Книги по тегу «развод»: ""
— Пятьдесят миллионов, если сыграешь роль моей жены, Соколовская. И твоя больная сестра будет спасена. — Цинично усмехается бывший муж.
— Ты с ума сошел, Северский?! Мы три года в разводе!
— Эта информация стерта, теперь для всех мы — были счастливы в браке все эти годы, — Марк рывком прижимает меня к груди. — У меня горит проект со Сколково на пятьдесят миллиардов. Шейхам нужен верный семьянин, а не герой сплетен.
— Чертежи верни! Я пришла за должностью архитектора. Знала бы, что эта шарашкина контора принадлежит тебе!..
— Без меня ты банкротка, а бронь на лекарство твоей сестры сгорит через час. Подписывай контракт.
Капкан захлопнулся намертво.
— Мои правила! – Шепчу, сама не понимая на что соглашаюсь. – Спальни разные. Тронешь без камер — я тебя при-ду-шу...
— Умерь аппетит, птичка. Ты просто строчка в моем бизнес-плане, — усмехается он, силой надевая мне на мой палец кольцо.
— Теперь ты принадлежишь мне... На 90 дней.
— Ты с ума сошел, Северский?! Мы три года в разводе!
— Эта информация стерта, теперь для всех мы — были счастливы в браке все эти годы, — Марк рывком прижимает меня к груди. — У меня горит проект со Сколково на пятьдесят миллиардов. Шейхам нужен верный семьянин, а не герой сплетен.
— Чертежи верни! Я пришла за должностью архитектора. Знала бы, что эта шарашкина контора принадлежит тебе!..
— Без меня ты банкротка, а бронь на лекарство твоей сестры сгорит через час. Подписывай контракт.
Капкан захлопнулся намертво.
— Мои правила! – Шепчу, сама не понимая на что соглашаюсь. – Спальни разные. Тронешь без камер — я тебя при-ду-шу...
— Умерь аппетит, птичка. Ты просто строчка в моем бизнес-плане, — усмехается он, силой надевая мне на мой палец кольцо.
— Теперь ты принадлежишь мне... На 90 дней.
— Собери чемодан, — говорит муж, глядя на меня сверху вниз. — И уезжай. Я не хочу тебя больше видеть.
— Я никуда не поеду, — отвечаю тихо. Совсем тихо.
— Я приведу сюда Марьяну. Она будет жить здесь. Со мной. А ты… если хочешь — тоже живи здесь. В дальней комнате. Будешь смотреть, как мы живём.
— Ты… ты приведёшь её в наш дом? — говорю я. Голос дрожит. — В дом, где выросла твоя дочь?
— А что такого? — Он пожимает плечами. — Настя уже взрослая. У них с Марьяной небольшая разница в возрасте. Они подружатся.
— Ты… — начинаю я. Но не могу закончить. Слова застревают.
— Как ты тогда запоёшь, Анна? — спрашивает он. И в его голосе — насмешка. — Будешь жить с моей любовницей под одной крышей? Готовить ей завтраки? Смотреть, как я целую её за столом?
——————
Муж изменил, выгнал из дома. И уже там, в пропахшей старостью, малогабаритной квартире, с которой у нас с ним всё начиналось, я узнаю, что… Беременна.
— Я никуда не поеду, — отвечаю тихо. Совсем тихо.
— Я приведу сюда Марьяну. Она будет жить здесь. Со мной. А ты… если хочешь — тоже живи здесь. В дальней комнате. Будешь смотреть, как мы живём.
— Ты… ты приведёшь её в наш дом? — говорю я. Голос дрожит. — В дом, где выросла твоя дочь?
— А что такого? — Он пожимает плечами. — Настя уже взрослая. У них с Марьяной небольшая разница в возрасте. Они подружатся.
— Ты… — начинаю я. Но не могу закончить. Слова застревают.
— Как ты тогда запоёшь, Анна? — спрашивает он. И в его голосе — насмешка. — Будешь жить с моей любовницей под одной крышей? Готовить ей завтраки? Смотреть, как я целую её за столом?
——————
Муж изменил, выгнал из дома. И уже там, в пропахшей старостью, малогабаритной квартире, с которой у нас с ним всё начиналось, я узнаю, что… Беременна.
🔥РОМАН ЗАВЕРШЕН🔥МИН.ЦЕНА СЕГОДНЯ🔥
— Не порть мне праздник.
Я смотрю на его губы. Минуту назад он целовал ими другую.
— Ты пригласил сюда любовницу?
— Лена, тише. Нас услышат.
Паша раздражённо проводит ладонью по лицу.
Я хватаюсь за дверную ручку, чтобы удержаться на ногах.
— Даже не думай устраивать сцену. Сядешь рядом со мной, поужинаем. Дома всё обсудим. Здесь Полина. Побереги хотя бы дочь.
— Я не стану выяснять отношения при ней. Но изображать счастливую жену тоже не буду.
— Лена, она и так тяжело всё переживает.
Поднимаю на него глаза.
— Что переживает?
Паша замолкает.
— Ты уже говорил с дочерью? Что ты ей сказал?
— Что мы, скорее всего, разойдёмся.
— Из-за твоей любовницы?
Он отводит взгляд, и я делаю шаг к нему.
— Что ты ей сказал, Паша?
— Я не собираюсь терять дочь.
Дверь за его спиной открывается. Полина переводит взгляд с меня на отца и берёт его за руку.
— Мам, пожалуйста. Хотя бы сегодня оставь папу в покое.
— Не порть мне праздник.
Я смотрю на его губы. Минуту назад он целовал ими другую.
— Ты пригласил сюда любовницу?
— Лена, тише. Нас услышат.
Паша раздражённо проводит ладонью по лицу.
Я хватаюсь за дверную ручку, чтобы удержаться на ногах.
— Даже не думай устраивать сцену. Сядешь рядом со мной, поужинаем. Дома всё обсудим. Здесь Полина. Побереги хотя бы дочь.
— Я не стану выяснять отношения при ней. Но изображать счастливую жену тоже не буду.
— Лена, она и так тяжело всё переживает.
Поднимаю на него глаза.
— Что переживает?
Паша замолкает.
— Ты уже говорил с дочерью? Что ты ей сказал?
— Что мы, скорее всего, разойдёмся.
— Из-за твоей любовницы?
Он отводит взгляд, и я делаю шаг к нему.
— Что ты ей сказал, Паша?
— Я не собираюсь терять дочь.
Дверь за его спиной открывается. Полина переводит взгляд с меня на отца и берёт его за руку.
— Мам, пожалуйста. Хотя бы сегодня оставь папу в покое.
— Карина беременна от меня и будет жить здесь, — объявляет муж без прелюдий, приводя любовницу в наш дом.
У меня шок. Полтора десятка лет я была... Удобной женой, учительницей и мамой близнецов. И всего за один вечер теряю дом, семейные деньги и узнаю, что Дима подарил другой точную копию моего «единственного» кольца с изумрудом...
Он уверен, что без него я приползу обратно, но... Сыновья выбирают меня, работа в гору, на горизонте маячит настоящий мужчина которому по-настоящему интересно, а чего хочу я сама?!
Как феникс из пепла. Мой развод станет началом расплаты бывшего!
У меня шок. Полтора десятка лет я была... Удобной женой, учительницей и мамой близнецов. И всего за один вечер теряю дом, семейные деньги и узнаю, что Дима подарил другой точную копию моего «единственного» кольца с изумрудом...
Он уверен, что без него я приползу обратно, но... Сыновья выбирают меня, работа в гору, на горизонте маячит настоящий мужчина которому по-настоящему интересно, а чего хочу я сама?!
Как феникс из пепла. Мой развод станет началом расплаты бывшего!
— Ты следила за мной?! — прорычал муж.
— Нет, Серёжа. Я просто хотела понять, почему мой муж держит за руку беременную женщину.
— Лена, ты всё не так поняла!
— Тогда объясни, — усмехнулась я. — Кто она?
Он молчал всего секунду. Но этой секунды достаточно, чтобы рухнули двадцать лет брака.
Я привыкла быть идеальной женой, заботливой матерью и незаметной опорой семейного бизнеса. Однако случайно прочитанное сообщение заставило меня усомниться во всём, что я считала своей жизнью. Теперь мне предстоит выяснить, сколько лжи скрывается за фасадом счастливой семьи — и хватит ли смелости перестать спасать тех, кто никогда не спасал меня…
— Нет, Серёжа. Я просто хотела понять, почему мой муж держит за руку беременную женщину.
— Лена, ты всё не так поняла!
— Тогда объясни, — усмехнулась я. — Кто она?
Он молчал всего секунду. Но этой секунды достаточно, чтобы рухнули двадцать лет брака.
Я привыкла быть идеальной женой, заботливой матерью и незаметной опорой семейного бизнеса. Однако случайно прочитанное сообщение заставило меня усомниться во всём, что я считала своей жизнью. Теперь мне предстоит выяснить, сколько лжи скрывается за фасадом счастливой семьи — и хватит ли смелости перестать спасать тех, кто никогда не спасал меня…
– Пап, ну может, пронесёт!
– А если не пронесёт? Ты об этом подумал? Что меня ждет с твой мамой? Памперсы, утки, пролежни? Это не жизнь, это каторга. Я так не хочу и не буду! Я сиделкой не нанимался.
– Ну ты ж её не бросишь? – В голосе сына мне послышалось беспокойство.
– Не брошу, конечно. Сейчас хосписы нормальные есть, частные. Устрою её.
Я стояла в прихожей в одном сапоге и боялась дышать. Результат биопсии мне обещали только вечером. А мой муж и мой сын уже выбрали, куда меня сдать.
Двадцать пять лет брака, двое детей, три автосервиса, которые я подняла своими руками. Я была уверена, что муж подставит плечо. А он подготовил мне койку.
Только вы поторопились, мои дорогие.
– А если не пронесёт? Ты об этом подумал? Что меня ждет с твой мамой? Памперсы, утки, пролежни? Это не жизнь, это каторга. Я так не хочу и не буду! Я сиделкой не нанимался.
– Ну ты ж её не бросишь? – В голосе сына мне послышалось беспокойство.
– Не брошу, конечно. Сейчас хосписы нормальные есть, частные. Устрою её.
Я стояла в прихожей в одном сапоге и боялась дышать. Результат биопсии мне обещали только вечером. А мой муж и мой сын уже выбрали, куда меня сдать.
Двадцать пять лет брака, двое детей, три автосервиса, которые я подняла своими руками. Я была уверена, что муж подставит плечо. А он подготовил мне койку.
Только вы поторопились, мои дорогие.
— Не всплывай, Даш. Так будет проще для всех.
Последнее, что я слышала — голос лучшей подруги. Последнее, что почувствовала — как палуба уходит из-под ног и ночное море смыкается над головой.
За десять минут до этого у меня было всё: муж, дочь, пятнадцать лет дружбы, две семьи, что ходят в море на одной яхте. А потом я нашла на руке её сына фамильную родинку — ту, что у всех мужчин в роду моего Антона.
Море должно было меня добить — но решило иначе. Теперь я осталась без имени, без памяти, незнакомкой самой себе.
А дома уже заказали панихиду и делят мою пятилетнюю дочь.
Они уверены, что море меня забрало.
Они очень сильно ошибаются.
Последнее, что я слышала — голос лучшей подруги. Последнее, что почувствовала — как палуба уходит из-под ног и ночное море смыкается над головой.
За десять минут до этого у меня было всё: муж, дочь, пятнадцать лет дружбы, две семьи, что ходят в море на одной яхте. А потом я нашла на руке её сына фамильную родинку — ту, что у всех мужчин в роду моего Антона.
Море должно было меня добить — но решило иначе. Теперь я осталась без имени, без памяти, незнакомкой самой себе.
А дома уже заказали панихиду и делят мою пятилетнюю дочь.
Они уверены, что море меня забрало.
Они очень сильно ошибаются.
— Кто она?
— Не устраивай сцену на улице, — сухо отрезает муж.
— Кто она? — повторяю я уже твёрже.
— Какая теперь разница?
— Для меня есть разница.
— Анжела, давай без истерик.
Как удобно. Женщина, которая застала мужа с любовницей, всегда истеричка.
— Я не истерю.
— Тогда веди себя разумно.
— Разумно? — я смеюсь, и этот смех кажется мне чужим. — Ты сейчас серьёзно?
— Да, серьёзно. Взрослые люди иногда оказываются в сложных обстоятельствах. Это не значит, что нужно выбегать под колёса и делать из этого спектакль.
— Ты привёз другую женщину в отель на нашу годовщину.
— И что? Это ничего не отменяет.
— Ничего не отменяет?
— Ты моя жена, — говорит он так, будто этим всё объясняется. — Наш брак, наш дом, наша жизнь — всё на месте. Не надо делать вид, что одна неприятная сцена перечёркивает всё остальное.
Узнав об измене мужа, ухожу от него и начинаю новую жизнь. Но спустя годы он заявляется на день рождения нашей дочери, о которой я ему так и не сказала.
— Не устраивай сцену на улице, — сухо отрезает муж.
— Кто она? — повторяю я уже твёрже.
— Какая теперь разница?
— Для меня есть разница.
— Анжела, давай без истерик.
Как удобно. Женщина, которая застала мужа с любовницей, всегда истеричка.
— Я не истерю.
— Тогда веди себя разумно.
— Разумно? — я смеюсь, и этот смех кажется мне чужим. — Ты сейчас серьёзно?
— Да, серьёзно. Взрослые люди иногда оказываются в сложных обстоятельствах. Это не значит, что нужно выбегать под колёса и делать из этого спектакль.
— Ты привёз другую женщину в отель на нашу годовщину.
— И что? Это ничего не отменяет.
— Ничего не отменяет?
— Ты моя жена, — говорит он так, будто этим всё объясняется. — Наш брак, наш дом, наша жизнь — всё на месте. Не надо делать вид, что одна неприятная сцена перечёркивает всё остальное.
Узнав об измене мужа, ухожу от него и начинаю новую жизнь. Но спустя годы он заявляется на день рождения нашей дочери, о которой я ему так и не сказала.
Я вышла на крыльцо и увидела его. Он стоял у машины, смотрел на меня и ждал.
— Ты передумала? — спросил он.
Я подошла ближе, посмотрела ему в глаза и сказала:
– Если ты уедешь, я тебя никогда не прощу.
Он смотрел на меня молчал. Потом поднял руку и коснулся моего лица пальцами, осторожно, как будто я была стеклянная. Я не отстранилась.
– Я не уеду, – сказал он.
И в этот момент у меня в кармане завибрировал телефон.Номер был незнакомый. Я не хотела отвечать, но он не переставал и я ответила.
– Анна Сергеевна? — Голос женский, незнакомый, взволнованный. — Это Ольга. Дмитрий у вас?
Я посмотрела на него. Он смотрел на меня. И в его глазах я увидела что-то, от чего у меня похолодело внутри. Он знал, кто это.
– Да, — ответила я. – Он здесь.
Пауза. Потом Ольга сказала:
– Он вам не сказал? Я беременна от него. Срок четыре месяца.
— Ты передумала? — спросил он.
Я подошла ближе, посмотрела ему в глаза и сказала:
– Если ты уедешь, я тебя никогда не прощу.
Он смотрел на меня молчал. Потом поднял руку и коснулся моего лица пальцами, осторожно, как будто я была стеклянная. Я не отстранилась.
– Я не уеду, – сказал он.
И в этот момент у меня в кармане завибрировал телефон.Номер был незнакомый. Я не хотела отвечать, но он не переставал и я ответила.
– Анна Сергеевна? — Голос женский, незнакомый, взволнованный. — Это Ольга. Дмитрий у вас?
Я посмотрела на него. Он смотрел на меня. И в его глазах я увидела что-то, от чего у меня похолодело внутри. Он знал, кто это.
– Да, — ответила я. – Он здесь.
Пауза. Потом Ольга сказала:
– Он вам не сказал? Я беременна от него. Срок четыре месяца.
Выберите полку для книги