Её зелёные глаза, которые он когда-то в шутку назвал «эльфийскими», смотрели на него без привычной преданности. Только с усталой, выстраданной решимостью.
— Я не шучу. Я увольняюсь. Сегодня.
Он сделал шаг вперёд, и комната словно уменьшилась.
— Почему? — спросил он, и в его голосе зазвучали нотки того властного, уверенного в себе человека, каким он был давно. — Деньги? Назови сумму. Я удвою. Дети… они тебя обожают.
— Это не про деньги, Константин. И не только про детей, — её голос дрогнул, но не сломался.
Слова, произнесённые в солнечном кабинете над морем, были твёрдыми и окончательными. Они разрезали воздух, наполненный запахом соли и благополучия, острее любого ножа.
Высокий, широкоплечий мужчина у окна обернулся. В его тёмных глазах — не было гнева, а лишь медленное недоумение, будто он услышал сообщение о крушении закона гравитации.
— Что? — прозвучало глухо. — Анна, хватит шутить.
Маленькая, темноволосая женщина в дверях не дрогнула. Её зелёные глаза, которые он когда-то в шутку назвал «эльфийскими», смотрели на него без привычной преданности. Только с усталой, выстраданной решимостью.
— Я не шучу. Я увольняюсь. Сегодня.
Он сделал шаг вперёд, и комната словно уменьшилась.
— Почему? — спросил он, и в его голосе зазвучали нотки того властного, уверенного в себе человека, каким он был давно. — Деньги? Назови сумму. Я удвою. Дети… они тебя обожают.
— Это не про деньги, Константин. И не только про детей, — её голос дрогнул, но не сломался.
— Вы сегодня... ослепительны, — прозвучали наконец, сквозь стиснутые зубы слова комплимента, но голос был полон мрачной горечи.
— А вы... сегодня очень угрюмы, Алексей Викторович, — рискнула она.
Он на миг встретился с ней взглядом, и в его глазах бушевала буря.
— Угрюм? Возможно. Я сегодня совершил стратегическую ошибку. Дал себе послабление. Увлёкся... красивой перспективой. А хороший управленец знает: самая опасная ловушка — это желание того, что тебе не принадлежит и принадлежать не может.
Он сказал это прямо, без намёков, кружа её под грустные переливы саксофона. И каждое слово падало ей в душу тяжёлым, ясным грузом. Он говорил о ней. О них. О том, что было и чего не могло быть.
— Иногда, — прошептала она, глядя куда-то в область его воротника, — кажется, что единственное, что нам действительно принадлежит — это наши мечты. Даже если они... о чём-то недостижимом.
Он крутанул её, притянул чуть ближе на мгновение, и она почувствовала тепло его тела, запах дорогого
— А вы... сегодня очень угрюмы, Алексей Викторович, — рискнула она.
Он на миг встретился с ней взглядом, и в его глазах бушевала буря.
— Угрюм? Возможно. Я сегодня совершил стратегическую ошибку. Дал себе послабление. Увлёкся... красивой перспективой. А хороший управленец знает: самая опасная ловушка — это желание того, что тебе не принадлежит и принадлежать не может.
Он сказал это прямо, без намёков, кружа её под грустные переливы саксофона. И каждое слово падало ей в душу тяжёлым, ясным грузом. Он говорил о ней. О них. О том, что было и чего не могло быть.
— Иногда, — прошептала она, глядя куда-то в область его воротника, — кажется, что единственное, что нам действительно принадлежит — это наши мечты. Даже если они... о чём-то недостижимом.
Он крутанул её, притянул чуть ближе на мгновение, и она почувствовала тепло его тела, запах дорогого
Я нарушила все правила, влюбившись в Шамиля. Наш запретный роман был обречен, но я верила в чудо. Пока не наступил тот день, когда он назвал нас ошибкой. Он предложил мне деньги — щедрые отступные — и вычеркнул меня из своей жизни.
Теперь я бегу в никуда, спасая ту самую невидимую нить, что навсегда связывает меня с ним.
Нить, о которой он даже не подозревает
Он говорил о моей жизни, о моей карьере, о нашем с ним годе, как о неодушевленном активе, который нужно ликвидировать с минимальными потерями.
—Ты...просто откупаешься? — прошептала я, и внутри все оборвалось.
— Я обеспечиваю тебе мягкую посадку, — поправил он без тени смущения. — И даю тебе шанс забыть все это и построить нормальную жизнь. С мужчиной своего круга.
От этих слов стало физически больно, будто меня ударили в живот. Я схватилась за спинку кресла, чтобы не упасть.
— Ты просто… вычеркнешь меня? Как будто ничего и не было?
Теперь я бегу в никуда, спасая ту самую невидимую нить, что навсегда связывает меня с ним.
Нить, о которой он даже не подозревает
Он говорил о моей жизни, о моей карьере, о нашем с ним годе, как о неодушевленном активе, который нужно ликвидировать с минимальными потерями.
—Ты...просто откупаешься? — прошептала я, и внутри все оборвалось.
— Я обеспечиваю тебе мягкую посадку, — поправил он без тени смущения. — И даю тебе шанс забыть все это и построить нормальную жизнь. С мужчиной своего круга.
От этих слов стало физически больно, будто меня ударили в живот. Я схватилась за спинку кресла, чтобы не упасть.
— Ты просто… вычеркнешь меня? Как будто ничего и не было?
Отчаянная ложь во спасение. Холодный расчёт, давший трещину. И один Новый год, который изменит всё.
Ирина Кравченко отчаянно нуждается в работе и крыше над головой, любой ценой. У неё на руках двое малышей-близнецов, тайна, которую нельзя раскрыть, и злая тетя, готовящая донос в опеку. Её последняя надежда – это странное объявление о работе в загородном доме.
Виктор Савельев, успешный и циничный наследник бизнес-империи, нуждается в срочном «прикрытии». Чтобы получить полный контроль над компанией, ему нужно представить семью – иначе он проиграет брату.
Ирина Кравченко отчаянно нуждается в работе и крыше над головой, любой ценой. У неё на руках двое малышей-близнецов, тайна, которую нельзя раскрыть, и злая тетя, готовящая донос в опеку. Её последняя надежда – это странное объявление о работе в загородном доме.
Виктор Савельев, успешный и циничный наследник бизнес-империи, нуждается в срочном «прикрытии». Чтобы получить полный контроль над компанией, ему нужно представить семью – иначе он проиграет брату.
Выберите полку для книги
Подборка книг по тегу: начальник и подчиненная