Книги в жанре «Азиатское фэнтези» по тегу «aziya»
Каким должен быть Герой? Как он должен жить и умереть, чтобы память о нем осталась в веках?
Азиатский сеттинг, боевые искусства, Страна Мертвых и мечи-цукумогами - достаточное количество ингредиентов, чтобы сварить острый супчик...
Азиатский сеттинг, боевые искусства, Страна Мертвых и мечи-цукумогами - достаточное количество ингредиентов, чтобы сварить острый супчик...
Юми привыкла, что забота о других всегда оборачивается новыми обязанностями: её доброта стала для всех удобной привычкой.
Всё меняется, когда она попадает в старую чайную, спрятанную в тени деревьев, будто специально для тех, кому больше некуда идти. Здесь время течёт иначе, и здесь живёт Хиро — кицунэ, чья сила не в чудесах, а в умении просто быть рядом и приносить покой.
В его присутствии Юми впервые разрешает себе не быть удобной. Она учится принимать свою усталость не как слабость, а как часть себя. И в этом тихом, бережном принятии находит место, где наконец-то можно просто дышать.
Драматичное восточное фэнтези о выгорании и о том, как мудрый покой кицунэ помогает услышать собственный голос.
Всё меняется, когда она попадает в старую чайную, спрятанную в тени деревьев, будто специально для тех, кому больше некуда идти. Здесь время течёт иначе, и здесь живёт Хиро — кицунэ, чья сила не в чудесах, а в умении просто быть рядом и приносить покой.
В его присутствии Юми впервые разрешает себе не быть удобной. Она учится принимать свою усталость не как слабость, а как часть себя. И в этом тихом, бережном принятии находит место, где наконец-то можно просто дышать.
Драматичное восточное фэнтези о выгорании и о том, как мудрый покой кицунэ помогает услышать собственный голос.
Через год он дал мне титул. Гуйфэй. Драгоценная супруга. Высший ранг среди наложниц. Выше только императрица. Но императрица была в другом крыле дворца. В тишине. В ритуале. В пустоте.
А я была в его сердце. В его покоях. В его дыхании. Каждую ночь. Каждое утро. Каждый день.
Я получила дворец. Свой. С садом. С прудом лотосов. С шёлковыми занавесями. С музыкантами, которые играли для меня. С поэтами, которые слагали стихи о моей красоте. С евнухами, которые кланялись мне в пояс.
Но мне не нужен был дворец. Мне нужен был он. Его руки. Его голос. Его шёпот в темноте. «Юйхуань. Моя Юйхуань. Навсегда».
Я не просила власти. Власть пришла сама. Он спрашивал: «Что ты думаешь о министре Ли? О налогах на юге? О границе с тибетцами?» И я отвечала. Честно. Без страха. Без лести. И он слушал.
Мой брат Ян Гочжун получил пост канцлера. Мои кузины — титулы, земли, богатства. Клан Ян поднялся. Из мелких чиновников — в высшую знать. Не я просила. Не я требовала. Он сам предлагал. Сам назначал.
А я была в его сердце. В его покоях. В его дыхании. Каждую ночь. Каждое утро. Каждый день.
Я получила дворец. Свой. С садом. С прудом лотосов. С шёлковыми занавесями. С музыкантами, которые играли для меня. С поэтами, которые слагали стихи о моей красоте. С евнухами, которые кланялись мне в пояс.
Но мне не нужен был дворец. Мне нужен был он. Его руки. Его голос. Его шёпот в темноте. «Юйхуань. Моя Юйхуань. Навсегда».
Я не просила власти. Власть пришла сама. Он спрашивал: «Что ты думаешь о министре Ли? О налогах на юге? О границе с тибетцами?» И я отвечала. Честно. Без страха. Без лести. И он слушал.
Мой брат Ян Гочжун получил пост канцлера. Мои кузины — титулы, земли, богатства. Клан Ян поднялся. Из мелких чиновников — в высшую знать. Не я просила. Не я требовала. Он сам предлагал. Сам назначал.
Некогда великая империя Да Хуань начала гнить изнутри из-за продажных чиновников и коррумпированной системы. Умирающий император готов передать трон юному наследнику, но, опасаясь за его жизнь, обращается к двум неоднозначным и влиятельным фигурам при дворе — Сяо Юаню, наследнику князя Су, и Лин Шуан, дочери первого советника империи.
Интересы этих двоих совпадают, а их союз не сулит ничего хорошего продажному двору. Хитрые и опасные, они не собираются спасать Да Хуань от краха. Они будут её исправлять.
Методы Юаня и Шуан далеки от добродетели, но имеет ли значение цена, если результатом станет процветающая империя?
«Ведь добродетель способна утешить боль несправедливости. И лишь истинное зло воздаст виновным по заслугам».
Интересы этих двоих совпадают, а их союз не сулит ничего хорошего продажному двору. Хитрые и опасные, они не собираются спасать Да Хуань от краха. Они будут её исправлять.
Методы Юаня и Шуан далеки от добродетели, но имеет ли значение цена, если результатом станет процветающая империя?
«Ведь добродетель способна утешить боль несправедливости. И лишь истинное зло воздаст виновным по заслугам».
Подборка азиатского фэнтези
Выберите полку для книги