Книги по тегу «развод»: ""
«Твой муж в банном комплексе с любовницей. Приезжай, посмотри, на кого тебя променяли, генеральша».
Так жизнь раскалывается пополам. Делиться на «до» и «после». Каждая женщина уверена – у меня так не будет. Мой муж верный и преданный и он меня любит. Так же думала я. Увы, Просчиталась.
И генеральшей для моего любимого когда-то лейтенанта стала другая.
Прошло долгих четыре года. Отболело всё, прошло, отпустило.
А потом позвонила дочь.
- Мам, папа в госпитале. Тяжелая контузия, приезжай, пожалуйста!
Куда я должна приехать? У него давно другая жена, сына ему родила, а я….
- Женя, ты с ума сошла? Какая жена? Ты моя жена, я тебя люблю и любил всегда. Только тебя!
Так жизнь раскалывается пополам. Делиться на «до» и «после». Каждая женщина уверена – у меня так не будет. Мой муж верный и преданный и он меня любит. Так же думала я. Увы, Просчиталась.
И генеральшей для моего любимого когда-то лейтенанта стала другая.
Прошло долгих четыре года. Отболело всё, прошло, отпустило.
А потом позвонила дочь.
- Мам, папа в госпитале. Тяжелая контузия, приезжай, пожалуйста!
Куда я должна приехать? У него давно другая жена, сына ему родила, а я….
- Женя, ты с ума сошла? Какая жена? Ты моя жена, я тебя люблю и любил всегда. Только тебя!
Измену я бы пережила. Женщины переживают и не такое.
Но муж выбрал не просто другую. Он выбрал классную руководительницу нашей дочери — и сделал так, что за его ложь расплачивается ребёнок.
Я директор школы, где работает его женщина. Когда-то я сама её приняла. А теперь не имею права подписать ей даже заявление на отгул.
Для родителей она лучший учитель, а я — директриса, которая мстит из ревности. Муж спокоен — он вообще никогда не кричит. Он уверен, что ради карьеры я промолчу. А дочь, кажется, перестаёт верить даже мне.
Между проверками и разводом в моей жизни появляется человек, который ничего не обещает. Просто звонит утром, если не сможет прийти вечером.
Я умею воевать по правилам. Теперь нужно выиграть так, чтобы дочь снова поверила: правду можно говорить вслух.
В тексте есть: измена, развод, сильная героиня, дочь-подросток, новая любовь, ХЭ
Но муж выбрал не просто другую. Он выбрал классную руководительницу нашей дочери — и сделал так, что за его ложь расплачивается ребёнок.
Я директор школы, где работает его женщина. Когда-то я сама её приняла. А теперь не имею права подписать ей даже заявление на отгул.
Для родителей она лучший учитель, а я — директриса, которая мстит из ревности. Муж спокоен — он вообще никогда не кричит. Он уверен, что ради карьеры я промолчу. А дочь, кажется, перестаёт верить даже мне.
Между проверками и разводом в моей жизни появляется человек, который ничего не обещает. Просто звонит утром, если не сможет прийти вечером.
Я умею воевать по правилам. Теперь нужно выиграть так, чтобы дочь снова поверила: правду можно говорить вслух.
В тексте есть: измена, развод, сильная героиня, дочь-подросток, новая любовь, ХЭ
— Ты готова разрушить двадцать лет брака из-за одной ошибки?
— Из-за одной? — я положила перед ним банковские выписки. — Тогда помоги мне понять, что именно здесь ошибка: любовница, тайная компания или деньги, которые ты собирался у меня забрать?
— Я могу всё объяснить.
— Начни с того, почему в твоих планах на будущее для жены остались только долги.
Я привыкла считать Антона не только мужем, но и человеком, которому могла доверить семью, бизнес и собственную жизнь. Однако случайно найденная запись открыла правду: измена была лишь частью его предательства. Он собирался отнять всё, что я создавала годами.
Антон уверен, что я побоюсь скандала и останусь с ним ради дочери. Но это не так... Я защищу себя, раскрою его махинации и начну новую жизнь. Тем более рядом неожиданно появился тот, кто когда-то уже заставлял моё сердце биться быстрее…
— Из-за одной? — я положила перед ним банковские выписки. — Тогда помоги мне понять, что именно здесь ошибка: любовница, тайная компания или деньги, которые ты собирался у меня забрать?
— Я могу всё объяснить.
— Начни с того, почему в твоих планах на будущее для жены остались только долги.
Я привыкла считать Антона не только мужем, но и человеком, которому могла доверить семью, бизнес и собственную жизнь. Однако случайно найденная запись открыла правду: измена была лишь частью его предательства. Он собирался отнять всё, что я создавала годами.
Антон уверен, что я побоюсь скандала и останусь с ним ради дочери. Но это не так... Я защищу себя, раскрою его махинации и начну новую жизнь. Тем более рядом неожиданно появился тот, кто когда-то уже заставлял моё сердце биться быстрее…
— Сливки, масло — восемьсот двенадцать, — свекровь ведет ручкой по строчке. — Шесть яиц — шестьдесят шесть. Свечи — сорок девять. Девятьсот шестьдесят семь рублей, Ксения. Торт — в мусор.
— Вы не спросили, что я видела.
— А что ты видела? Мужчина работает до ночи. Сотрудница у него сидит. Ты свечку держала?
— Свечку я купила. За сорок девять рублей. Вы вычли.
Я испекла мужу торт на день рождения и отнесла его в зал, где застала Рому с менеджером Кристиной. Торт я выбросила в урну, а дома меня уже ждала свекровь с тетрадью. В этой тетради одиннадцать лет записан каждый мой второй пакетик чая, каждая минута в душе сверх семи и каждый час ночника, при котором я рисовала кухни для семейного цеха. Бесплатно. А все, что я зарабатывала на стороне, уходило „в котел“ — на квартиру для нас с Ромой
Только квартира так и не стала нашей: свекровь тихо переписала ее на любимую дочь. Мужа у меня тоже больше нет. А у Зои Михайловны есть тетрадь.
— Вы не спросили, что я видела.
— А что ты видела? Мужчина работает до ночи. Сотрудница у него сидит. Ты свечку держала?
— Свечку я купила. За сорок девять рублей. Вы вычли.
Я испекла мужу торт на день рождения и отнесла его в зал, где застала Рому с менеджером Кристиной. Торт я выбросила в урну, а дома меня уже ждала свекровь с тетрадью. В этой тетради одиннадцать лет записан каждый мой второй пакетик чая, каждая минута в душе сверх семи и каждый час ночника, при котором я рисовала кухни для семейного цеха. Бесплатно. А все, что я зарабатывала на стороне, уходило „в котел“ — на квартиру для нас с Ромой
Только квартира так и не стала нашей: свекровь тихо переписала ее на любимую дочь. Мужа у меня тоже больше нет. А у Зои Михайловны есть тетрадь.
Я везу мужу белую коробочку с пинетками. Восемь недель — после трёх больниц. Открываю дверь кабинета, а на коленях у Тимофея сидит ассистентка. На её пальце горит мой бриллиант.
— Полгода, — бросает он и отворачивается к окну. — Полина беременна. Давай без развода, без адвокатов. Я же мужчина, мне нужен сын!
— А может, это девочка? — шепчу я.
— Мальчик! Мой наследник, Таня. Наконец-то!
На юбилее нашей компании Полина ловит меня у мраморной лестницы.
— Тимоша мой. И я рожу ему сына, которого ты так и не смогла ему родить.
Пальцы на перилах белеют.
— Только кольцо у тебя на пальце моё, — говорю я.
Она подносит руку к лицу и любуется камнем в свете люстры.
— Перебьёшься. Теперь я здесь хозяйка всего. И кольца, и дома, и шубы твоей.
Пусть любуется. Я выношу своего малыша. Тимофей ещё пожалеет о своём «наконец-то». А я заберу своё и буду счастлива.
Посмотрим, чья возьмёт!
— Полгода, — бросает он и отворачивается к окну. — Полина беременна. Давай без развода, без адвокатов. Я же мужчина, мне нужен сын!
— А может, это девочка? — шепчу я.
— Мальчик! Мой наследник, Таня. Наконец-то!
На юбилее нашей компании Полина ловит меня у мраморной лестницы.
— Тимоша мой. И я рожу ему сына, которого ты так и не смогла ему родить.
Пальцы на перилах белеют.
— Только кольцо у тебя на пальце моё, — говорю я.
Она подносит руку к лицу и любуется камнем в свете люстры.
— Перебьёшься. Теперь я здесь хозяйка всего. И кольца, и дома, и шубы твоей.
Пусть любуется. Я выношу своего малыша. Тимофей ещё пожалеет о своём «наконец-то». А я заберу своё и буду счастлива.
Посмотрим, чья возьмёт!
ВЫЛОЖЕН ПОЛНЫЙ ТЕКСТ! 🔥
— Избавься от него до пятницы.
— Повтори, — говорю я.
Муж смотрит мне прямо в глаза. Ни одна жилка не дрогнула.
— Ты слышала.
— Я час назад слушала его сердце на УЗИ. Я свечи зажгла. Утку твою любимую… А ты говоришь мне — вот это?
— Да.
— Это твой ребёнок, Максим.
— Мой. — Он усмехается. — Смело. Даже для тебя.
— Что это значит?..
— Это значит, что десять лет назад врачи вынесли мне приговор. Бесплодие. Полное. У меня не может быть детей, Злата. А у тебя, выходит, могут. Вопрос — от кого?
— Избавься от него до пятницы.
— Повтори, — говорю я.
Муж смотрит мне прямо в глаза. Ни одна жилка не дрогнула.
— Ты слышала.
— Я час назад слушала его сердце на УЗИ. Я свечи зажгла. Утку твою любимую… А ты говоришь мне — вот это?
— Да.
— Это твой ребёнок, Максим.
— Мой. — Он усмехается. — Смело. Даже для тебя.
— Что это значит?..
— Это значит, что десять лет назад врачи вынесли мне приговор. Бесплодие. Полное. У меня не может быть детей, Злата. А у тебя, выходит, могут. Вопрос — от кого?
— Как давно вы спали за моей спиной? Месяц? Год? Больше?
— Ты сама позволила себя обмануть. Постоянно приводила свою подругу к нам домой, позволяла остаться на ночь. Я — молодой, здоровый мужик. Долго сопротивляться было невозможно.
— Ты говоришь так, будто я подложила тебе её в постель!
— Не стоило так близко подпускать Аню ко мне. Ты дразнила меня, словно на прочность проверяла. И да, я оказался не железным.
— Я не дразнила тебя, просто была уверена, что ты способен хранить мне верность.
— Не способен, — скалится муж. — Убедилась? А теперь давай сделаем так: в ближайшие сутки ты освободишь жилплощадь для моего будущего ребёнка.
— А если я не захочу уходить?
— Как хочешь, — Егор пожимает плечами. — В нашем доме всем места хватит. Раз уж ты так хочешь наблюдать за тем, как растёт и развивается наш с Аней ребёнок, то пожалуйста. Можешь даже нянькой ему стать. Ты же хотела детей.
— Ты сама позволила себя обмануть. Постоянно приводила свою подругу к нам домой, позволяла остаться на ночь. Я — молодой, здоровый мужик. Долго сопротивляться было невозможно.
— Ты говоришь так, будто я подложила тебе её в постель!
— Не стоило так близко подпускать Аню ко мне. Ты дразнила меня, словно на прочность проверяла. И да, я оказался не железным.
— Я не дразнила тебя, просто была уверена, что ты способен хранить мне верность.
— Не способен, — скалится муж. — Убедилась? А теперь давай сделаем так: в ближайшие сутки ты освободишь жилплощадь для моего будущего ребёнка.
— А если я не захочу уходить?
— Как хочешь, — Егор пожимает плечами. — В нашем доме всем места хватит. Раз уж ты так хочешь наблюдать за тем, как растёт и развивается наш с Аней ребёнок, то пожалуйста. Можешь даже нянькой ему стать. Ты же хотела детей.
(2203)
– Ваш муж изменяет вам – говорит мне коллега. – Это неудивительно, Илья Борисович мужчина видный, статный. К тому же он хирург и владелец медицинского центра. Такие рано или поздно заводят любовницу, а то и двух…
Что за бред? Мы женаты двадцать лет, и за все годы мой муж ни разу не дал мне ни одного повода усомниться в его верности!
– Я не собираюсь обсуждать с вами моего мужа и нашу личную жизнь. Если у вас не осталось вопросов по ведению пациентки с эндометриозом, вы можете идти.
В дверях девушка останавливается и оборачивается снова.
– Я видела вашего мужа с любовницей. И я знаю, кто она. Не хотите – не верьте, но я вас предупредила. Не плачьте потом из-за того, как несправедливо обошлась с вами жизнь.
Когда я иду к супругу, чтобы обсудить слова этой мерзавки и открываю дверь в его кабинет, то замираю на месте.
Мой муж обнимает ту самую девушку, которая видела моего мужа с любовницей! Она говорила о себе…
– Раз ты всё знаешь, – говорит муж, – я и правда подаю на развод.
Что за бред? Мы женаты двадцать лет, и за все годы мой муж ни разу не дал мне ни одного повода усомниться в его верности!
– Я не собираюсь обсуждать с вами моего мужа и нашу личную жизнь. Если у вас не осталось вопросов по ведению пациентки с эндометриозом, вы можете идти.
В дверях девушка останавливается и оборачивается снова.
– Я видела вашего мужа с любовницей. И я знаю, кто она. Не хотите – не верьте, но я вас предупредила. Не плачьте потом из-за того, как несправедливо обошлась с вами жизнь.
Когда я иду к супругу, чтобы обсудить слова этой мерзавки и открываю дверь в его кабинет, то замираю на месте.
Мой муж обнимает ту самую девушку, которая видела моего мужа с любовницей! Она говорила о себе…
– Раз ты всё знаешь, – говорит муж, – я и правда подаю на развод.
— Алин, у меня уже пять лет другая женщина, — сказал муж без тени вины. — У нас есть сын. Ему два года. Я подаю на развод и ухожу к ним.
— И ты так просто об этом говоришь?
— Если честно, я вообще не понимаю, что тебя сейчас удивляет, — Дима чуть развёл руками. — Когда-то это должно было случиться. Ну не мог же я вечно ждать, когда ты родишь мне ребёнка.
Я так ждала Диму с военных учений. Так хотела увидеть его лицо, когда скажу, что у нас наконец будет малыш. Вместо этого узнала, что у моего мужа уже давно другая семья.
А через несколько минут прогремел взрыв. Дима выбежал из рушащегося здания, неся на руках ту, ради которой ушёл из семьи. Не подозревая даже, что спустя годы он будет жалеть о своем выборе…
— И ты так просто об этом говоришь?
— Если честно, я вообще не понимаю, что тебя сейчас удивляет, — Дима чуть развёл руками. — Когда-то это должно было случиться. Ну не мог же я вечно ждать, когда ты родишь мне ребёнка.
Я так ждала Диму с военных учений. Так хотела увидеть его лицо, когда скажу, что у нас наконец будет малыш. Вместо этого узнала, что у моего мужа уже давно другая семья.
А через несколько минут прогремел взрыв. Дима выбежал из рушащегося здания, неся на руках ту, ради которой ушёл из семьи. Не подозревая даже, что спустя годы он будет жалеть о своем выборе…
– Пап, ну может, пронесёт!
– А если не пронесёт? Ты об этом подумал? Что меня ждет с твой мамой? Памперсы, утки, пролежни? Это не жизнь, это каторга. Я так не хочу и не буду! Я сиделкой не нанимался.
– Ну ты ж её не бросишь? – В голосе сына мне послышалось беспокойство.
– Не брошу, конечно. Сейчас хосписы нормальные есть, частные. Устрою её.
Я стояла в прихожей в одном сапоге и боялась дышать. Результат биопсии мне обещали только вечером. А мой муж и мой сын уже выбрали, куда меня сдать.
Двадцать пять лет брака, двое детей, три автосервиса, которые я подняла своими руками. Я была уверена, что муж подставит плечо. А он подготовил мне койку.
Только вы поторопились, мои дорогие.
– А если не пронесёт? Ты об этом подумал? Что меня ждет с твой мамой? Памперсы, утки, пролежни? Это не жизнь, это каторга. Я так не хочу и не буду! Я сиделкой не нанимался.
– Ну ты ж её не бросишь? – В голосе сына мне послышалось беспокойство.
– Не брошу, конечно. Сейчас хосписы нормальные есть, частные. Устрою её.
Я стояла в прихожей в одном сапоге и боялась дышать. Результат биопсии мне обещали только вечером. А мой муж и мой сын уже выбрали, куда меня сдать.
Двадцать пять лет брака, двое детей, три автосервиса, которые я подняла своими руками. Я была уверена, что муж подставит плечо. А он подготовил мне койку.
Только вы поторопились, мои дорогие.
Выберите полку для книги