Подборка книг по тегу: "эротический роман"
Я попала в мир, в котором абсолютно не было женщин. Теперь моя семья - двенадцать очень привлекательных мужчин. Одна беда - они совершенно не понимают, что такое - женщина, и что с ней делать. Но это ничего, я помогу им открыть в себе новые качества и покажу новые горизонты!
Однотомник. Входит в серию "Одна на всех", но является самостоятельным произведением.
Осторожно, откровенная эротика!
Осторожно, может быть смешно!
Однотомник. Входит в серию "Одна на всех", но является самостоятельным произведением.
Осторожно, откровенная эротика!
Осторожно, может быть смешно!
Капитан полиции Доронин привык дышать запахом чужого отчаяния и формалина. Днем он идет по кровавому следу серийного убийцы, чьи преступления превращают город в декорации для его извращенного театра. Ночью же суровый мужской быт возвращает его в пустую квартиру – стерильную клетку одиночества, где время измеряется лишь каплями воды из ржавого крана.
Его единственным спасением от ледяной хватки работы становится соседка за тонкой стеной лестничной клетки. Девушка с глазами цвета остывшего пепла, которой не нужно ничего о нем знать и нечего ему доказывать.
В этом городе мертвых смыслов между ними нет места любви или иллюзиям. Только голая физиология выживания: они приходят друг к другу ровно за тем, чего требует изголодавшаяся плоть, оставляя душу на пороге. Но когда дыхание маньяка начинает звучать слишком близко, этот безмолвный договор об удобном грехе грозит обернуться смертельной ловушкой. В мире, где каждый носит маску, самая опасная игра начинается там, где заканчиваются слова.
Его единственным спасением от ледяной хватки работы становится соседка за тонкой стеной лестничной клетки. Девушка с глазами цвета остывшего пепла, которой не нужно ничего о нем знать и нечего ему доказывать.
В этом городе мертвых смыслов между ними нет места любви или иллюзиям. Только голая физиология выживания: они приходят друг к другу ровно за тем, чего требует изголодавшаяся плоть, оставляя душу на пороге. Но когда дыхание маньяка начинает звучать слишком близко, этот безмолвный договор об удобном грехе грозит обернуться смертельной ловушкой. В мире, где каждый носит маску, самая опасная игра начинается там, где заканчиваются слова.
Юная Изабель де Рошфор приезжает в Версаль — мир, где золото скрывает грязь, а улыбки — ложь. Она мечтает о свободе, но оказывается в паутине дворцовых интриг, где каждый шёпот может стоить жизни.
У неё есть тайна. У неё есть цель. И у неё есть два мужчины, которые могут её погубить или спасти: могущественный король, привыкший брать всё, что захочет, и загадочный офицер, чьи глаза хранят больше секретов, чем весь Версаль.
Она не искала любви. Но любовь нашла её. Теперь Изабель должна выбрать между страстью и нежностью, между властью и свободой. Но в Версале выбор — это роскошь. А за роскошь всегда платят.
У неё есть тайна. У неё есть цель. И у неё есть два мужчины, которые могут её погубить или спасти: могущественный король, привыкший брать всё, что захочет, и загадочный офицер, чьи глаза хранят больше секретов, чем весь Версаль.
Она не искала любви. Но любовь нашла её. Теперь Изабель должна выбрать между страстью и нежностью, между властью и свободой. Но в Версале выбор — это роскошь. А за роскошь всегда платят.
Женечка, студентка юрфака, всего лишь хотела подработать официанткой на закрытой вип-вечеринке ...
Но, нарвалась на конфликт с одним из вип гостей, криминальным авторитетом, который решил ее "проучить".
«Остановите землю, я сойду …» - реальность Жени становится настолько кошмарной, что хочется думать, что это все не с ней. Но это с ней.
Июль, лес, четверо … Что это? Кровь? Нельзя терять сознание, они же меня здесь просто бросят и я умру …
Но, нарвалась на конфликт с одним из вип гостей, криминальным авторитетом, который решил ее "проучить".
«Остановите землю, я сойду …» - реальность Жени становится настолько кошмарной, что хочется думать, что это все не с ней. Но это с ней.
Июль, лес, четверо … Что это? Кровь? Нельзя терять сознание, они же меня здесь просто бросят и я умру …
Третья книга в цикле Братья.
https://litmarket.ru/sasha-han-p772804/cycles/bratya-4
Саша с горячей чашечкой кофе приятно расположился на крыше балконе их питерской квартиры, которую он выбирал специально для Милы, когда вышел его брат Боря уже со своей чашкой.
- Ну что, до сих пор не отвечает? - спросил он про его невесту Дину.
- Да вот же, шалунья, блин, - совсем на самом деле не расстраиваясь, ответил Саша.
- И с кем ты думаешь она там?: - спросил брат. Саша не ответил.
Приятной волной накатило воспоминание о прошедшей ночи и он спросил:
- А Мила все еще спит?
https://litmarket.ru/sasha-han-p772804/cycles/bratya-4
Саша с горячей чашечкой кофе приятно расположился на крыше балконе их питерской квартиры, которую он выбирал специально для Милы, когда вышел его брат Боря уже со своей чашкой.
- Ну что, до сих пор не отвечает? - спросил он про его невесту Дину.
- Да вот же, шалунья, блин, - совсем на самом деле не расстраиваясь, ответил Саша.
- И с кем ты думаешь она там?: - спросил брат. Саша не ответил.
Приятной волной накатило воспоминание о прошедшей ночи и он спросил:
- А Мила все еще спит?
— Ты забыл, что не только у меня есть скелеты в шкафу! Думаешь, Лара станет молчать, когда узнает, что у тебя есть вторая семья и сын? Ты же не любишь её! Никогда не любил! Ваш брак был договорённостью между нашими отцами, теперь одного из них уже нет! Тестя боишься?
— Ты бы рот прикрыл, братик!
В глазах потемнело, пол начал двигаться, но меня вовремя подхватила Ульяна и обняла, давая опору.
— Какая семья, Саша? У тебя есть сын?
Я смотрела на фото, которые находились в переданной мне папке, и не могла поверить своим глазам.
На одном из них мой муж счастливо улыбался рядом с красивой молодой женщиной, на другом поправлял шапочку маленькому, невероятно похожему на него мальчику, на третьем они все вместе сидели за столиком какого-то уютного кафе.
А где в его жизни была я?
Как он мог лишить меня этой мечты, врать, скрывая от меня то, что счастлив с другой женщиной?
— Ты бы рот прикрыл, братик!
В глазах потемнело, пол начал двигаться, но меня вовремя подхватила Ульяна и обняла, давая опору.
— Какая семья, Саша? У тебя есть сын?
Я смотрела на фото, которые находились в переданной мне папке, и не могла поверить своим глазам.
На одном из них мой муж счастливо улыбался рядом с красивой молодой женщиной, на другом поправлял шапочку маленькому, невероятно похожему на него мальчику, на третьем они все вместе сидели за столиком какого-то уютного кафе.
А где в его жизни была я?
Как он мог лишить меня этой мечты, врать, скрывая от меня то, что счастлив с другой женщиной?
Мой отец видит мир черным и белым. Его мир — оттенки серого. А я застряла где-то посередине, став разменной монетой в их войне.
Он похитил меня. Я должна его ненавидеть. Бояться. Я дочь прокурора, а он — глава преступного синдиката. Все просто.
Но почему тогда его грубые руки так бережно стирают мои слезы? И почему его враги становятся и моими?
Непростая история от ненависти до любви…
Он похитил меня. Я должна его ненавидеть. Бояться. Я дочь прокурора, а он — глава преступного синдиката. Все просто.
Но почему тогда его грубые руки так бережно стирают мои слезы? И почему его враги становятся и моими?
Непростая история от ненависти до любви…
Три недели переписки, тысячи сообщений, десятки обещаний — и один поцелуй у фонтана, после которого я поняла, что пропала. Но когда дверь квартиры хлопнула и в коридоре появился второй мужчина, точная копия моего Ромы, я поняла, что меня обманывали всё это время.
На следующее утро Ксения вышла на крыльцо. В шортах. В майке. С растрёпанными волосами. Босиком. Трава была тёплой. Влажной. Живой.
И увидела его.
Он стоял за забором. На соседнем участке. Высокий. Широкоплечий. В выгоревшей рубашке. В джинсах. В сапогах. Загорелый до темноты. Волосы светлые, выгоревшие на солнце. Щетина. Руки в земле. В мозолях. В шрамах.
Он копал. Лопата входила в землю легко. Уверенно. Как будто это было продолжение его тела. Как будто он родился с лопатой в руках.
Ксения смотрела. Не отводя глаз. Не понимая, почему. Просто — смотрела. На то, как играют мышцы под рубашкой. На то, как солнце лежит на его предплечьях. На то, как он вытирает пот со лба тыльной стороной ладони.
Он поднял голову. Увидел её. Посмотрел. Прищурился. Не удивился. Не улыбнулся. Просто посмотрел. Спокойно. Оценивающе. Как смотрят на что-то новое. Не чужое. Но незнакомое.
— Новая соседка? — спросил он. Голос низкий. Густой. С кубанским мягким выговором. Гэкает. Окает. Живой.
— Ксения!
И увидела его.
Он стоял за забором. На соседнем участке. Высокий. Широкоплечий. В выгоревшей рубашке. В джинсах. В сапогах. Загорелый до темноты. Волосы светлые, выгоревшие на солнце. Щетина. Руки в земле. В мозолях. В шрамах.
Он копал. Лопата входила в землю легко. Уверенно. Как будто это было продолжение его тела. Как будто он родился с лопатой в руках.
Ксения смотрела. Не отводя глаз. Не понимая, почему. Просто — смотрела. На то, как играют мышцы под рубашкой. На то, как солнце лежит на его предплечьях. На то, как он вытирает пот со лба тыльной стороной ладони.
Он поднял голову. Увидел её. Посмотрел. Прищурился. Не удивился. Не улыбнулся. Просто посмотрел. Спокойно. Оценивающе. Как смотрят на что-то новое. Не чужое. Но незнакомое.
— Новая соседка? — спросил он. Голос низкий. Густой. С кубанским мягким выговором. Гэкает. Окает. Живой.
— Ксения!
Я оказалась в сложной ситуации и у меня теперь совсем небольшой выбор: идти на верную смерть или заключить контракт на работу менеджера по антистрессу, а по сути - отправиться в сексуальное рабство к экипажу космического корабля, состоящему из четырех артарийцев.
Эротический рассказ из серии "Блондинки в космосе". Независим от других книг серии.
Эротический рассказ из серии "Блондинки в космосе". Независим от других книг серии.
Выберите полку для книги