Из кармана брюк он достает черную повязку, и вздох срывается с моих дрожащих губ.
— Итак, Ника? Все добровольно? Подтверди, — голос Ярослава режет слух настойчивой хрипотцой.
— Относительно, – шепчу я. – Вы не оставили выбора.
— Неужели? Кажется, он у тебя все же был… Напомнить, сладкая, какой именно?

Мой жених задолжал баснословные суммы сразу двум безжалостным сторонам: влиятельному семейству Кречетовых и алчным картежникам. Ярослав предлагает сделку, преследуя свои цели. Либо я – жертва карточного долга, либо его послушная игрушка. Тогда я еще не знала, что в эту игру вступит и его отец.