Книги в жанре «Исторические романы» по тегу «besplatnie»

В древней рукописи описаны сведения, добытые из более старых рукописей, собранных по всему Среднему Востоку. Время написания: около X века н.э. Посвящена рукопись халдеям. Автор рукописи - визирь Хорезмшаха. Исходный язык - арабский.

– Пусть барышня первая гадает, – подает голос Наташа – дочь кухарки Матроны. Все согласно кивают, а Долли вдруг становится страшно. Так страшно, что она не может встать со скамейки и дойти до стола с зеркалами.
– Ну же, барышня, не бойтесь, – сразу несколько голосов подбадривают девушку.
Княжна встает, быстро крестится и садится на стул напротив зеркал.
«Суженый, ряженый, приди ко мне ужинать», – раз, другой, третий. Сердце колотится, как овечий хвостик. В глубине зеркала появляется неясный силуэт. Потом лицо становится более явным – светлые волосы, усы, небольшие рыжеватые бакенбарды и такие родные глаза.
– Алеша, Алексей, – шепчет Долли, – Алешенька, – кричит она и, в испуге вскочив со стула, выбегает из бани.

– Давай, давай, красавица, вперед, ты сможешь, – уговаривала Зоя свою Метелицу, но та никак не хотела переправляться, словно знала, что за рекой – чужая территория. Зоя натянула поводья, чтобы принудить упрямицу, копыто животного поскользнулось на мокром камне, каурая дернула вперед, и вот уже обе – и лошадь, и всадница – в воде. И все бы ничего – мелководье, вода теплая, да течение быстрое, и само падение неудачно – Метелица придавила ту ногу княжны, которая в стремени, и девушка оказалась словно в плену: никак не выбраться.

– А скажи мне, Алеша, – полковник испытующе посмотрел на племянника, – актерка ведь не причем в дуэли твоей? Не за нее ты этого хлыща Букреева во лжи обвинил.
– Увольте, Андрей Федорович, – Гантиуров как-то весь подобрался, стараясь говорить медленно и спокойно, – право, увольте, не могу ничего сказать. Оставим эту тему. П-прошу в-вас. – чувствовалось, что он волнуется, и правильная речь дается с трудом.
– Полно, полно, Алеша, – Уваров слегка похлопал по руке князя, – молчу, так и быть, молчу, – проговорил он, явно разочарованный, что попытка добиться правды не удалась.

– Александр Николаевич, подите прочь, – голос Анечки звенел металлом. – Довольно, я не стану оправдываться. Если вы… да как вы могли только подумать? – она замолчала, махнув рукой. – Уходите. Видеть вас не желаю, никогда. Слышите, никогда!
И он ушел. Повернулся по-военному, через левое плечо, щелкнул каблуками и ушел.
Он был уверен, что прав, но почему тогда так щемило сердце? На этот вопрос Михайлов ответить не мог.

Княжна с комнатной девушкой Аленой дремала в карете, когда лошади неожиданно понесли, старенький кучер выронил вожжи и был сброшен с козел, и неуправляемая колымага едва не сорвалась с обрыва. Маша очнулась ото сна от причитаний Алены, лежа на спине в углу возка под ворохом свертков и пакетов.
– Живы, целы? – в открывшуюся дверцу кареты наклонился кто-то незнакомый, закрывая весь свет.

Ее щеки коснулись мужские губы.
– Ой, – пискнула девушка и попыталась отстраниться.
– Тьфу ты, пропасть, – граф моментально понял, что обознался и, отпустив девушку, повернулся, чтобы выйти с балкона.
Но не успел.

– Елена Дмитриевна, …вы, наверное, догадались, что я, – граф снова ненадолго замолчал, – что вы мне симпатичны, да и я вам, как мне кажется, не безразличен. Но Елизавета Дмитриевна и мальчики… – граф никак не мог облечь в слова все роившиеся в голове мысли. «Да, он решил, он все обдумал и решил, но как же словно высказать это вслух». – Я должен, понимаете? Кроме меня им рассчитывать не на кого. Я и только я виноват в том, что Павел…
– Бог с вами, Александр Сергеевич, – перебила его Леночка, – отчего же? Он сам собирался, и Лиза давеча говорила… – не окончив фразы, она потупилась и вздохнула, только уже не радостно, как накануне, а тяжело.

Это моя старая история, первая книга, которая уже не соответствует моему нынешнему стилю.

Анита ненавидела мужчин и индейцев. Первых за домогательства, вторых - за убийство родителей и брата. Она была робкой, пугливой и эмоционально нестабильной, но однажды она услышала в прерии музыку, которая перевернула ее жизнь. Эту мелодию творил индеец, и это обстоятельство глубоко поразило ее. Позже она спасла таинственному дикарю жизнь, и это запустило целую цепь удивительных событий.
Но как же ненависть?
Есть ли этом мире место любви?
Все ли ее родственники действительно погибли?..
# христианские ценности
# простые и искренние герои
# все имена действительно индейские

Чисто выскобленные полы, столы покрытые опрятными скатертями, много света, запах пряного жаркого и домашнего хлеба – всё это таверна «Последний шанс», вот уже более пятнадцати лет ставшая любимейшим местом вечернего досуга жителей Лэткока, большого села в окрестностях города Ноттингшема. И конечно, сегодня здесь снова, как и вчера и позавчера, жаркие споры.