Книги в жанре «Классическая литература» по тегу «luchshee»

Антон Павлович Чехов, 29 января 1860 - 15 июля 1904, трудно найти более известного автора. Литератор,врач, классик мировой драматургии, создал более 300 произведений, помимо драматических произведений был автором многих юмористических зарисовок и миниатюр, таких как эта...

Роман П.И.Мельникова-Печерского «В лесах» занимает особое место в русской литературе XIX века. Посвященный жизни и быту, стародавним обычаям раскольничьих скитов Заволжья, он своим широчайшим охватом действительности, глубоким проникновением в сущность жизненных процессов, ярко реалистическим изображением характеров снискал известность как одно из оригинальнейших эпических полотен русской литературы.

Рассказ Антона Павловича Чехова. Написан в 1886 году. Ещё при жизни Чехова был переведён на болгарский, немецкий, сербскохорватский и чешский языки.

Я не мог заснуть: за окном бушевала гроза, молнии вспыхивали так близко, что едва не лишали зрения. К громыханию неба прибавляется новый звук - пожарные сирены. Три машины окружили дом соседа. Я выбежал на улицу и увидел: сосед стоит перед полыхающим домом и молча плачет, сжимая в руке чью-то фотографию.

Июнь 1929 года, немецкий город Вердер. Журналист Рудольф, измотанный жесткими рамками редакционной дисциплины и суровым нравом своего начальника, ищет тему для новой статьи, способной по-настоящему зацепить читателя. Размышления о меняющемся положении женщин в обществе и предчувствие грядущих исторических перемен приводят его к неожиданному философскому открытию. Благодаря случайной встрече с сияющей Анной и одному мудрому совету, Рудольф осознает, что за погоней за сроками и отчетами люди часто перестают замечать очевидные истины, лежащие прямо перед ними. «Ответ был рядом» — это атмосферная история о поиске смысла в предвоенной Европе, о силе женского слова и о том, как важно уметь взглянуть на привычный мир под другим углом.

«История одного петербургского безумия» — рассказ о сложных отношениях Николая Некрасова, Авдотьи Панаевой и её мужа Ивана Панаева. Действие происходит в Петербурге XIX века. Молодой поэт Некрасов влюбляется в Авдотью, хозяйку литературного салона. Их отношения развиваются на фоне литературного быта: в доме Панаевых располагается редакция журнала «Современник». История полна драматичных моментов: попыток самоубийства Некрасова, необычного «тройственного союза» и противоречивых чувств героев.

Эта повесть — современный ремейк пушкинского «Станционного смотрителя», перенесённый из русской почтовой станции XIX века на глухой хайвей американского Северо‑Запада. Вместо станционного смотрителя Самсона Вырина перед нами — невидимый для большинства путешественников хозяин придорожного мотеля: незаметный «маленький человек», чья жизнь состоит из бесконечной череды тревог, мелких унижений и тихого труда. На 125‑й миле орегонского шоссе он день за днём встречает усталых путников, оставаясь для них лишь безликой деталью унылого дорожного пейзажа. Но за этой обыденностью скрывается глубокая человеческая драма: в неприметном страже неоновой вывески автор открывает чуткую и трагическую душу, заставляя читателя по‑новому взглянуть на проблему отчуждения и ценности простого человеческого участия. Сохраняя пушкинскую интонацию сострадания к «маленькому человеку», повесть показывает, что боль одиночества и непонимания не знает географических и временных границ.

Региональная Политика настольная книга для детей от 8 лет и старше. Объясняю детям мировую и региональную политику доступным для них словами на уровне школьной программы Министерства Образования и Науки по утвержденному Курикулуму Республики Азербайджан.

На меня с горьким недоумением смотрят снизу, из-под надвинутого на лоб белого платочка, выцветшие старушечьи глаза. Кажется, будто шутя, она согнулась так в дугу, нарочно. Стоит ей перестать шутить,-- выпрямиться, бросить костыль, и я увижу тонкий, гибкий стан, стройно охваченный синим «кубелеком», с красным подолом и красными рукавами, — костюм живописной, умирающей старины.

«Оттого ли, что день был такой ясный, солнечный, смеющийся, или оттого, что сердце легкомысленно радовалось предвкушению знакомства с новым, неведомым мне миром, — я никак не мог настроиться на элегический тон, расставаясь со свободой и близкими мне людьми. Год крепости — срок не малый, сколько воды утечёт! Может быть, кое-кого вижу в последний раз?.. Да, всё может быть. Грустно… А какой-то весёлый мотив нет-нет, да и зазвучит в сердце, и седые усы городового торчат, в сущности, не строго, а забавно, и меня разбирает смех…».