Книги по тегу «любовница»: ""
Мир Насти рухнул за несколько секунд. Измена мужа, о которой она даже не догадывалась, оказалась правдой. Но настоящий удар ждал её впереди — когда она потребовала объяснений.
— Я женился на тебе из-за денег твоего отца, — сказал он, глядя на неё с холодной злобой. — Ты была просто трамплином. Страшной, скучной бабой, через которую можно было прыгнуть в нормальную жизнь. Я терпел тебя семь лет. Каждую ночь я притворялся, что мне не противно прикасаться к тебе.
— Ты — ничто без меня, — бросил он напоследок и ушёл к другой.
Как можно жить дальше, когда мужчина, которому ты верила, говорит тебе: Ты — просто привычка. Приложение к моей жизни. Мебель, которую я терпел.
Как пережить предательство и потерю всего, что дорого?
Настя осталась одна. С сыном. С разбитым сердцем. И с одним единственным желанием — выжить.
— Я женился на тебе из-за денег твоего отца, — сказал он, глядя на неё с холодной злобой. — Ты была просто трамплином. Страшной, скучной бабой, через которую можно было прыгнуть в нормальную жизнь. Я терпел тебя семь лет. Каждую ночь я притворялся, что мне не противно прикасаться к тебе.
— Ты — ничто без меня, — бросил он напоследок и ушёл к другой.
Как можно жить дальше, когда мужчина, которому ты верила, говорит тебе: Ты — просто привычка. Приложение к моей жизни. Мебель, которую я терпел.
Как пережить предательство и потерю всего, что дорого?
Настя осталась одна. С сыном. С разбитым сердцем. И с одним единственным желанием — выжить.
БЕСПЛАТНО
— Ты уже покупателя нашёл?
Муж спокойно кладёт передо мной документы на продажу моей мастерской.
Полковник Арсений Зорин уверен: скоро его переведут в Москву, и семья должна ехать за ним.
Как всегда.
Только я ничего продавать не собиралась.
А потом дочь присылает случайную фотографию из кафе.
На заднем плане мой муж держит за руку другую женщину.
Очень скоро выясняется: у Арсения есть не только любовница. Есть квартира, планы и вторая версия нашей семейной жизни, о которой я почему-то узнаю последней.
— Ты уже покупателя нашёл?
Муж спокойно кладёт передо мной документы на продажу моей мастерской.
Полковник Арсений Зорин уверен: скоро его переведут в Москву, и семья должна ехать за ним.
Как всегда.
Только я ничего продавать не собиралась.
А потом дочь присылает случайную фотографию из кафе.
На заднем плане мой муж держит за руку другую женщину.
Очень скоро выясняется: у Арсения есть не только любовница. Есть квартира, планы и вторая версия нашей семейной жизни, о которой я почему-то узнаю последней.
— Ты слышала? Генерал вернулся.
— Видела. И не один. Молодую привёз.
Я всё услышала первой. От соседей. А вечером он подтвердил сам.
— Я ухожу от тебя. Она будет со мной.
— А мы? Дети?
— Я вас обеспечу.
Двадцать лет брака он перечеркнул одним спокойным голосом. Привёл любовницу в наш город, в наш дом, к нашим детям. Думал, я смолчу — ради погон, ради статуса, ради удобства.
Он ошибся.
Я не уйду тихо. И не позволю использовать моих детей как инструмент.
Генерал решил начать войну в семье, но он ещё не знает, на что способна женщина, которую предали.
***
Все герои и события в этом произведении вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми, именами или обстоятельствами случайны. Сюжет является фантазией автора и не является руководством к действию.
— Видела. И не один. Молодую привёз.
Я всё услышала первой. От соседей. А вечером он подтвердил сам.
— Я ухожу от тебя. Она будет со мной.
— А мы? Дети?
— Я вас обеспечу.
Двадцать лет брака он перечеркнул одним спокойным голосом. Привёл любовницу в наш город, в наш дом, к нашим детям. Думал, я смолчу — ради погон, ради статуса, ради удобства.
Он ошибся.
Я не уйду тихо. И не позволю использовать моих детей как инструмент.
Генерал решил начать войну в семье, но он ещё не знает, на что способна женщина, которую предали.
***
Все герои и события в этом произведении вымышлены. Любые совпадения с реальными людьми, именами или обстоятельствами случайны. Сюжет является фантазией автора и не является руководством к действию.
— Ты правда прятал её в гостинице? — спрашиваю, глядя на мужа.
— Нина, не устраивай сцену.
— Она беременна от тебя. Какая тут сцена?
— Значит, веди себя разумно. Иначе Семён будет жить со мной.
Пятнадцать лет я была женой офицера. Ждала, терпела, держала дом, сына и его безупречную репутацию. А потом узнала, что муж восемь месяцев снимал квартиру моей подруге, ждал от неё ребёнка и уже готовил для меня отказ от квартиры, а для сына — перевод подальше от дома. Только он плохо знал женщину, которую привык считать удобной. Я не отдам ему ни сына, ни дом. И если он решил начать войну, я закончу её так, что весь гарнизон запомнит.
— Нина, не устраивай сцену.
— Она беременна от тебя. Какая тут сцена?
— Значит, веди себя разумно. Иначе Семён будет жить со мной.
Пятнадцать лет я была женой офицера. Ждала, терпела, держала дом, сына и его безупречную репутацию. А потом узнала, что муж восемь месяцев снимал квартиру моей подруге, ждал от неё ребёнка и уже готовил для меня отказ от квартиры, а для сына — перевод подальше от дома. Только он плохо знал женщину, которую привык считать удобной. Я не отдам ему ни сына, ни дом. И если он решил начать войну, я закончу её так, что весь гарнизон запомнит.
— Спроси Матвея, почему вчера он был у меня до полуночи. И не верь, если скажет, что мы говорили только о Соне.
Сообщение приходит от женщины, которую мой муж скрывал от меня пятнадцать лет.
Влада — биологическая мать нашей шестнадцатилетней дочери.
Когда-то у неё был роман с Матвеем. Когда родилась Соня, он даже не был уверен, что ребёнок не его.
Я узнаю об этом только сейчас.
Но старая тайна оказывается не самой страшной.
Пока Матвей объясняет свои встречи заботой о дочери, Влада знает совсем другую правду о последних двух месяцах.
И на этот раз прошлым прикрыться уже не получится.
Потому что семейная тайна моего мужа давно перестала быть только прошлым.
Сообщение приходит от женщины, которую мой муж скрывал от меня пятнадцать лет.
Влада — биологическая мать нашей шестнадцатилетней дочери.
Когда-то у неё был роман с Матвеем. Когда родилась Соня, он даже не был уверен, что ребёнок не его.
Я узнаю об этом только сейчас.
Но старая тайна оказывается не самой страшной.
Пока Матвей объясняет свои встречи заботой о дочери, Влада знает совсем другую правду о последних двух месяцах.
И на этот раз прошлым прикрыться уже не получится.
Потому что семейная тайна моего мужа давно перестала быть только прошлым.
Я вышла на улицу и услышала шёпот мужа.
— ...да, малыш, я помню. Ты же знаешь, я сорвусь как только смогу... — сказал он мягким, почти мурлыкающим голосом. — Нет, она ничего не знает. Всё под контролем.
Я стояла в темноте, слушала и не могла поверить, что у моего мужа есть другая женщина. Двадцать лет брака. Двое детей. Общий дом. Общий бизнес. И вдруг — всё это рассыпалось в прах за несколько секунд.
Я прижала ладонь ко рту, чтобы не выдать себя всхлипом. А он продолжал говорить — той интонацией, которую я не слышала уже много лет.
— Ты моя девочка. Я тоже скучаю. Безумно.
Он закончил разговор и пошёл к дому, насвистывая что-то попсовое. А я стояла и смотрела ему вслед, чувствуя, как внутри рушится всё, что я считала своей жизнью.
В тот вечер я поняла: предательство не всегда приходит с грохотом. Иногда оно звучит как тихий шёпот в ночи.
— ...да, малыш, я помню. Ты же знаешь, я сорвусь как только смогу... — сказал он мягким, почти мурлыкающим голосом. — Нет, она ничего не знает. Всё под контролем.
Я стояла в темноте, слушала и не могла поверить, что у моего мужа есть другая женщина. Двадцать лет брака. Двое детей. Общий дом. Общий бизнес. И вдруг — всё это рассыпалось в прах за несколько секунд.
Я прижала ладонь ко рту, чтобы не выдать себя всхлипом. А он продолжал говорить — той интонацией, которую я не слышала уже много лет.
— Ты моя девочка. Я тоже скучаю. Безумно.
Он закончил разговор и пошёл к дому, насвистывая что-то попсовое. А я стояла и смотрела ему вслед, чувствуя, как внутри рушится всё, что я считала своей жизнью.
В тот вечер я поняла: предательство не всегда приходит с грохотом. Иногда оно звучит как тихий шёпот в ночи.
— Девушка, мне нужно квартиру зарегистрировать. Мы с будущим мужем купили.
Я открываю договор.
Её будущий муж — мой нынешний.
Заодно выясняется, что на их новую квартиру ушли наши общие деньги.
Вот и верь после этого людям. Особенно тем, кому восемнадцать лет складывала котлеты в контейнер и напоминала надеть шапку.
Муж получит развод. А мне — новый объект, капитальный ремонт и Арсений Грачёв, который почему-то уверен, что командовать мной у него получится лучше.
Я открываю договор.
Её будущий муж — мой нынешний.
Заодно выясняется, что на их новую квартиру ушли наши общие деньги.
Вот и верь после этого людям. Особенно тем, кому восемнадцать лет складывала котлеты в контейнер и напоминала надеть шапку.
Муж получит развод. А мне — новый объект, капитальный ремонт и Арсений Грачёв, который почему-то уверен, что командовать мной у него получится лучше.
— Когда?
Муж смотрит на фотографию, где целует другую женщину, и даже не спрашивает, о чём я.
— Несколько месяцев назад.
Родион Бельский — подполковник, отец моих детей и человек, с которым я прожила двадцать лет. Его роман давно закончился. Он сам ушёл от любовницы и вернулся в семью.
Казалось бы, прошлое.
Только для меня оно начинается сегодня.
Пока я ухаживала за тяжело больной матерью, муж четыре месяца жил другой жизнью. Потом вернулся, праздновал со мной годовщину, растил детей и молчал.
Но самое страшное я узнаю позже.
Правду о его измене раньше меня знал наш семнадцатилетний сын.
И именно муж попросил его ничего мне не говорить.
Теперь мне придётся решить, что страшнее: сама измена или жизнь рядом с человеком, который однажды сделал собственного сына хранителем своей лжи.
Муж смотрит на фотографию, где целует другую женщину, и даже не спрашивает, о чём я.
— Несколько месяцев назад.
Родион Бельский — подполковник, отец моих детей и человек, с которым я прожила двадцать лет. Его роман давно закончился. Он сам ушёл от любовницы и вернулся в семью.
Казалось бы, прошлое.
Только для меня оно начинается сегодня.
Пока я ухаживала за тяжело больной матерью, муж четыре месяца жил другой жизнью. Потом вернулся, праздновал со мной годовщину, растил детей и молчал.
Но самое страшное я узнаю позже.
Правду о его измене раньше меня знал наш семнадцатилетний сын.
И именно муж попросил его ничего мне не говорить.
Теперь мне придётся решить, что страшнее: сама измена или жизнь рядом с человеком, который однажды сделал собственного сына хранителем своей лжи.
- Вероника, дыши, - сжимаю ее холодные пальцы, пытаясь успокоить. - Что случилось? Говори. Я всегда помогу.
Она отводит глаза, и по спине пробегает холодок.
- Вряд ли, - всхлипывает. - Я беременна.
В голове пустота. Автоматически, еще не осознав, выпаливаю:
- Поздравляю.
И тут же спотыкаюсь о собственную глупость: кого и с чем?
Она не замужем, постоянного партнера не имеет, последние месяцы жаловалась, что безумно одинока.
- Стой. От кого? Ты же…
Мой вопрос обрывается, когда замечаю, как губы подруги растягиваются в уродливой ухмылке.
- Малыш от твоего мужа, - бросает с вызовом. - Или… сына. Я еще не уверена. Придется делать ДНК-тест.
Она отводит глаза, и по спине пробегает холодок.
- Вряд ли, - всхлипывает. - Я беременна.
В голове пустота. Автоматически, еще не осознав, выпаливаю:
- Поздравляю.
И тут же спотыкаюсь о собственную глупость: кого и с чем?
Она не замужем, постоянного партнера не имеет, последние месяцы жаловалась, что безумно одинока.
- Стой. От кого? Ты же…
Мой вопрос обрывается, когда замечаю, как губы подруги растягиваются в уродливой ухмылке.
- Малыш от твоего мужа, - бросает с вызовом. - Или… сына. Я еще не уверена. Придется делать ДНК-тест.
— Марина Сергеевна, вы знаете, что назначение в карте пациента внесли под вашим логином? — спрашивает главный врач, не поднимая глаз от распечатки.
Я холодею.
— В это время я оперировала ребёнка после ДТП.
Муж стоит рядом. Спокойный. Собранный. Слишком спокойный для человека, который ещё вчера целовал меня на кухне при детях.
— Проверка разберётся, — произносит Илья ровно. — А пока тебе лучше отойти от операций.
— Ты правда решил повесить это на меня?
Он смотрит на меня так, будто я уже стала для него чужой.
— Я решил начать новую жизнь, Марина. Без тебя.
Я пришла к мужу с новостью о беременности, а застала его с другой женщиной. Думала, больнее быть уже не может. Ошиблась. На следующий день меня отстранили от операций из-за чужой ошибки, которую кто-то очень аккуратно подставил под моё имя. Теперь у меня есть дети, тайна под сердцем, работа, которую пытаются отнять, и предатель, уверенный, что я сломаюсь. Но хирург не бросает пациента на столе. И свою жизнь я спасу.
Я холодею.
— В это время я оперировала ребёнка после ДТП.
Муж стоит рядом. Спокойный. Собранный. Слишком спокойный для человека, который ещё вчера целовал меня на кухне при детях.
— Проверка разберётся, — произносит Илья ровно. — А пока тебе лучше отойти от операций.
— Ты правда решил повесить это на меня?
Он смотрит на меня так, будто я уже стала для него чужой.
— Я решил начать новую жизнь, Марина. Без тебя.
Я пришла к мужу с новостью о беременности, а застала его с другой женщиной. Думала, больнее быть уже не может. Ошиблась. На следующий день меня отстранили от операций из-за чужой ошибки, которую кто-то очень аккуратно подставил под моё имя. Теперь у меня есть дети, тайна под сердцем, работа, которую пытаются отнять, и предатель, уверенный, что я сломаюсь. Но хирург не бросает пациента на столе. И свою жизнь я спасу.
Выберите полку для книги