Подборка книг по тегу: "спортсмены"
— Дан, на берегу договариваемся! — Макс больно сжал мое плечо. — Лика — моя единственная младшая сестра. Мать с меня шкуру спустит, если с неё хоть волос упадет. Так что хвост перед ней не распускать . Для тебя она — табу. Святая. Икона. Понял меня?
— Расслабься, — я хладнокровно стряхнул его руку и усмехнулся. — Твой домашний цветочек из провинции меня вообще не волнует. Пусть живет, лишь бы под ногами не путалась.
Час спустя я впервые увидел его сестру. И в эту же секунду понял, что я — наглый, самоуверенный лжец. Потому что больше всего на свете я захотел запереть дверь нашей квартиры изнутри, прижать эту девчонку к стене и сорвать с неё чертов белый топ.
— Расслабься, — я хладнокровно стряхнул его руку и усмехнулся. — Твой домашний цветочек из провинции меня вообще не волнует. Пусть живет, лишь бы под ногами не путалась.
Час спустя я впервые увидел его сестру. И в эту же секунду понял, что я — наглый, самоуверенный лжец. Потому что больше всего на свете я захотел запереть дверь нашей квартиры изнутри, прижать эту девчонку к стене и сорвать с неё чертов белый топ.
— Пять лет я ждал этого ребёнка — а ты угробила его за десять секунд. Вместе со своей чёртовой лошадью.
Я потеряла всё за один день. Падение на турнире, больница — и слова врача о ребёнке, о котором я не успела узнать. Мы ждали его пять лет.
Муж не стал меня утешать. Он подал на развод и ушёл к моей «подруге» по конюшне. А мою лошадь приказал усыпить. Завтра. В девять утра.
Он забрал дом, деньги и наше общее имя. Он уверен, что забрал всё.
Он поставил не на ту.
Я потеряла всё за один день. Падение на турнире, больница — и слова врача о ребёнке, о котором я не успела узнать. Мы ждали его пять лет.
Муж не стал меня утешать. Он подал на развод и ушёл к моей «подруге» по конюшне. А мою лошадь приказал усыпить. Завтра. В девять утра.
Он забрал дом, деньги и наше общее имя. Он уверен, что забрал всё.
Он поставил не на ту.
Больно кусаю его за щёку.
- Ты не имеешь права, Воронцов!
- Ауч!
Пару секунд он смотрит ошалело, потом вдруг улыбается. Дерзко и опасно.
- Доигралась,Сладкая. Ты сама развязываешь мне руки.
Я резко выдыхаю, но не отстраняюсь.
- Размечтался!
Он низко и гортанно смеётся.
- А ты запрети мне… Мечтать.
Его рука слегка сжимается на моей талии, подталкивая к машине.
- Без шуток, Милаш. Я тебя забираю. Прямо сейчас.
- Ты не имеешь права, Воронцов!
- Ауч!
Пару секунд он смотрит ошалело, потом вдруг улыбается. Дерзко и опасно.
- Доигралась,Сладкая. Ты сама развязываешь мне руки.
Я резко выдыхаю, но не отстраняюсь.
- Размечтался!
Он низко и гортанно смеётся.
- А ты запрети мне… Мечтать.
Его рука слегка сжимается на моей талии, подталкивая к машине.
- Без шуток, Милаш. Я тебя забираю. Прямо сейчас.
- Я всегда добиваюсь того, чего хочу! - нагло усмехнулся Артур.
- Да, да, помню. Ты крутой хоккеист, привык побеждать и ненавидишь поражения, - я даже не пыталась скрыть язвительный тон и насмешливую улыбку.
- Умница, память у тебя хорошая. Ну так что? К тебе или ко мне едем? – он собирался меня обнять, но я вывернулась и, тяжело дыша, отступила назад.
- Ты издеваешься, Дементьев? Руки от меня убери!
- Могу поспорить на что угодно, скоро сама ко мне прибежишь.
- Ошибаешься. Я не твоя фанатка, не люблю хоккей, ты мне совсем не интересен, а еще...
Он не дал договорить, все-таки обхватил меня обеими руками, крепко прижал к своему телу и, обжигая дыханием кожу, проговорил:
- А еще ты шикарно умеешь врать.
- Да, да, помню. Ты крутой хоккеист, привык побеждать и ненавидишь поражения, - я даже не пыталась скрыть язвительный тон и насмешливую улыбку.
- Умница, память у тебя хорошая. Ну так что? К тебе или ко мне едем? – он собирался меня обнять, но я вывернулась и, тяжело дыша, отступила назад.
- Ты издеваешься, Дементьев? Руки от меня убери!
- Могу поспорить на что угодно, скоро сама ко мне прибежишь.
- Ошибаешься. Я не твоя фанатка, не люблю хоккей, ты мне совсем не интересен, а еще...
Он не дал договорить, все-таки обхватил меня обеими руками, крепко прижал к своему телу и, обжигая дыханием кожу, проговорил:
- А еще ты шикарно умеешь врать.
Бывший пригласил меня на свою свадьбу, чтобы похвастаться идеальной невестой. А я не нашла ничего умнее, чем заявить, что тоже приду не одна — с женихом.
Ну, дело за малым: раздобыть жениха.
На эту роль неожиданно соглашается Глеб Вольгин — профессиональный боксер, красавчик и постоянный посетитель кафе, где я работаю. По версии окружающих, толстушке-простушке вроде меня никогда не заполучить такого мужчину.
Глеб может нокаутировать противника одним ударом.
И что делать, если я и сама уже в нокауте от того, насколько он горяч?!
Ну, дело за малым: раздобыть жениха.
На эту роль неожиданно соглашается Глеб Вольгин — профессиональный боксер, красавчик и постоянный посетитель кафе, где я работаю. По версии окружающих, толстушке-простушке вроде меня никогда не заполучить такого мужчину.
Глеб может нокаутировать противника одним ударом.
И что делать, если я и сама уже в нокауте от того, насколько он горяч?!
В мире большого спорта не пробиться на пьедестал победы без богатых спонсоров, это я давно поняла, отдав всё фигурному катанию. Для меня находится такой, но с одним условием – я должна стать девушкой его сына, безбашенного нападающего хоккейной команды, который не может жить без приключений на свою пятую точку. Но с первой нашей встречи я понимаю, что мы совершенно друг другу не подходим. Только ему на моё мнение глубоко плевать – есть цель, нет препятствий.
- Ты чего? Испугался?- отодвигает Дарина от меня стул.- Только при посторонних можешь изображать из себя альфа-самца и острить?
- Хочешь проверить?
- Уволь,- машет ручкой.
- Вот и отлично. Расслабься! Я не кусаюсь.
- Я не уверена. Ты так жадно смотрел на мою шею, что мне показалось, сейчас набросишься и высосешь всю кровь.
- Просто она у тебя красивая,- протягиваю руку погладить, но Дарина пытается попасть в неё вилкой, не разрешая прикасаться к себе.
- Не трогай!
- Зай, перестань ершиться. Обещаю, со мной будет весело.
- Ты чего? Испугался?- отодвигает Дарина от меня стул.- Только при посторонних можешь изображать из себя альфа-самца и острить?
- Хочешь проверить?
- Уволь,- машет ручкой.
- Вот и отлично. Расслабься! Я не кусаюсь.
- Я не уверена. Ты так жадно смотрел на мою шею, что мне показалось, сейчас набросишься и высосешь всю кровь.
- Просто она у тебя красивая,- протягиваю руку погладить, но Дарина пытается попасть в неё вилкой, не разрешая прикасаться к себе.
- Не трогай!
- Зай, перестань ершиться. Обещаю, со мной будет весело.
Самостоятельная история Стаса Бероева🔥 Всё, что связано с Бероевым, для меня изначально окрашено в алый. Мой персональный «Red флаг». Запрещающий. Орущий о возможной опасности. Всё! Начиная с первого взгляда и до прыжка в пропасть... Казалось, что это давно позади. Два года... Тысячи миль друг от друга. Разные континенты. Казалось... А щеки ощутимо пылают огнём и, если для всех я могу списать это на ветер... Берс усмехнётся и этому не поверит. Знает. Помнит. Что на меня так влияет лишь он.
💔
Всё началось с глупой улыбки.
Она — сестра друга. Первокурсница, которую он не смог упустить из вида.
Ника — девчонка, что когда-то считала его единственным и неповторимым, а он — занёс её в свой список на 101 Победу.
Но именно она смогла обжечь его сердце своими слезами; оставила на душе слишком глубокие раны.
Возможно ли отмотать всё назад...? Способен ли он оспорить выписанное решение?
Ведь для неё Берс — беспрекословное Табу. Как бы ни было больно…
Они бывшие. Такие далёкие близки
💔
Всё началось с глупой улыбки.
Она — сестра друга. Первокурсница, которую он не смог упустить из вида.
Ника — девчонка, что когда-то считала его единственным и неповторимым, а он — занёс её в свой список на 101 Победу.
Но именно она смогла обжечь его сердце своими слезами; оставила на душе слишком глубокие раны.
Возможно ли отмотать всё назад...? Способен ли он оспорить выписанное решение?
Ведь для неё Берс — беспрекословное Табу. Как бы ни было больно…
Они бывшие. Такие далёкие близки
Шесть недель до титульного боя, и я подписываю допуск, с которым не согласна.
Мне за это платят ровно столько, сколько стоит аренда помещения, которое я собиралась открыть семь лет.
Через двадцать минут я нахожу в его медкарте пробел в девять месяцев. Через две недели узнаю, что стоит за этим пробелом. И что снимок он не покажет никому. Включая меня.
Он выйдет в клетку так или иначе.
Вопрос только в том, чья подпись будет стоять под его рукой.
18+. Жестко, откровенно и без пощады.
🥊 ММА, титульный бой, зал, клетка, катмен, который запрещает произносить слово «травма»
🩺 служебный роман по всем правилам: она его врач, он ее пациент, и оба знают, чем это пахнет для лицензии
💋 поцелуи, от которых уезжает кушетка и не только она
🤐 тайна, которую знает читатель и не знает героиня
👊 соперник, который отказывается бить в слабое место, и этим унижает сильнее удара
🎭 антагонист, который десять лет содержал героя, и это чистая правда
Мне за это платят ровно столько, сколько стоит аренда помещения, которое я собиралась открыть семь лет.
Через двадцать минут я нахожу в его медкарте пробел в девять месяцев. Через две недели узнаю, что стоит за этим пробелом. И что снимок он не покажет никому. Включая меня.
Он выйдет в клетку так или иначе.
Вопрос только в том, чья подпись будет стоять под его рукой.
18+. Жестко, откровенно и без пощады.
🥊 ММА, титульный бой, зал, клетка, катмен, который запрещает произносить слово «травма»
🩺 служебный роман по всем правилам: она его врач, он ее пациент, и оба знают, чем это пахнет для лицензии
💋 поцелуи, от которых уезжает кушетка и не только она
🤐 тайна, которую знает читатель и не знает героиня
👊 соперник, который отказывается бить в слабое место, и этим унижает сильнее удара
🎭 антагонист, который десять лет содержал героя, и это чистая правда
— Извини меня за эту ночь.
— В смысле «извини»?
— Просто извини за то, что не сдержался. С Варей не клеится, а тут ты рядом. Такая красивая и родная. Саш, прости. И Варе не говори, что я так накосячил. Попробую помириться.
— Накосячил? Помириться?! — кричу на него.
— Саш, ты клёвая, но я...
— Замолчи! Не смей. Нет. Пожалуйста. Не говори, что жалеешь. Не говори, что это конец, Клим. Я прошу тебя…
Он отворачивается и убивает меня словами:
— Я вызову такси. Прости, Саш. Я не могу дать тебе то, что ты хочешь.
— Ты выбираешь её? Что ты молчишь? Не молчи, Клим! Ее, да?!
На мгновение мне показалось, что у него тоже чувства. А это случайность. И вина в его глазах причиняет адскую боль. Наша близость все разрушила.
Кто мы теперь друг другу?
— В смысле «извини»?
— Просто извини за то, что не сдержался. С Варей не клеится, а тут ты рядом. Такая красивая и родная. Саш, прости. И Варе не говори, что я так накосячил. Попробую помириться.
— Накосячил? Помириться?! — кричу на него.
— Саш, ты клёвая, но я...
— Замолчи! Не смей. Нет. Пожалуйста. Не говори, что жалеешь. Не говори, что это конец, Клим. Я прошу тебя…
Он отворачивается и убивает меня словами:
— Я вызову такси. Прости, Саш. Я не могу дать тебе то, что ты хочешь.
— Ты выбираешь её? Что ты молчишь? Не молчи, Клим! Ее, да?!
На мгновение мне показалось, что у него тоже чувства. А это случайность. И вина в его глазах причиняет адскую боль. Наша близость все разрушила.
Кто мы теперь друг другу?
Чтобы заработать денег, я устроилась сиделкой к спортсмену, получившему серьезную травму. В считанные дни я превратилась из квалифицированного врача в нянечку, повара, уборщицу, собутыльника и объект сексуальных нападок со стороны пациента. Красивый молодой мужчина с невыносимым характером оказался мужланом и грубияном, которого мне хочется прибить по сто раз на дню. Но история не об этом.
Выберите полку для книги