(Бывший) Настоящий Альфа

— С Лео, — просто ответил Николас. — Ему исполнилось пять лет месяц назад. У него мои глаза, Эмили. И аллергия на серебро проявляется точно такими же ожогами, как этот след на пергаменте. Только у него они проходят за час, а не за столетия.
Комната поплыла перед глазами. Инкунабула, черный бархат сейфа, самодовольное лицо Николаса — все смазалось в одно серое пятно. Пять лет. Пять лет я строила эту стену из независимости, работала на износ, читала Лео сказки на ночь, лечила его разбитые коленки и объясняла, почему нельзя выпускать когти в детском саду. Пять лет я убеждала себя, что поступила правильно, оставив его отца в неведении. Что мир сверхъестественного сожрет моего сына, если почует.
А Николас знал. Или вычислил. Или купил информацию.