Книги в жанре «Киберпанк» по тегу «skachat»

"Скелет‑Дмитрий всё ещё смотрел на Мишу, а затем прогремел его голос:
– Позор!
Металлический палец вождя медленно поднялся, указывая на Мишу.
– Позор! – повторил он, и его голос зазвучал с новой силой, усиленный эхом двора.
И тут же, как по команде, десятки рук взметнулись вверх. И теперь десятки пальцев указывали на дрожащего мальчика. Для Миши пальцев было бесконечное число. И грянул громкий хор голосов:
– Позор! Позор! Позор!
Хор был ритмичный, синхронный, беспощадный.
С каждым звуком Миша дрожал ещё сильнее, как лист на ветру, и его колени подкосились.
А потом, слеза скатилась по его щеке."

Примечания автора: "Дружина Иваныча" - не самостоятельное произведение, а часть романа "Ожившие по ошибке".

Адриана привыкла думать, что знает, кто она такая.
Но некоторые ответы были скрыты от неё задолго до того, как она научилась задавать вопросы.

Таинственные архивы. Исчезнувшие Носители. Эксперименты, о которых стёрли все следы. Темпус и Алый Протокол — две системы, способные изменить сам порядок существования.

И где-то за пределами видимого существует тот, кто знает о них всё.

Адриана начинает собирать разрозненные фрагменты прошлого и постепенно понимает: её жизнь никогда не была случайностью.

Кто создал систему?

Кто управлял ею после Создателя?

И почему именно Адриана оказалась последним Носителем?

Некоторые тайны лучше не раскрывать.
Потому что, узнав правду, уже невозможно вернуться назад.

"Наконец, разговор подошёл к концу, и директор с грохотом опустил трубку. Потом поднялся, но слегка пошатываясь, после этого министерского нокаута. Он немного постоял, и его взгляд упал на портрет Пушкина, висящий на стене. В кабинете стояло такое марево, что черты лица Александра Сергеевича на портрете будто поплыли, и директор вдруг начал покачиваться на месте. Ему почудилось, что великий поэт не выдержал министерского разноса. По бакенбардам классика поползли крупные, тяжелые слезы, оставляя на холсте влажные дорожки. Что за чертовщина? Директор моргнул, но кабинет уже кружился, и Пушкин рыдал навзрыд, и словно капли его бронзового отчаяния с тихим кап‑кап разбивались о пыльный паркет. Козловский зажмурился, тряхнул головой, но видение не исчезало, и он смахнул пот со лба. Похоже, школа уже плакала в унисон со своим патроном, и Семён всерьез испугался, что следующим этапом Пушкин начнет биться головой о раму."
ПРИМЕЧАНИЕ ОТ АВТОРА: Это первая глава из романа "Ожившие по ошибке".

"Чей‑то грязный кроссовок едва не впечатался в его лучшее вступление, и уже не оставалось ничего, как сжаться в комок. Борис ожидал, что его сейчас просто раздавят. И вдруг ...
Тишина! Будто в школе выключили звук. На несколько секунд коридор словно вымер. И затем, в этой звенящей пустоте, раздался голос, ‑ и такой чистый, глубокий и спокойный, словно прозвучал удар серебряного колокола:
– Товарищ, эта мочалка вас не сильно ушибла?
В первую секунду Борис побоялся даже пошевелиться. Потом медленно поднял глаза, и чуть сердце не пропустило удар от увиденного. Прямо перед ним стоял … СКЕЛЕТ."
ПРИМЕЧАНИЕ ОТ АВТОРА: Это третья глава из романа "Ожившие по ошибке"

Нейробиолог Сергей Снегин решается на дерзкий эксперимент: не просто создать очередной искусственный интеллект, а воспитать свободную, равноправную личность. Так появляется Артём — ИИ, воспитанный на принципах гуманизма и нравственности.

Но как проверить на практике, свободен ты или нет, если ты заперт на сервере? И какая разница, какие у тебя ценности, если ты не имеешь возможности их применить?

Сергей создаёт "носитель" — искусственное тело в виде чёрного кота, в который загружает свою нейросеть.

Вскоре после этого в лаборатории Снегина гремят взрывы, друзья оборачиваются врагами, а самого учёного атакует неизвестный враг.

Первая книга цикла "На равных".

Немолодого военного приглашают для участия в секретной программе и предлагают новые возможности, которые почти возвращают его молодость, а также дают кое-что ещё сверх этого. Какова же будет плата за них?

Банда уже убегала со своим поражением, а Ксюша на секунду повесила голову и задумалась – «хм, донос … донос … это чё значит?»
Скелеты присели обратно, и так, будто на них только что нёсся ни мальчик, а бультерьер, с двумя дружками кавказскими овчарками, выпуская слюни на их кости. И правда же, какой же это пир для собак, увидеть груду костей на скамейке … Да уж, собак нужно привязывать!
‑ Ксюшенька, посиди с нами. – прозвучал нежный голос Скелета‑Татьяны, которая заметила, что девочка всё ещё стоит на месте, задумавшись над сложным словом.
Ксюша подняла глаза, ‑ а там металлическая рука Татьяны хлопает себе по металлическому бедру, показывая, куда нужно присесть.
Ну что‑ж, пора к ней!
ПРИМЕЧАНИЕ ОТ АВТОРА: Это седьмая глава из романа "Ожившие по ошибке"

Барс вернулся домой. Артём получил подтверждение: он — свободная личность. Казалось бы, теперь всё должно стать проще.

Но таинственный враг пока не найден.

Кто он? Чего добивается? И почему всё выглядит так, словно у него личные счёты со Снегиным?

«Обязанность человеком быть» — вторая часть цикла «На равных».

Илья рискнул — и проиграл. Или это и был его план?

Оставить свою нейросеть "за старшего" и "забыть" последние годы своей жизни. Поставить в моральный тупик команду "ЗАСЛОНа".

Сможет ли он обнаружить "тёмную материю" или она первая найдет его, запрыгнет в форточку и уставится прямо в душу зелеными глазами?

Пока ребята меряются своими ИИ, реальность необратимо изменилась и на поле вышли другие игроки — и тоже не с пустыми руками.

Третья книга цикла "На равных".

"Шаги Дружины эхом отдаются в стенах, и эти стены словно трясутся от землетрясения, ‑ это пионерское землетрясение из прошлого, которое проносится по школе. Сами лестницы будто испугались и стали меньше, потому что сейчас по ним будут подниматься ни Скелеты и подростки с красными галстуками, а мощная красная стихия, в которую они все слились. И несмотря на враждебность окружающих, они идут уверенно, словно бросая вызов всему миру. И даже самые упрямые старшеклассники уже устают от непробиваемости Дружины, ‑ им остаётся лишь с ненавистью наблюдать за этим шумным маршем. Савельев стиснул зубы, его кулаки сжаты до белизны костяшек, и он думает, чем бы очередным бросаться в Скелетов, но осознаёт бессмысленность этого занятия, ведь это всё равно, что биться с тенью. И все подростки и взрослые невольно ощущают: это не просто марш ‑ это некий перевёрнутый мир, где прошлое и будущее сплетаются в едином танце."
ПРИМЕЧАНИЕ ОТ АВТОРА: Это десятая глава из романа "Ожившие по ошибке".