Книги по тегу «ребенок»: ""
— Я не изменяла тебе! Клянусь детьми! Я не была ни с кем! Ни разу! За все десять лет!
— Ноль процентов. Ноль. Так от кого ты его нагуляла?
— Я не знаю! Я не понимаю, что происходит! Но я говорю тебе правду!
— Знаешь, что самое отвратительное? Не то, что ты мне изменила. А то, что ты принесла чужого ребёнка в мой дом и три дня кормила его, глядя мне в глаза.
— Марк, послушай, может, ошибка в лаборатории, может…
— В моей лаборатории не путают образцы. У тебя два часа. Собери вещи. Свои. И его. И уходи.
— А Артём? А Соня?
— Мои дети. Останутся со мной. Два часа, Ася. И уходи из моего дома.
Моего. Не «нашего». За тридцать секунд «наш» дом стал «его».
Он выгнал меня в январе. С грудным ребёнком. При минус четырнадцати. Заблокировал карты раньше, чем я дошла до ворот. Забрал у меня Артёма и Соню. А через неделю привёл в мой дом свою беременную коллегу — и женился на ней.
— Ноль процентов. Ноль. Так от кого ты его нагуляла?
— Я не знаю! Я не понимаю, что происходит! Но я говорю тебе правду!
— Знаешь, что самое отвратительное? Не то, что ты мне изменила. А то, что ты принесла чужого ребёнка в мой дом и три дня кормила его, глядя мне в глаза.
— Марк, послушай, может, ошибка в лаборатории, может…
— В моей лаборатории не путают образцы. У тебя два часа. Собери вещи. Свои. И его. И уходи.
— А Артём? А Соня?
— Мои дети. Останутся со мной. Два часа, Ася. И уходи из моего дома.
Моего. Не «нашего». За тридцать секунд «наш» дом стал «его».
Он выгнал меня в январе. С грудным ребёнком. При минус четырнадцати. Заблокировал карты раньше, чем я дошла до ворот. Забрал у меня Артёма и Соню. А через неделю привёл в мой дом свою беременную коллегу — и женился на ней.
— Давид Русланович… — оправдывается врач. — Мы подняли архивные документы. Проверили все несколько раз. Ваша криокамера действительно пуста. Ваш биоматериал… У нас есть предположение, что он был использован по ошибке, но мы обязательно…
— Что значит использован? Вы хотите сказать, что какая-то неизвестная женщина ходит беременная от меня?
— Нет.
— Уже не беременная. Она родила.
— Что? Когда?
— Пять лет назад.
— Что значит использован? Вы хотите сказать, что какая-то неизвестная женщина ходит беременная от меня?
— Нет.
— Уже не беременная. Она родила.
— Что? Когда?
— Пять лет назад.
— Пап, а мама точно не вернётся? — спрашивает мой первоклашка.
— Нет, сынок, — отвечаю и тут же сглатываю, чтобы не выдать себя ни словом, ни жестом.
— Тогда давай позовём с нами жить мою учительницу? Она самая добрая и красивая во всём мире! — выдает он и я давлюсь на вдохе.
Прошло полгода после аварии, отнявшей у меня жену. И неделю назад мне предложили сложный выбор.
Я ещё не пережил потерю, а вот сын кажется уже присмотрел себе новую маму…
Вас ждут:
- настоящий мужчина;
- пышка-учительница;
- неунывающий мальчишка;
- немного стекла, немного драмы, немного юмора;
- яркие чувства и эмоции;
- и, конечно же, счастливый финал
— Нет, сынок, — отвечаю и тут же сглатываю, чтобы не выдать себя ни словом, ни жестом.
— Тогда давай позовём с нами жить мою учительницу? Она самая добрая и красивая во всём мире! — выдает он и я давлюсь на вдохе.
Прошло полгода после аварии, отнявшей у меня жену. И неделю назад мне предложили сложный выбор.
Я ещё не пережил потерю, а вот сын кажется уже присмотрел себе новую маму…
Вас ждут:
- настоящий мужчина;
- пышка-учительница;
- неунывающий мальчишка;
- немного стекла, немного драмы, немного юмора;
- яркие чувства и эмоции;
- и, конечно же, счастливый финал
— Не делай из этого трагедию.
— Трагедию? — переспрашиваю я шёпотом. — Тра-ге-ди-ю?
— Это просто секс, Алин. Он ничего не значит.
— Просто секс, — повторяю я. — На столе, где лежит наша фотография.
— Алина…
— Ты положил её лицом вниз, — мой голос звенит. — Чтобы я не смотрела на тебя, пока ты её...
— Хватит, — обрывает он. Жёстко. Властно. — Ты раздуваешь.
— Я раздуваю?!
— Алина, мы можем…
— Не прикасайся ко мне. Никогда больше не прикасайся ко мне этими руками.
***
Я ушла, собрав всю волю в кулак, не сказав ему о самом главном — о крошечном сердце, которое уже билось внутри меня.
Восемь лет тишины, другой город, другая жизнь. Сын, который не знает отца.
Я думала — всё закончилось.
Но всё изменилось, когда бывший сел напротив меня на родительском собрании…
— Трагедию? — переспрашиваю я шёпотом. — Тра-ге-ди-ю?
— Это просто секс, Алин. Он ничего не значит.
— Просто секс, — повторяю я. — На столе, где лежит наша фотография.
— Алина…
— Ты положил её лицом вниз, — мой голос звенит. — Чтобы я не смотрела на тебя, пока ты её...
— Хватит, — обрывает он. Жёстко. Властно. — Ты раздуваешь.
— Я раздуваю?!
— Алина, мы можем…
— Не прикасайся ко мне. Никогда больше не прикасайся ко мне этими руками.
***
Я ушла, собрав всю волю в кулак, не сказав ему о самом главном — о крошечном сердце, которое уже билось внутри меня.
Восемь лет тишины, другой город, другая жизнь. Сын, который не знает отца.
Я думала — всё закончилось.
Но всё изменилось, когда бывший сел напротив меня на родительском собрании…
— Я не выйду за тебя, мы едва знакомы! Подумаешь, одна ночь…
— Решение принято. Ты – мать моего наследника.
— Мой сын – только мой! Да кто ты такой, вообще?!
— Включи новости, и узнаешь.
Девять месяцев назад я спасла незнакомца после покушения и спрятала в своем доме. Той ночью я сама шагнула в его объятия — и ни о чём не жалею.
Утром он исчез. Вместо благодарности — банковская карта через угрюмого охранника и приказ: «Забудь о случившемся». Ни имени, ни следа. А под сердцем — его ребёнок.
В день выписки из роддома дверь палаты распахнулась, и под вспышки десятков камер вошёл он с охапкой белых роз.
Оказывается, его имя теперь известно всем. Кроме меня.
Он не сомневается – я подчинюсь и рано или поздно сама открою ему дверь спальни.
А я уверена в другом: терять голову нельзя! Даже когда этот невозможный мужчина ночами укачивает нашего сына. Когда закрывает меня собой от пуль. И когда смотрит так, что подгибаются колени...
— Решение принято. Ты – мать моего наследника.
— Мой сын – только мой! Да кто ты такой, вообще?!
— Включи новости, и узнаешь.
Девять месяцев назад я спасла незнакомца после покушения и спрятала в своем доме. Той ночью я сама шагнула в его объятия — и ни о чём не жалею.
Утром он исчез. Вместо благодарности — банковская карта через угрюмого охранника и приказ: «Забудь о случившемся». Ни имени, ни следа. А под сердцем — его ребёнок.
В день выписки из роддома дверь палаты распахнулась, и под вспышки десятков камер вошёл он с охапкой белых роз.
Оказывается, его имя теперь известно всем. Кроме меня.
Он не сомневается – я подчинюсь и рано или поздно сама открою ему дверь спальни.
А я уверена в другом: терять голову нельзя! Даже когда этот невозможный мужчина ночами укачивает нашего сына. Когда закрывает меня собой от пуль. И когда смотрит так, что подгибаются колени...
Я иду на кастинг, чтобы отобрать новое лицо для нашего узнаваемого молочного шоколада.
Но встречаю бывшую жену.
– Сейчас подождем ещё двух мам и начнем, - выдерживаю паузу, когда вижу ее на фоне белого полотна для фотосессии.
Я отобрал трёх маленьких девочек по фото среди сотен заявок от работников нашей фабрики. Все три “Аленки” стоят в белых сарафанах и алых платочках в горошек.
– Других мам не будет. Это все мои дочки, - произносит тихо, когда к ней прижимаются девочки.
– Сразу три? - вырывается у меня вопрос сам собой, а потом я задумываюсь. - Когда они появились на свет?
При покупке шоколадной фабрики, я думал, что самое простое это выбрать милое детское лицо, которое будет на обертке конфет. Но как сделать выбор, если все три претендентки дочки моей бывшей.
Они же могут быть моими детьми?
Но встречаю бывшую жену.
– Сейчас подождем ещё двух мам и начнем, - выдерживаю паузу, когда вижу ее на фоне белого полотна для фотосессии.
Я отобрал трёх маленьких девочек по фото среди сотен заявок от работников нашей фабрики. Все три “Аленки” стоят в белых сарафанах и алых платочках в горошек.
– Других мам не будет. Это все мои дочки, - произносит тихо, когда к ней прижимаются девочки.
– Сразу три? - вырывается у меня вопрос сам собой, а потом я задумываюсь. - Когда они появились на свет?
При покупке шоколадной фабрики, я думал, что самое простое это выбрать милое детское лицо, которое будет на обертке конфет. Но как сделать выбор, если все три претендентки дочки моей бывшей.
Они же могут быть моими детьми?
– Смените мне персонал! – рявкает полковник Крестовский при виде меня.
Четыре года назад он выбрал генеральскую дочку, а я узнала, что беременна от него. Теперь я работаю медсестрой в госпитале, куда Марк поступил с боевым ранением. Мне придется ухаживать за человеком, который разбил мне сердце и истерзал душу, а еще – лишил веры в любовь.
Я сделаю свою работу, я профессионал. Но про дочь ему ни за что не скажу!
Четыре года назад он выбрал генеральскую дочку, а я узнала, что беременна от него. Теперь я работаю медсестрой в госпитале, куда Марк поступил с боевым ранением. Мне придется ухаживать за человеком, который разбил мне сердце и истерзал душу, а еще – лишил веры в любовь.
Я сделаю свою работу, я профессионал. Но про дочь ему ни за что не скажу!
ВЕТТА
Я очнулась на диване своего бывшего, который поведал мне нереальную историю. Мол, он нашел меня в машине, тонущей в болоте.
Сначала не поверила, потом во всем разобралась. Это мой муженек со своей любовницей решили вот так избавиться от балласта.
Когда-то мы расстались с Романовым, чтобы пойти своим путем. Я посчитала, что у него нет перспектив, а теперь у него миллионы на счету и маленькая дочка-проказница в придачу.
По идее, надо сбежать, чтобы не накликать беду на это чудо-семейство, но Романовы не желают отпускать. Они почему-то решили меня спасти.
***-***
КЛИМ
Перед глазами – детская переноска, небрежно задвинутая под стол, пока Настя проводит брифинг.
- Да, - бросает Настя после доклада. – Твоя. Но это ничего не значит. Я родила ее, потому что не абортница.
- А то, что ты пихаешь ее под стол, накачав успокоительными, это что? Материнская любовь?
Настя готова уничтожить меня взглядом и словом, набирается пафоса, злости, но вдруг усмехается:
- Забирай!
Я очнулась на диване своего бывшего, который поведал мне нереальную историю. Мол, он нашел меня в машине, тонущей в болоте.
Сначала не поверила, потом во всем разобралась. Это мой муженек со своей любовницей решили вот так избавиться от балласта.
Когда-то мы расстались с Романовым, чтобы пойти своим путем. Я посчитала, что у него нет перспектив, а теперь у него миллионы на счету и маленькая дочка-проказница в придачу.
По идее, надо сбежать, чтобы не накликать беду на это чудо-семейство, но Романовы не желают отпускать. Они почему-то решили меня спасти.
***-***
КЛИМ
Перед глазами – детская переноска, небрежно задвинутая под стол, пока Настя проводит брифинг.
- Да, - бросает Настя после доклада. – Твоя. Но это ничего не значит. Я родила ее, потому что не абортница.
- А то, что ты пихаешь ее под стол, накачав успокоительными, это что? Материнская любовь?
Настя готова уничтожить меня взглядом и словом, набирается пафоса, злости, но вдруг усмехается:
- Забирай!
— Мальчик или девочка? — интересуется мой муж, опустив ладонь на живот другой женщины.
Я думала, он готовит нам сюрприз, переезд в новый дом, а он… привел туда… другую!
Со слезами на глазах, выхожу.
— Иван, что происходит?
Он мрачнеет.
— Давай не здесь, дома поговорим.
— Не думала же ты, что одна у него! — расплывается в довольной улыбке и похлопывает себя по круглому животу.
Я стою, онемев от шока.
— Варя, прости. Но переезд откладывается. Елена… ей нужнее. У неё — двое, а ты пока поживешь у мамы.
***
Неверный муж-офицер подарил большой дом любовнице, беременной от него двойней.
А меня выселил жить в развалюху на окраине...
Тогда мы оба не знали, какая трагедия случится после этого…
🔥 КНИГА ЗАВЕРШЕНА
Я думала, он готовит нам сюрприз, переезд в новый дом, а он… привел туда… другую!
Со слезами на глазах, выхожу.
— Иван, что происходит?
Он мрачнеет.
— Давай не здесь, дома поговорим.
— Не думала же ты, что одна у него! — расплывается в довольной улыбке и похлопывает себя по круглому животу.
Я стою, онемев от шока.
— Варя, прости. Но переезд откладывается. Елена… ей нужнее. У неё — двое, а ты пока поживешь у мамы.
***
Неверный муж-офицер подарил большой дом любовнице, беременной от него двойней.
А меня выселил жить в развалюху на окраине...
Тогда мы оба не знали, какая трагедия случится после этого…
🔥 КНИГА ЗАВЕРШЕНА
- Совсем офигела? - рычит бывший, - Почему заставляешь детей у меня деньги клянчить? Я нормальные алименты плачу!
- Этих денег едва хватает!
- А вот об этом раньше думать надо было! Когда на развод подавала! Не простила - получай! Кому ты теперь нужна со своей зарплатой терапевта и внешностью пенсионерки?
После развода бывший постоянно попрекает деньгами! А я нашла работу, которая решит все проблемы. Только вот надо пройти стажировку за границей…
Я готова, но не с кем оставить детей. Бабушка помочь отказалась,на няню денег нет…
Но, ведь у детей есть отец! Пусть поживут с ним эти четыре месяца! А я посмотрю как он справится с родительскими обязанностями!
- Этих денег едва хватает!
- А вот об этом раньше думать надо было! Когда на развод подавала! Не простила - получай! Кому ты теперь нужна со своей зарплатой терапевта и внешностью пенсионерки?
После развода бывший постоянно попрекает деньгами! А я нашла работу, которая решит все проблемы. Только вот надо пройти стажировку за границей…
Я готова, но не с кем оставить детей. Бабушка помочь отказалась,на няню денег нет…
Но, ведь у детей есть отец! Пусть поживут с ним эти четыре месяца! А я посмотрю как он справится с родительскими обязанностями!
Выберите полку для книги